мужчины.
— Тэра Ирис Стейб? — поинтересовался он у меня. И дождавшись моего положительного кивка, приказал, — Следуйте за мной.
Подозрений этот незнакомец у меня никаких не вызвал. Мы двигались по знакомым мне коридорам, продвигаясь в нужном направлении. А мой сопровождающий шел на пару шагов впереди.
Подозрения у меня не закрались и тогда, когда мы остановились напротив голой каменной стены, иллюзия на которой начала расползаться, открывая то, что было спрятано за ней — тяжелую металлическую дверь.
У меня даже не возникло никаких сомнений, когда дверь передо мной отворили, пригласили войти и сообщили, что тэр Томас Шервуд уже ждет меня.
И я была все также полна уверенности, когда входила в уже знакомый кабинет. Но на этот раз почему-то пустой.
— А где тэр Шервуд? — обернувшись, поинтересовалась я у сопровождающего.
— Он сейчас подойдет, — последовал невозмутимый ответ.
А следом дверь захлопнулась, отрезая меня от мрачного коридора катакомб.
Сначала я просто продолжала стоять посреди кабинета лидера Сопротивления. Но прошла минута, затем другая, а никто так и не спешил появляться.
Затем я опустилась за стол на место, на котором сидела в прошлую нашу встречу с Томасом Шервудом. И тягостные минуты ожидания потекли вновь.
Наверное, только минут через пятнадцать прямо напротив меня прямо из воздуха возникла еще одна дверь, которую я раньше никогда не замечала.
Вновь магия иллюзий, и вновь дополнительная подстраховка. Похоже, лидер Сопротивления всегда появлялся в своем кабинете через отдельный вход.
А затем внезапно появившаяся на месте каменной стены дверь распахнулась. И внутрь вошел тот, кого я совершенно не ожидала здесь увидеть.
Карие глаза смотрели на меня спокойно, непоколебимо и уверенно. А красиво очерченные губы были искажены холодной усмешкой.
— Ну здравствуй, Ирис, — произнес министр правопорядка и добавил с издевкой, — Давно не виделись.
Это был конец. Определенно.
* * *
Одна паническая мысль сменяла другую. И я лихорадочно соображала, что здесь делает сэйр Тобиас Варнадо, глава министерства правопорядка и будущий член правящей десятки. А главное — как теперь из этого всего выпутываться…
Множество вопросов, задать которые вслух я не решилась, кружили в моей голове. Он все знает? Нас раскрыли? Сопротивление подавлено? Где Томас Шервуд? Куда подевался Сурин? Как давно сэйр Варнадо знал о моей причастности? Следил ли он за мной? Было ли все предыдущее лишь игрой? И что будет дальше? Со мной? С остальными?
Все эти важные, тревожащие меня вопросы, пронеслись в голове за какую-то долю секунды, пока я продолжала неподвижно сидеть и не моргая смотреть на собственного начальника, одно присутствие которого в главном штабе Сопротивления казалось чем-то нереальным. Похожим на страшный сон.
Сэйр Тобиас Варнадо действительно выглядел слишком чуждо в этой аскетичной и уютной атмосфере кабинета лидера Сопротивления. В отличие от Томаса Шервуда, предпочитающего мягкие свитера и шерстяные брюки, министр правопорядка по обыкновению был облачен в строгий костюм-тройку, его темные волосы были аккуратно зачесаны назад, а туфли, как обычно, идеально начищены. Педант, каких поискать.
И почему-то сейчас, в обстановке, совсем не располагающей к подобным мыслям, глядя на до боли знакомое лицо одного благородного сэйра, я подумала о том, как же сильно он отличается от Томаса Шервуда. И как точно это различие олицетворяет раскол в нашем обществе. Показывает, как мы, простые смертные, далеки от влиятельных сэйров и их жизненного уклада.
— Поднимись.
Строгий приказ заставляет меня вздрогнуть. И мне в голову даже не приходит мысль о том, что я могу его ослушаться. Нет. Не могу. Не сейчас и не в подобных обстоятельствах.
Стул с шумом отодвигается, царапая каменный пол. И я поднимаюсь на ноги, продолжая непрерывно смотреть на министра правопорядка.
— Подойди.
Очередной короткий приказ, от которого кровь стынет в жилах. Но я вновь подчиняюсь и медленно шагаю на ватных ногах прямо в руки моему личному палачу.
Он мрачно нависает надо мной. И молчит. Долго, мучительно. И мне кажется, что карие глаза, неотрывно смотрящие на меня, видят меня насквозь, знают обо всех моих тайных помыслах и неприглядных мыслях.
Что он сделает со мной? Отдаст под суд? Подпишет приговор о смертной казни? Или лишит жизни прямо здесь и сейчас?
Наверное, моя дальнейшая судьба не столь важна. Гораздо важнее узнать, что же случилось с Сопротивлением.
Невольно вспоминает непривычное, нервное оживление в общем зале. Странный мужчина, проводивший меня в этот кабинет. И все складывается в единую картину. Крайне неприглядную. Даже паршивую, я бы сказала.
Долгая пауза внезапно прерывается. И неподвижная фигура главы министерства правопорядка приходит в движение.
Сэйр Тобиас Варнадо какими-то жесткими, резкими движениями тянется к шее и ослабляет свой галстук. А затем и вовсе начинает стягивать его.
Вот тебе и пришел конец, Ирис. Наверное, это даже романтично, умереть от руки того, кому ты отдала собственное сердце.
Вот только никакой романтики я не чувствовала. Лишь лютый страх разоблачения и бессильное отчаяние.
Сглотнув тяжкий ком, образовавшийся в горле, я решаюсь задать один из волнующих меня вопросов вслух. Хотелось бы узнать, что происходит с Сопротивлением хотя бы перед собственной смертью.
— А…
Но вопрос задать мне не позволяют. Сэйр Тобиас Варнадо окидывает меня хлестким взглядом и тут же прерывает, произнося нетерпящим возражений тоном:
— Время для разговоров закончилось, Ирис.
Он сжимает красный галстук в своей правой ладони, безжалостно сминая дорогой шелк. И мое сердце начинает стучать так сильно, словно стремится выпрыгнуть из груди, когда я представляю на месте этого злосчастного галстука собственную шею.
— А теперь повернись.
Тихий приказ, на грани слышимости. Но я послушно поворачиваюсь к сэйру Варнадо спиной, малодушно радуясь возможности больше не лицезреть его пронзительных темных глаз.
Внезапно мои запястья оказываются в плену крепкой ладони, которая заводит мои руки за спину. А следом кожу на запястьях холодит от прикосновения с гладким шелком чужого галстука.
Глава министерства правопорядка связывает мои руки крепким узлом за спиной, деловито проверяет надежность фиксации. А затем, вовсе неожиданно, твердо давит ладонью на мою поясницу. Заставляя подчиниться и опуститься грудью на стоящий передо мной крепкий дубовый стол.
— А вот теперь можно и поговорить, — удовлетворенно отмечает этот благородный мерзавец.
Глава 15
Вот только последнее, чего бы я хотела, находясь практически лежащей на столе со связанными за спиной руками, так это разговаривать с сиятельный сэйром Варнадо.
Впрочем, глава министерства правопорядка тоже не торопился начинать диалог. Его руки легли на мои бедра, вызывая во мне сладкую дрожь. Несмотря на всю ситуацию, на всю опасность, несмотря на то что я понятия
