Селия, словно зачарованная, несколько секунд безотрывно смотрела на пруд, прежде чем поняла, что Джонас не присел рядом на скамейку, а ходит перед ней взад-вперед.
– Что-то не так? – спросила она.
– Время покажет.
– Хорошо, – крепко сцепила на коленях руки Селия. – Почему ты не объяснишь причину, по которой тебе необходимо поговорить со мной, пока я не начала делать поспешные выводы? Ни об одном из которых я, кстати, думать не хочу.
Джонас остановился и взглянул на Селию.
– И что же это за выводы?
– Например, что ты хочешь меня предостеречь, чтобы я не усматривала в нашей дружбе больше, чем есть на самом деле. Что хоть я и нравлюсь тебе, возможно, ты даже испытываешь ко мне нежные чувства, тебе нужно получить опыт общения с другими молодыми дамами.
– Это ты так думаешь?
Селию немного успокоило недоверчивое выражение лица Джонаса. Но не до конца.
– Такая возможность не исключается, – ответила она.
– Позволь мне сказать, что это исключено.
У Селии подпрыгнуло сердце.
– На самом деле, – продолжал Джонас, сев на скамейку с ней рядом, – эта мысль посетит меня в самую последнюю очередь.
Он взял ее за руки и держал, крепко сжав. Жаркая волна прокатилась по всему телу Селии.
Руки Джонаса были сильными и крепкими. А прикосновения нежными, но надежными.
До знакомства с Джонасом самым сильным человеком для Селии был брат. Но он терялся на фоне Джонаса. Разница заключалась в том, что Джонас обладал спокойной силой, оставлявшей у нее ощущение безопасности и защиты, тогда как сила Хардли вызывала страх.
Там, где Хардли требовал внимания, Джонас его заслуживал. Его спокойная манера вести себя, царственная осанка и выдающиеся способности – все вместе это делало его удивительным человеком. На войне он был командиром, и Селия понимала почему. Он обладал непревзойденными качествами лидера и восхитительной способностью вызывать к себе доверие.
– Что-то случилось, Джонас?
– Нет, все в порядке, – покачал он головой. – Просто…
Селия ждала.
– Просто… – Джонас встал и начал ходить по крошечному пространству беседки. – Просто я признаю, – он остановился перед Селией и заглянул ей в глаза, – что очень люблю тебя, Селия. Ты знаешь, что в тот первый вечер я представился тебе с целью закрепиться в обществе. Я понимал, что Хардли будет самым большим для меня препятствием в этом деле, и подумал, что знакомство с тобой поможет достичь поставленной цели. Я никогда не лгал тебе на этот счет.
– А я сказала, что понимаю, почему тебе пришлось так сделать.
– Но я не ожидал, что так полюблю тебя. Не представлял, что буду так тобой восхищаться. – Джонас замолчал на мгновение. – И я не думал, что захочу жениться на тебе и провести с тобой остаток своей жизни.
– Что ты сказал? – попыталась обрести голос Селия.
– Мне нечего тебе предложить. – Его царственная поза напомнила Селии о командире, каким он по-прежнему во многом оставался. – У меня огромные долги. Люди говорят, что я женюсь на тебе только из-за твоего приданого.
– А ты?
– Отчасти да, – не дрогнул Джонас. – Я не стану лгать тебе. Долги, которые я унаследовал вместе с титулом, оказались невероятными. Мне очень нужны деньги, которые, возможно, когда-нибудь придут ко мне вместе с тобой.
– В том танцевальном зале присутствует большое количество других состоятельных женщин, которые будут в восторге от предложения стать твоей женой. Почему же ты не выбрал одну из них?
– Потому что больше мне никто не нужен. Я понял, что мне нужна только ты.
Селия сглотнула комок в горле и быстро заморгала, чтобы не пролить стоявшие в глазах слезы. Джонас сел рядом и снова взял ее за руки. Она почувствовала новый прилив сил.
– Если я выйду за тебя замуж, – собравшись с силами, сказала Селия, – люди решат, будто ты женишься на мне, только чтобы отомстить Хардли.
– Скорее всего, да, – улыбнулся Джонас. – А еще скажут, что ты могла бы выбрать одного из дюжины мужчин, которые больше, чем я, достойны стать твоим мужем, и что ты приняла неудачное решение.
Теперь настала очередь Селии улыбаться.
– Скорее всего они скажут, что это ты принял неверное решение и что теперь тебе придется всю оставшуюся жизнь мириться с моей откровенностью.
– Ничего другого я и желать не могу, – Джонас коснулся пальцами ее щеки.
Селии хотелось, чтобы он поцеловал ее. Хотелось пережить эмоции, которые наполняли ее, когда он держал ее в своих объятиях и целовал. Хотелось прикоснуться к нему и почувствовать кончиками пальцев тепло его тела, но чтобы при этом одежда Джонаса ей не мешала. Эта мысль потрясла Селию.
– Джонас, поцелуй меня.
– С удовольствием, – улыбнулся он, наклонил голову и прижался к ее губам.
От несметного количества эмоций, пронзивших Селию, когда поцелуй Джонаса стал еще глубже и настойчивее, закружилась голова. Даже сидя на скамейке, она чувствовала, как трясутся колени. Но больше всего ее беспокоил жар, охвативший низ живота, где скопилась горячая влага.
Селия подождала, пока язык Джонаса проникнет к ней в рот, и ответила на его штурм собственной атакой. Она противостояла ему с такой дерзостью, о которой даже не подозревала. Она сражалась с ним с мастерством опытного в поцелуях человека, хотя опыта у нее никакого не было. И Селия поражалась, откуда берутся ее смелость и знания.
Она только знала, что, когда Джонас целует ее, она готова на все и позволит все что угодно.
Селия прильнула к нему и обняла за шею.
В лунном свете раздался низкий стон, но Селия до конца не понимала, откуда он происходил. Кожа предательски пылала в тех местах, где Джонас ее касался, словно он ставил там раскаленным железом свое клеймо.
Пальцы Джонаса скользнули от плеч к запястьям, оставляя за собой обжигающий след, а затем начали подниматься к груди Селии.
Она знала, что он намерен к ней прикоснуться, только не была уверена, сможет ли выдержать ощущения от этих прикосновений, не превратившись в пылающий костер.
Селия прижалась к нему еще сильнее, словно требуя дать ей то, чего так жаждало получить ее тело, хотя и сама до конца не знала точно, что именно.
Поцелуй Джонаса стал еще глубже, еще настойчивее, руки, уверенные и ласковые, коснулись нежной округлости груди.
Селия издала тихий приглушенный стон, эхом прозвучавший в ее собственных ушах, и едва не рассыпалась на миллион кусочков. Все вокруг плавало в каком-то тумане.
Он, жаждущий, вновь припал к губам Селии ртом, но потом он вдруг резко отстранился от нее, когда громкий рассерженный голос выкрикнул его имя.
