к нему… и внезапно в притворном ужасе прижимает ладони к щекам.
— Ой, — испуганно лепечет она, — это были ваши друзья? Я думала, что они вам докучают…
— Без разницы, — отмахивается рогатый. — Нам пора, Ориа. Оставаться счастливы, барышня.
Этот подозрительный тип коротко кивает и направляется по своим делам. Чернокожая фея, однако, догонять его не спешит. Она зависает напротив Гайлы и молча отвешивает ей церемонный поклон. И только после этого бросается следом за рогатым.
Гайла смотрит им вслед, пока мы подходим ближе.
— Стоило ли вмешиваться? — с интересом спрашиваю я. Гайла не слишком похожа на героиню, которая приходит на помощь первым встречным.
— Просто я вспомнила, — отзывается девушка. — Цветные волосы у дрейни — признак высокого статуса. А длинными их могут носить только особо приближённые к царю. И рога — видел, какие яркие? Слишком подозрительно.
Да уж, комбо то ещё. И не важно даже, чем бы закончился конфликт — побитым иностранцем или изувеченными местными. Всё равно международный скандал обеспечен. А если к этому добавить причину, по которой мы сюда прибыли…
— У дрейни очень прочные отношения внутри нации, — поддакивает Захар. Лицо у него покраснело, глаза лихорадочно блестят. — Но я бы посмотрел на него в деле. Говорят, их магия, хоть и слабая, но довольно зрелищ…
— Фу, — некультурно прерывает одногруппника Нинон. — Оставь свои фанатские бредни при себе, заучка.
— Нам действительно пора, — кивает Гайла. — Советник сообщил, что для нашей экскурсии уже всё готово. Найти эфилёт после недавних событий оказалось непросто.
— Эфилёт? — помимо воли повторяю незнакомое слово.
Гайла терпеливо объясняет:
— Так называются суда, с помощью которых мы путешествуем через эфирные воды. Ни разу таких не видел, да?
Отрицательно качаю головой.
— А ведь раньше мы умели плавать прямо по воде, — задумчиво произносит девушка. — Но теперь и это нам недоступно. Идём.
Усмехаюсь:
— Так говоришь, словно видела всё своими глазами.
Гайла бросает на меня красноречивый взгляд — ну да, мол, видела, и что такого? А я припоминаю услышанную от кого-то байку, что кхелоты появились всего лишь тридцать лет назад. А до этого безвылазно сидели на своём острове — то ли в спячке, то ли вообще в заморозке. Так что всё возможно.
Пока топаем к месту назначения, с интересом оглядываюсь по сторонам. Город Выберг оказался небольшим — дома в основном одно- и двухэтажные. Местность ровная, полого спускается к морю. Так плавно, что порт даже отсюда виден как на ладони. Но, несмотря на дневное время, особого движения там не видно. Погрузочные механизмы скучают без дела, мелкие и крупные суда печально стоят на приколе.
Выходной у них что ли? Или боятся выйти в море после исчезновения экскурсии? Как-то слишком для небольшого, судя по россказням Рах Шана, происшествия.
Входим на территорию порта, и я убеждаюсь, что тут что-то неладно.
— Забастовка в честь солидарности с пропавшими дрейни? — ехидно усмехаюсь. — Дружба навек, братство народов. Правда что ли?
— Кажется, в море никто не выходит, — Нинон с крайне озабоченным видом оглядывается по сторонам. — Нам точно не придётся добираться до места вплавь?
— Не волнуйся, — Захар ободряюще похлопывает рыжую по плечу. — Ты сдохнешь раньше, чем войдёшь в воду.
— Можно подумать, ты в этом случае проживёшь дольше, — отбрасывает Нинон его ладонь.
Море действительно выглядит странно. Если издали оно казалось совершенно обычным, то сейчас видно, как над его поверхностью клубится еле заметная фиолетовая дымка. Тот самый эфир?
Суда на причале при ближайшем рассмотрении тоже вызывают вопросы. С одной стороны, они довольно сильно похожи на корабли из моего мира. С той лишь разницей, что не стоят на воде, а будто бы парят над ней.
Наша цель обнаруживается в самом дальнем углу порта на занюханном причале. Это приличных размеров катер — весьма потрëпанный и кое-где проржавевший, однако любовно выкрашенный в ярко-красный цвет.
Стоит нам подойти поближе, как из недр красной посудины выскакивает бодрый бородач в шляпе-треуголке и в камзоле. Будто настоящий пират, только бутылки рому не хватает. Завидев нас, он радостно всплëскивает руками.
— Господа отдыхающие, наконец-то! — голос у него, несмотря на суровый внешний вид, довольно высокий, а тон — слишком любезный. — Милости просим на борт красной-прекрасной «Лямур». Что в переводе со старотролльского означает «ракета, пронзающая небеса».
— Разве не «смерть, летящая с небес»? — Захар брезгливо разглядывает неказистое судёнышко.
— Как вам будет угодно! — разрешает бородач. — Этот старотролльский такой неоднозначный. Вы ведь на экскурсию, так? Тогда не будем тратить время на лингвистические споры! Меня зовут Илисей, сегодня я буду вашим капитаном.
— Может, поищем кого получше? — громким шёпотом спрашивает Захар. — Этот капитан слишком странно выглядит.
— Напротив, юноша! — вмешивается Илисей. — Мой костюм достоверен до последней пуговицы! Именно так выглядели морские волки в те золотые времена, когда воды Мирового океана ещё не были изуродованы энергией Бездны. Я вам больше скажу: для некоторых туристов именно мы с «Лямуром» являемся символом всего Выберга.
— А мне нравится, — Нинон насмешливо улыбается Захару. — Господин советник плохого не порекомендует.
Девушка подходит к спущенному на причал трапу и кокетливо протягивает капитану руку. Тот торопливо втягивает Нинон на палубу — видно, чтобы мы точно не передумали.
— Кто бы ни был ваш советник, — галантно кланяется девушке Илисей, — своё дело он определённо знает. Сейчас я единственный во всём Выберге, кто рискнёт выйти из порта.
— Почему? — я тоже поднимаюсь на борт и предлагаю помощь Гайле. В конце концов мы ведь с ней изображаем парочку! Девушка не отказывается, а затем будто бы случайно оступается и падает в мои объятия. Эфения недовольно шипит, но комментировать в присутствии посторонних не решается.
— Опасно, — Илисей пытается помочь неуверенно поднимающемуся Захару, но тот капитана гордо игнорирует. — Вчера от сухогруза что-то кусок отъело, а после половину спасательных катеров перетопило. Да ладно, чего так смотрите-то? Из людей никто не помер. Так, пара троллей разве что. Ну так у них порода такая — сразу на дно идут. Наши-то все сразу повсплывали…
— Что могло «отъесть» кусок от огромного судна? — настороженно спрашивает Гайла.
Илисей равнодушно взмахивает рукой:
— Да кто ж его знает, этот
