Неуверенность на ее лице сменилась радостной улыбкой.
— Вы не думаете, что оно слишком… слишком…
— Думаю, — сказал он, медленно обводя взглядом ее лицо и останавливаясь на губах.
Смущенная этим взглядом, Лидия опустила голову и сказала первое, что пришло на ум:
— Вы теперь танцуете гораздо лучше, чем в первый раз… — Поняв, что допустила бестактность и, возможно, обидела Натана, она добавила: — Простите, мне не следовало…
— Все в порядке, — сказал он, не собираясь признаваться, что все это время брал уроки в школе танцев мисс Вильгельмины Гарднер.
Лидия впервые почувствовала уязвимость Натана Хантера и подумала, что, возможно, ошиблась, считая его самоуверенным и дерзким типом. Она решила не размышлять над этим слишком долго, опасаясь, что это может заставить ее поколебаться и усомниться в правильности принятого решения. Бригем как-никак уже сделал ей предложение.
— Я рада, что вы пришли. Насколько я понимаю, у вас есть повод отпраздновать радостное событие.
— Вот как?
— Конечно, — кивнула она. — Бригем сказал, что вы скоро отбываете в Австралию. А это значит, что ваше дело близится к завершению. Полагаю, вы тоже уедете?
— Да… наверное.
«О чем, черт возьми, она толкует? Какое дело близится к завершению? Не может быть, чтобы Бриг говорил о возвращении в Баллабурн без Лидии. Это могло означать одно: он сделал ей предложение. Неужели я опоздал? И Лидия дала ответ? Нет, не может быть, потому что Бриг в таком случае глаз бы с нее не спускал. Он бы объявил об этом сегодня же, пока Лидия не передумала».
Натан перестал танцевать.
— В чем дело? — спросила Лидия.
— Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж, — выпалил Хантер. — Я хочу, чтобы ты поехала со мной в Австралию. Я знаю, что не очень нравлюсь тебе, но для того, что я имею в виду, это не имеет большого значения.
«Не имеет значения? О чем он говорит? С каких это пор чувства перестали иметь значение в браке?»
— Я не понимаю вас.
— Наш брак будет несколько необычным. Я имею в виду, что нам не обязательно вступать в брачные отношения. — Не обратив внимания на то, что она тихо охнула и попыталась вырваться из его рук, он и не подумал ее отпускать. — Все равно это будет временное соглашение. Мне нужна жена на год. Всего на один год. Потом ты можешь уйти от меня. Если пожелаешь, я отправлю тебя в Сан-Франциско или в любое другое место. Как решишь, так и будет.
— Но почему?
— Что «почему»?
— Почему вам вообще нужна жена? Почему на один год? И почему именно я?
И впрямь — почему?
Лидия задавала вопросы, на которые Натан не мог ответить. Проще было бы солгать ей, притвориться, что влюблен, что она ему нужна, сказать ей все те глупости, которые наверняка наговорил Бригем. Это существенно упростило бы дело, но Натан не мог этого сделать. В конце концов она почувствовала бы, что ее предали, а поступить таким образом Натану не позволяла совесть.
— Все это трудно объяснить, — ответил он. И когда на этот раз она попыталась вырваться из его рук, он ее отпустил.
Лидия не убежала, а лишь отошла на несколько шагов и повернулась к нему спиной.
— Вы должны понять, что я не могу ответить вам сразу, — сказала она. — Мне никогда еще не делали подобных предложений.
Он подошел к ней поближе.
— Я уже говорил, что мои намерения настолько благородны, что это может даже показаться оскорбительным.
Лидия рассмеялась, но смех этот был невеселым.
— Действительно, вы это говорили. Я забыла. Однако ваши действия не всегда были настолько благородны.
— О чем это ты, Лидия?
— Так, ни о чем.
Натан прикоснулся кончиками пальцев к ее шее и почувствовал, как она вздрогнула. Он очень надеялся, что дрожь была вызвана желанием, а не отвращением.
— Лидия, — прошептал он, прикасаясь губами к ее уху. Она откинула назад голову, открыв взгляду красивую линию шеи. Он поцеловал ее. Ее аромат возбуждал. Она повернулась к нему и вскинула руки на его плечи. Губки ее чуть приоткрылись, глаза пытливо вглядывались в его лицо.
Натан наклонился, и она закрыла глаза, уступая ему. Он сначала легонько прикоснулся к ней, пробуя на вкус ее губы, но, почувствовав, как кончик ее языка пытается прорваться сквозь барьер его зубов, осмелел. Натану пришлась по вкусу эта милая баталия, и он с большим удовольствием включился в этот чувственный танец. Он прислонил ее спиной к стволу лавровишни. Одна рука придерживала ее за талию, а другая скользила по краю выреза платья, причем пальцы то и дело соскальзывали с холодного атласа на нежную, теплую кожу под ним. Ему хотелось спустить вниз лиф, взять грудь и прикоснуться к соску. Почувствовать, как он твердеет и напрягается. Натан был уверен, что она позволила бы сделать это, но не хотел форсировать события.
— Наш брак не обязательно должен быть лишен удовольствия, — прошептал он.
— Только любви не будет, — сказала в ответ Лидия.
В этот момент она могла бы оттолкнуть его, но не сделала этого. Она жадно впитывала в себя новые ощущения, его язык, дерзко прикасавшийся к ее языку, возбуждал ее. Его пальцы, ласкавшие грудь, дразнили ее. Ей хотелось почувствовать на нежной коже его горячие влажные губы. Чтобы прикоснуться к твердому и плоскому животу Натана, она нетерпеливо потянула его рубашку. Его поцелуи стали теперь более крепкими и жадными. Он прижался к Лидии и мечтал лишь о том, чтобы она задрала юбки и позволила ему войти в свое тело. Он представил, как она обовьет ногами его бедра и примет в свое лоно. Ее груди будут прижиматься к его груди, а язык будет задавать нужный ей ритм движения, воспламеняя чувства.
Неожиданно Натан резко отпрянул от Лидии. Его серебристо-серые глаза впились в потемневшие очи девушки.
— Есть еще кое-что, и об этом ты должна знать, — тяжело дыша, проговорил он и с вызывающим видом, даже сердито вздернул подбородок.
Лидия затаила дыхание, отчетливо понимая, что дело зашло слишком далеко. То, о чем она думала и чего хотела, теперь вдруг начало ее смущать. Лидии не хотелось смотреть на любовника, но и отвести взгляд она не могла.
— Я говорю о своем преступлении, — грубовато сказал Хантер. — Это убийство…
Он даже не попробовал узнать, какое впечатление произвели на нее эти слова, а просто повернулся и пошел прочь.
— Натан, — окликнула его Лидия. Он остановился. Оглянулся.
— Я хочу обдумать твое предложение. Я хотела бы также узнать еще кое-что. Приходи ко мне, когда родители лягут спать. Часа в два ночи. Можешь воспользоваться боковой дверью. Я оставлю ее открытой. — Она жестом остановила его возражения. — Приходи.
— Где ты будешь ждать меня?
— В своей спальне, — замявшись на мгновение, ответила Лидия.
