Ответом был долгий и легкий вздох, исторгнутый из самых глубин ее подрагивавших телес.
– Что ты видишь? – последовал следующий вопрос.
Она начала что-то бормотать. Сомнамбулисты говорят на языке, на котором кроме них не говорит никто на Земле, – это какие-то резкие звуки.
Некоторые утверждают, что их язык происходит от древнего языка Эгапта. Я ничего не знаю об этом. Для меня ее речь звучала нечленораздельно и бессмысленно. Самит слушал ее некоторое время, затем, удовлетворенно кивнул головой, протянул ко мне ладонь.
После непродолжительного торга мы договорились о цене.
– Теперь разъясни мне истину, – предложил я.
Он не очень уверенно начал говорить:
– В этом замешаны чужеземцы, а также несколько членов гильдии Летописцев.
Я молчал, ничем не выказывая своего интереса.
– Они все втянуты в серьезную ссору. Причина ее – это человек без глаз.
Я резко выпрямился.
На губах Самита появилась торжествующая улыбка.
– Человек без глаз потерял свое высокое положение. Он землянин, пострадавший от завоевателей. Скоро ему наступит конец. Он хочет возвратить свое положение, но знает, что это невозможно. Он послужил причиной того, что один из Летописцев нарушил клятву. В Зал Летописцев пришло несколько завоевателей – что, они хотят наказать его? Нет, нет. Они хотят освободить его из плена. Продолжать?
– Да!
– Ты услышал все, за что заплатил.
Я поморщился. В общем сомнамбулистка увидела истину. Правда, пока я не узнал ничего нового для себя, но был достаточно заинтересован и поэтому добавил денег.
Самит забрал мои монеты и снова посовещался с Мертой. Она говорила долго, крутилась несколько раз, падала на диван.
Наконец Самит продолжил:
– Человек без глаз стал между мужем и женой. Муж в ярости и требует, чтобы того наказали, но завоеватели отказываются. Они ищут скрытую истину, они ее найдут с помощью предателя. Человек без глаз ищет свободы и власти, но найдет лишь покой. Женщина ищет развлечений и получит неприятности.
– А я? – нетерпеливо спросил я. – Ты ничего не сказал обо мне.
– Ты вскоре покинешь Перриш таким же образом, как и вошел в него. И уйдешь не один. Ты не останешься в той гильдии, в которой состоишь сейчас.
– А куда я пойду?
– Ты знаешь это не хуже нас, – зачем тратить свои деньги на это?
Он снова умолк.
– Скажи, что мне суждено в Ерслеме? – спросил я.
– Эту информацию ты не можешь получить. Раскрытие будущего стоит очень дорого. Удовлетворись тем, что уже узнал.
– Я хочу кое-что уточнить.
– Мы не разъясняем ничего ни за какие деньги.
Он равнодушно смотрел на меня. Мерта все еще бродила по комнате, стонала и бормотала. Силы, с которыми она была в контакте, очевидно, сообщили ей новую информацию. Она хныкала, дрожала и издавала какие-то кудахчущие звуки. Самит заговорил с ней на их языке. Она ответила. Он взглянул на меня.
– Это бесплатно, – заявил он, – последняя информация. Твоя жизнь вне опасности, но в опасности, твой дух. Было бы неплохо, если бы ты пришел к согласию с Волей, и при том как можно скорее. Восстанови свое моральное здоровье. Вспомни об истинных ценностях. Искупи грех, который ты совершил с благими намерениями. Больше я ничего не скажу.
Мерта пошевелилась, похоже, проснулась. Ее глаза открылись, но я видел только белки – ужасное зрелище. Ее толстые губы кривились, открывая испорченные зубы. Самит выпроводил меня быстрыми жестами своих крошечных рук.
Я вышел в темное дождливое утро и торопливо возвратился к Залу Летописцев. У меня прервалось дыхание, болела грудь. Перед входом в здание я остановился на минуту, чтобы собраться с силами. Мужество почти покинуло меня, но в конце концов я вошел и поднялся на уровень, где находились апартаменты Элегро и Олмейн.
Мне пришлось пройти мимо группы возбужденных Летописцев. До меня донеслось жужжание их голосов. Человек, которого я узнал, один из высших чиновников гильдии – поднял руку и спросил:
– Что привело тебя сюда, ученик?
– Я Томис, которому попечительствует Летописец Олмейн. Моя комната рядом.
Меня схватили и втолкнули в знакомую комнату, которая сейчас была в полном беспорядке.
С десяток Летописцев стояли там, нервно теребя свои шали. Среди них выделялся элегантностью канцлер Кенишел. Его глаза были полны отчаяния.
Слева от входа в луже крови, скорчившись, лежал Принц Роума. В противоположной стороне комнаты около полки с прекрасными произведениями искусства Второго Цикла лежал Летописец Элегро. На лице его застыли ярость и удивление, из горла торчал тонкий дротик. Еще дальше в окружении дородных Летописцев стояла Олмейн с растрепанными волосами и диким взглядом. Алое одеяние ее было разорвано спереди и открывало высокие белые груди, атласная кожа блестела от пота. Казалось, она была погружена в транс и не осознавала, что происходит.
– Что здесь случилось! – воскликнул я.
– Двойное убийство, – ответил канцлер Кенишел прерывавшимся голосом.
Затем он обратился ко мне с вопросом.
– Когда ты в последний раз видел этих людей, ученик?
– Этой ночью.
– Как ты попал сюда?
– Просто нанес визит.
– Происходил ли здесь какой-либо конфликт?
– Да, Летописец Элегро и Пилигрим ссорились.
– В чем заключалась причина ссоры?
Я с чувством неловкости взглянул на Олмейн, но она ничего не видела и не слышала.
– Из-за нее, – тихо ответил я.
Я услышал, как забормотали остальные Летописцы. Они подталкивали друг друга локтями, кивали, некоторые улыбались: я подтвердил, что здесь происходил скандал. Канцлер принял более официальный вид.
Он указал на тело Принца.
– Он был твоим спутником, когда вы вошли в Перриш, – сказал он. – Знал ли ты, кто он?
Я облизнул пересохшие губы.
– У меня были подозрения.
– Что он был… -… Беглым Принцем Роума, – продолжил я.
Сейчас было не время для уверток. Мое положение осложнилось, снова последовали кивки и подталкивания. Канцлер Кениш сказал:
– Этот человек подлежал аресту. Ты не имел права скрывать, кто он такой.
Я хранил молчание. Канцлер продолжал:
– Ты отсутствовал в зале несколько часов. Расскажи, что ты делал, когда покинул апартаменты Элегро и Олмейн.
– Я пошел к Прокуратору Человекоправителю Седьмому, – сообщил я.
Все уставились на меня. Это была сенсация!
– С какой целью?
– Сообщить, что Принц Роума задержан и находится в этих апартаментах.
Я сделал это по приказу Летописца Элегро. После этого я бродил по улицам без цели и вот вернулся сюда и обнаружил…
– И обнаружил здесь полный хаос, – констатировал Канцлер Кенишел. – Прокуратор приходил сюда на заре. Он зашел в эти апартаменты. Элегро и Принц, наверное, были еще живы. Затем он пошел в наши архивы и забрал… забрал… материалы строжайшей секретности… строжайшей секретности… забрал… материалы, которые считались недоступными…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
