Констанция знала, что лорд Лейтон не для нее. Она должна мыслить здраво и выкинуть из головы все мысли о нем. Но это было не так-то легко сделать. Единственное, о чем она могла думать, — это о том, что завтра снова увидит его.
Глава 9
На следующее утро, после завтрака, Констанция снова заглянула к Франческе. Она узнала, что ночью лихорадка прошла и леди Хостон чувствует себя лучше. Франческа спала, и, уверившись, что Мэйзи держит все под контролем, Констанция ушла.
Она медленно спустилась по лестнице, придумывая, чем занять время. Мужчины после завтрака уехали на охоту, никаких других развлечений на сегодня вроде бы не планировалось. Без Франчески Констанция чувствовала себя неуютно, словно явилась в этот дом под фальшивым предлогом. Может быть, взять в библиотеке книгу и почитать у себя в комнате? Но это было бы невежливо по отношению к хозяевам дома и другим гостям.
Констанция миновала холл и вошла в уютную маленькую гостиную. Там было несколько дам, включая тетю Бланш, леди Селбрук, леди Резерфорд и сестер Нортон. Девицы Нортон выглядели не такими оживленными, как накануне. Констанция не знала, что могло быть тому причиной — утомительная вчерашняя прогулка или общество, не располагавшее к веселью.
Она, поколебавшись, остановилась на пороге, думая, не повернуть ли назад, но тут ее заметили сестры Нортон.
— Мисс Вудли! Присоединяйтесь к нам!
Одна из сестер Нортон вскочила, подбежала к Констанции и схватила ее за руку, словно боясь, что Констанция ускользнет. Констанция опустилась на софу рядом с сестрами. Судя по энтузиазму, с которым сестры Нортон встретили появление Констанции, они здесь невыносимо скучали.
— Как вам поездка в церковь Святого Эдмунда? — спросила Элинор Нортон.
— Это было очень интересно, — ответила Констанция.
Не успела она сказать еще хоть слово, как в разговор вмешалась тетя Бланш.
— Разумеется, ей очень понравилось, как же могло быть иначе? Очень познавательная поездка. Мои девочки ни о чем другом вчера и говорить не могли. У вас такая прекрасная церковь, леди Селбрук, — сказала она, обращаясь к хозяйке, словно церковь была собственностью семьи Селбрук.
Тетя продолжала расписывать красоты древней постройки. Лидия и Элинор Нортон беспокойно заерзали на месте. Констанция увидела, как леди Резерфорд обменялась раздраженными взглядами с леди Селбрук, и покраснела. Ей было неудобно за тетю, сама тетя Бланш пребывала в блаженном неведении.
Пытаясь как-то исправить ситуацию, Констанция подождала, пока тетя сделает паузу, чтобы набрать в грудь воздуха, и спросила Элинор, что она с сестрой собирается делать сегодня.
— Мы думали прогуляться по саду, — ответила Элинор, оживившись.
— Мы слышали, здесь чудесный сад, — поддержала Лидия. — Не присоединитесь ли вы к нам?
— Превосходная мысль! — воскликнула тетя Бланш. — Молодежь должна интересоваться садоводством. Не сомневаюсь, мои девочки с радостью составят вам компанию. Я утром уже успела пройтись по саду, и прогулка была чрезвычайно приятной.
Тетя переключилась на сад. Констанция еще раз или два попыталась повернуть разговор в другое русло, но каждый раз тетя Бланш упорно переводила беседу на себя. Констанции показалось, что тетей овладело какое-то странное желание восстановить всех против себя.
Первой не выдержала леди Селбрук. Она встала, и тетя Бланш на мгновение умолкла.
— Прошу простить меня, — сказала леди Селбрук с холодной улыбкой, — я должна поговорить с прислугой по поводу сегодняшнего ужина.
Кивнув всем, она удалилась.
— Такая достойная леди, — сказала тетя Бланш, — превосходная женщина.
— Да, она с достоинством переносит все свалившиеся на нее беды, — согласилась леди Резерфорд.
— В самом деле? — Тетя Бланш повернулась к ней, и глаза ее вспыхнули.
Леди Резерфорд нашла великолепный способ заставить тетю Бланш замолчать, подумала Констанция.
— Ее жизнь — это череда трагедий, — продолжала леди Резерфорд. — Младшая дочь умерла десять или двенадцать лет назад, ей было всего шестнадцать. Потом, два года спустя, скончался старший сын, Теренс. Он упал с лошади и сломал шею. Эта трагедия тяжким бременем легла на ее плечи. Лорд Селбрук, разумеется, тоже был убит горем. Теренс был любимцем в семье. Такой милый молодой человек. Если бы он не погиб, Мьюриэль, конечно, именно за него… — Леди Резерфорд умолкла и покачала головой. — Но что толку говорить сейчас об этом. Теренс умер, и наследником стал Доминик.
Леди Резерфорд вздохнула и окинула взглядом присутствующих. Констанция решила, что на ее долю достался самый колючий взгляд.
— Боюсь, лорд Лейтон стал для родителей разочарованием, — сказала леди Резерфорд.
Она снова умолкла, словно ожидая вопросов. Констанция решила, что не вымолвит ни слова, она не желала поощрять сплетницу. К несчастью, тетя Бланш придерживалась другого мнения.
— А почему? — жадно спросила она.
— Ну, конечно, трудно было ожидать, что он во всем будет походить на Теренса. Теренс во всем превосходил остальных — он был великолепным наездником, спортсменом и красив был, как греческий бог. Он преуспевал во всем, за что брался.
— Одним словом, образец совершенства, — сухо заметила Констанция.
Отчего-то все эти восхваления вызвали у нее неприязнь к старшему брату Доминика.
— О да, — подтвердила леди Резерфорд. — Доминик и мечтать не мог о том, чтобы стать таким, как его брат, но родители, кажется, вправе были ожидать, что он хотя бы постарается это сделать. Лейтон же уехал в Лондон и предался там порокам: игра, пьяные кутежи, драки — он перепробовал все. Говорят, что он к тому же изрядный донжуан. Ухаживает за девицами, на которых даже не думает жениться, заставляет их поверить в то, что у него самые серьезные намерения, а потом бросает их.
Констанция сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Она знала: слова леди Резерфорд адресованы ей. Это предупреждение, и если она не внемлет ему, то станет очередной брошенной девицей. Она старалась держаться спокойно, не желая выдавать матери Мьюриэль бушевавших в ней эмоций. Нет, Констанция отказывалась верить в то, что сказала леди Резерфорд. Она просто хочет очернить его в глазах Констанции.
Тетя Бланш была самым лучшим слушателем, которого только могла пожелать леди Резерфорд.
— Ах, скажите на милость! — воскликнула она. — А ведь по виду и не скажешь. Такой милый джентльмен.
Леди Резерфорд пожала плечами и сказала, понизив голос:
— Алкоголь — вот что его погубит. Он всегда много пил. А как он вел себя на похоронах сестры!
