— Леди Динсмор всегда права, — с легкой усмешкой заметил Полтаво. — Таково свойство ее возраста и ее положения. Так в чем же она, по-вашему, права?
— Я не знаю, хорошо ли я делаю, посвящая вас в это, но она полагает, что мой дядя запутан в каких-то темных делах. Она меня не раз предостерегала на этот счет.
— В высшей степени примечательная особа, — продолжал иронизировать Полтаво. — Но в течение трех дней может произойти еще многое. Я бы очень хотел знать, что произойдет, если свадьба не состоится?
И не дожидаясь ответа, Полтаво покинул комнату.
— Три дня, — повторил он, возвратившись домой. — Почему Фаррингтон так спешит с замужеством Дорис? И почему наметил он ей в мужья бедняка-журналиста?
Решить эту загадку было не просто.
* * *
В течение ближайших дней Франк Доутон ходил как во сне. Он не мог поверить, что наконец-то сбывается его счастье. Однако к радости примешивалось чувство горечи — он сознавал, что вступает в брак с девушкой, чье желание не сходится с его желанием.
Но веря в счастливый исход своей помолвки, он пытался убедить себя, что девушка еще полюбит его. Все эти дни он работал не покладая рук не только для газеты, но также и над расследованием данных, полученных при ознакомлении с письмом Толлингтонов. Он просмотрел все церковные книги, пытаясь отыскать всех женщин, носивших имя Анна и живших в ту пору в Грет-Бредли. Его поиски были затруднены тем обстоятельством, что имя это носило множество женщин.
Помимо этого, у него имелись еще некоторые данные, которые могли навести его на правильный след. Но ему пришлось прервать эту работу, потому что надо было переключить внимание на предстоящую женитьбу.
За два дня перед свадьбой он сдал в одну из больших газет, размещавшихся на набережной Темзы, статью и принял поздравления от главного редактора.
— Я подозреваю, что нам придется в течение долгого времени ожидать следующей вашей статьи? — сказал ему на прощание редактор.
— Моя жена будет очень богата, но это нисколько не отразится на роде моей деятельности. Я не собираюсь взять от нее хотя бы пенс.
Редактор похлопал его по плечу.
— В этом вы правы, — согласился он с журналистом, — Человек, живущий на средства своей жены, перестает жить.
— Это звучит как надгробная надпись, — заметил Франк.
В девять часов вечера он спустился вниз и вышел на улицу. Он еще не ужинал и собрался пойти в ресторан. День выдался очень хлопотным, и впереди предстояло еще больше работы.
Перед зданием редакции стоял элегантный закрытый автомобиль. Когда Франк поравнялся с машиной, шофер приподнял фуражку и обратился к нему:
— Прошу извинить меня, сэр, не вы ли мистер Доутон?
— Да, это я, — ответил изумленный Франк.
— Мне поручено заехать за вами, — пояснил шофер.
— Кто поручил вам это и куда должны отвезти меня?
— К сэру Джорджу Фредерику, — почтительно ответил шофер.
Франк слышал о сэре Джордже, члене парламента, и силился вспомнить, где и когда ему случалось встречаться с ним.
— Но чего ради я поеду к сэру Фредерику?
— Он хочет побеседовать с вами.
У Франка не было никаких оснований уклониться от исполнения этой просьбы. Поэтому молодой журналист отворил дверцу машины и вскочил в нее. Захлопнув за собой дверцу, он заметил, что был не один в машине.
— Что это… — попытался воскликнуть он, но прежде чем успел договорить, чья-то сильная рука зажала ему рот и отбросила его на сиденье.
Автомобиль помчался с головокружительной быстротой…
Глава 14
КУЧЕР БРАУН ЧИТАЕТ ГАЗЕТУ
Леди Констанция Дэкс провела в доме своего брата бессонную ночь. За завтраком она встретилась со своим братом. Почтенный Иеремия Бенглей был сильно поражен, увидев ее. Это был невысокий, полный, довольный собой и окружающим человек. Одно из его свойств заключалось в том, что он даже самые необыкновенные события, случавшиеся на свете, склонен был принимать как нечто весьма обычное. Случись в Грет-Бредли землетрясение, то и тогда он бы остался таким же равнодушным и спокойным, словно это событие ничем не отличалось от любого незначительного явления. Но на сей раз этот почтенный человек был изумлен:
— Ты вышла к завтраку, Констанция? Мне не приходилось тебя встречать за завтраком уже много лет.
— Я не могла заснуть, — ответила сестра, — я хочу пройти с моей папкой в Мор-коттедж.
— Я всегда полагал, что мистер Фаррингтон не очень удачно поступил, подарив тебе Мор-коттедж, — и, помолчав мгновение, он добавил: — Он стоит в таком пустынном месте, там никогда не видно ни одного живого человека, и я всегда опасаюсь, как бы ты не стала жертвой какого-нибудь бродяги или висельника.
В его словах было много истинного. Мор-коттедж был славным домиком, построенным владельцем Таинственного Дома одновременно с возведением основного строения. Он рассчитывал превратить этот коттедж в место своего летнего отдыха. Домик расположен в стороне от дороги, и с тех пор, как шахты Бредли закрыли, там было безлюдно.
Когда-то Мор-коттедж стоял в центре очень оживленного района, но после того, как попытки вести здесь разработки свинцовой руды не привели к желанному результату, местность опустела. Примерно в пятистах метрах от коттеджа высилась труба электрической станции, обслуживавшей Таинственный Дом.
Не раз случалось, что леди Констанция принимала от Фаррингтона подарки. Было время, когда он не знал, как выразить ей свое внимание. Он засыпал ее различными подношениями, и Мор-коттедж был, пожалуй, самым ценным его подарком. Навещая этот уединенный коттедж, она могла предаваться мечтам о своих прежних счастливых годах, проведенных в Грет-Бредли.
— Действительно, коттедж расположен несколько в стороне, — сказала она. — Но тебе нечего беспокоиться за меня, я справлюсь со всем. К тому же там поблизости будет Броун, который всегда придет мне на помощь.
Брат кивнул головой и снова погрузился в чтение газеты.
— Больше возражений у меня не имеется, — сказал он, не отрывая глаз от «Таймса». И затем неожиданно добавил — Кто такой, собственно, этот Смит?
Леди Констанция насторожилась:
— О каком Смите ты говоришь?
— Насколько мне известно, это какой-то сыщик. Он за последнее время неоднократно показывался в Бредли. Может, что-нибудь неладно в Таинственном Доме?
— А что могло бы там произойти? За последний десяток лет в этих краях ничего не случалось.
И она пожала плечами.
— Я никогда не мог понять, зачем понадобилось возводить это здание?
Кончив завтракать, леди Констанция поднялась с места и подошла к окну. У подъезда стояла вызванная ею коляска. Броун невозмутимо восседал на козлах.
