за соседний куст, прилег на лежанку из лап сосны и тут же уснул. Хорошо, не храпел, лишь посапывал. Он не проснулся и от крика кукушки.
На базе сигнал дозорного был услышан.
Вскоре к Табиеву вышли Рябинин и Шелестов.
– Где связной? – спросил командир группы «Удар-15».
Дозорный кивнул на соседний куст:
– Там спит, умаялся.
– Что он передал?
– Кирюха сидел на реке, как и договорено было, делал вид, что рыбу ловит. Неожиданно к воде вышел человек, вроде немец, встал, умылся и проговорил по-русски так тихо, чтобы слышал его только пацан: «Кирюха, передай на базу. Завтра в Боровке, где был оставлен полицай, в одиннадцать ноль-ноль. И не поворачивайся».
– Ясно. Боровка, завтра, одиннадцать ноль-ноль. Давно он уснул?
– Да перед тем, как мне сигнал подать.
– Пусть поспит. Но недолго. Ночью возвращаться опасно.
– Он пройдет.
Рябинин повысил голос:
– Ты все, Равиль, понял?
– Так точно, товарищ капитан!
Командир группы «Удар-15» взглянул на Шелестова и спросил:
– Отходим на базу?
– Да.
Офицеры вернулись на остров Глухой.
– Моя помощь нужна? – поинтересовался Рябинин.
– Нет. На встречу пойду я со своими людьми.
– В форме СС?
– Пока это не требуется. Ты лучше на карте самый короткий и безопасный путь укажи.
– Конечно.
Шелестов передал ему карту.
Капитан провел на ней карандашом кривую линию.
– Так будет и короче, и безопасней.
– Мне всегда казалось, что самое короткое расстояние – это прямая.
– Это на школьной доске и на равнине, здесь же лес, озера, болотца, не такие, как Лухово, но опасные. К тому же нельзя снимать со счетов патрули охранной роты.
– Я понял, благодарю.
– Мне освободить штабной блиндаж? Ведь ты наверняка будешь своих людей собирать.
– Не надо. Устроимся на траве у траншеи.
– Дело твое, а то могу и боевую команду вывести.
– Обойдемся.
– Может, проводника дать? Карты картами, маршрут маршрутом, а человек лучше.
– У тебя есть проводник из местных?
– Нет, у меня было время все изучить тут.
– Ничего не надо, Сережа, сами справимся.
– Понятно, секретность. Сколько людей она сгубила!
– Завязывай ненужный базар.
– Как скажешь, командир.
Рябинин спустился в штабной блиндаж.
Шелестов же вызвал Буторина и Когана. Офицеры устроились у траншеи.
– На связь выходил Сосновский, – сказал командир особой группы.
– Как он? Обосновался? – спросил Буторин.
– Все нормально. На одиннадцать ноль-ноль завтрашнего дня назначил встречу в заброшенном селе Боровка. До него два часа ходьбы. Берем время с запасом и выходим в восемь. Одежда гражданская, оружие штатное. Встречусь с Мишей я, остальные на прикрытии от грунтовки и железной дороги. Вопросы есть?
– Как насчет завтрака? – поинтересовался Буторин.
– Закажу на семь двадцать. Подъем в шесть.
Больше вопросов не было.
Капитан Виктор Буторин осмотрелся, пробежал по заброшенным дворам села Боровка, в центре встал и прислушался. Откуда-то с юга донесся шорох. Тут же из-за перекошенного плетня показалась голова Когана. Он кивнул и исчез. Офицеры заняли позиции прикрытия.
Майор Шелестов тем временем зашел в крайний дом, но внутрь не двинулся. Потолок обвис так, что мог при любом движении упасть вместе с крышей. Командир особой группы остался в сенях. Он имел возможность контролировать грунтовую дорогу, идущую сюда от поселка.
В 10.53 послышался мерный звук двигателя. По дороге шел «Кюбельваген». Брезентовый верх откинут, стекла сняты. В машине только водитель. Это капитан Сосновский.
Майор взглянул на грунтовку позади внедорожника. Там никого, насколько хватало взгляда.
Немецкая командирская машина встала недалеко от дома, в котором находился Шелестов.
Сосновский вышел из нее, размялся, осмотрелся, улыбнулся и заявил:
– Выходи, командир, я заметил тебя.
Шелестов покинул дом, подошел к подчиненному.
– Когда ты срисовал меня?
– Как только вышел. Уловил движение в сенях, а еще правее и сзади. Там кто?
– Буторин. Ты и его, значит, вычислил.
– Так это я, знающий повадки наших парней.
– Ладно, говори, чего вызывал.
– У меня был контакт с Вальзером.
– Подробнее, пожалуйста.
– Мы вместе ужинали вчера.
– Сидели за одним столом?
– Да.
– Не опрометчиво?
– Нормально. Я специально открыто подошел к нему. Это видели все офицеры гарнизона, включая коменданта и эсэсовца. Они могли слышать наш разговор, а беседовали мы о прекрасном немецком городе Касселе. Пригодилась информация по нему. Поужинали, пообщались. Но Вальзер сильно устал, чтобы вчера идти к нему. Договорились на сегодня, на восемнадцать. Посидим, выпьем, он передаст мне документацию, и я сразу же уйду из города. До того мне придется забрать у коменданта «Мерседес». Я могу, конечно, использовать и «Кюбельваген», но тем самым подставлю Бонича.
– Мы предупредили бы его.
– Предупредить, Макс, не означает оградить от проблем.
– Согласен. Где планируешь бросить «Мерседес»?
– Загоню в болото, пусть водяные на нем катаются.
– Меня интересует место.
– Выбери сам.
Шелестов достал карту.
– Вот здесь. До дозора тебе придется пройти менее километра.
– Следы останутся.
– Нам недолго сидеть с документами на острове, да и «Удару-15» тоже. Уходить из болота будем вместе. Мы – в район эвакуации, Рябинин – на запасную базу.
– Понял.
– Ты смотри поаккуратней. Уверен, что вне подозрений?
– Беспокоит унтерштурмфюрер Зигель, но его не уберешь.
– Поэтому и говорю: будь предельно осторожен. Если угодишь в лапы гестапо, то мы вряд ли сможем тебя вытащить.
– Прорвемся.
– Если вдруг кардинально изменится ситуация, оставь какой-нибудь знак, чтобы найти тайник.
– Оставлю.
– Будем надеяться, что все пройдет по плану и уже завтра мы выпьем спирта за удачно проведенную операцию «Проект».
– Да. Пора расходиться.
– Удачи тебе, Миша.
– Всем нам удачи. Уходите, я еще поброжу по селу.
– Добро. До встречи.
– До встречи, Макс!
Глава 7
Унтерштурмфюрер СС Зигель выехал из Копино в 9.30. Четверг 14 мая выдался прохладным. На рассвете прошел сильный дождь, и грунтовки стали непроходимыми для легковых автомобилей. Бронетранспортеры, грузовики и даже «Кюбельваген» могли еще продвигаться по ним, но обычные легковушки вязли в грязи.
Впрочем, Зигеля это не волновало. До места, куда он ехал на своем служебном, скромном «Опеле», был проложен асфальт. Он изобиловал колдобинами, заполненными водой, но по нему можно было ехать. Зигель не спешил. До назначенной встречи оставалось еще полчаса, а пройти надо было всего с километр.
Впереди в окружении тополей замаячили фермы, водонапорная башня, избы ровными рядами. Во всех жили люди. Высился клуб, построенный незадолго до начала войны. Это был сельскохозяйственный кооператив «Лесной», в прошлом колхоз «Коммунизм». Движение на этой дороге в данное время отсутствовало совершенно.
Не доезжая до кооператива двести метров, унтерштурмфюрер остановил машину, вышел из нее, посмотрел на часы, закурил. Справа в ста метрах березовая роща, довольно большая и густая. Зигель частенько бросал на нее взгляд. Чем не место
