высоком подоконнике, мужчина долго и задумчиво созерцал непроглядную темноту за подернутыми инеем стеклами. Девушка беспокойно ерзала в кресле и долго не решалась заговорить.
— Пожалуйста, не сердись на меня. — Она не могла больше хранить молчание. — Мне кажется, я поняла, где искать то, что мне нужно.
— Я сержусь? — Слегка приподнялась темная бровь. Ферро упрямо не желал смотреть в ее сторону. — Ты не ты, если не сбежала раньше, то сбежишь от меня сейчас. Я в этом нисколько не сомневался.
— Я не собираюсь сбегать! Если бы ты согласился мне помочь… — Его жестокие слова больно задели девушку, она и так понимала, какую непоправимую глупость собирается совершить. — Я должна помочь моей семье! Я бы все отдала ради них, только у меня нет ничего!
— Это неважно, я не могу запретить тебе делать глупости. Или ты считаешь, я буду держать тебя силой? Иди, делай то, что считаешь правильным.
Вероника удивленно разглядывала чеканный профиль своего спасителя и не могла поверить своим ушам. Он ее отпускает. Так просто? К чему тогда было вести все эти разговоры? Зачем ее так долго мучить? Но вместо пустых обвинений и ненужных слов девушка просто сказала:
— Спасибо тебе. Я хотела…
— Не надо со мной прощаться, — Ферро, соизволивший наконец обернуться, прервал ее неловкие изъяснения на полуслове. — Ты нашла не лучшее время. Не думаю, что твоя воля существенно что-то изменит. Эта прогулка вряд ли окажется долгой, но наверняка станет достаточно, гм… поучительной.
Конечно, он не верит и не собирается идти с ней! Да она и не просила. Девушка уже и сама была не рада, что завела этот разговор, но теперь поздно отступать:
— Я не хочу доставлять тебе неприятности…
— Не стоит волноваться по этому поводу. — Ферро одним быстрым и грациозным прыжком соскочил со своего места и оказался прямо перед Вероникой. От неожиданности и удивления девушка вскочила на ноги и замерла, онемев под пристальным изучающим взглядом стальных глаз. Вчера он смотрел на нее совсем по-другому. А теперь… она сама во всем виновата!
— Что ты предполагаешь делать, когда твое маленькое путешествие закончится? Ты хотела бы вернуться обратно?
— Я бы очень хотела! — Нет, она не ослышалась, а все остальное не в счет! Ее спаситель вправду не сердится и готов дать время разобраться во всем! Но чем дольше Вероника бодрствовала, тем более пугающей и неприглядной становилась мысль о том, чтобы уйти, отказавшись от защиты. Еще меньше она хотела подвести своего спасителя. Но почему, если существует серьезная опасность, он так запросто отпускает ее? Намного проще посадить беспокойную девчонку под замок, посидит, поплачет и одумается…
— Тогда пообещай, — красавец смотрел ей прямо в глаза. — Обещай, что ты вернешься ко мне, Вероника!?
— Конечно, я вернусь, — на этот раз она отвечала не задумываясь. — Обещаю!
— Благодарю тебя. — Ферро обнял ее за плечи. — Зачем мне мечтать о солнце, когда у меня есть ты?
Веронику окутало тепло и ни на что не похожий аромат жаркого летнего дня, а по коже в том месте, где к ней прикоснулись его горячие и сильные руки, побежали мурашки. Это было странно, но приятно. Девушка тихо вздохнула и опустила ресницы. Куда она спешит?! У нее еще есть время отказаться от своей глупой затеи… пока не поздно!
— Собирайся и поторопись. — Ферро резко отстранился. — На зоре эти твари не так расторопны. Я буду ждать у ворот.
Под высокими потолками еще звучало эхо бесстрастного голоса, когда он быстрым шагом вышел из зала. Вероника осталась стоять растерянная и одинокая.
Девушка не помнила, как вернулась обратно в свою комнату. Простояв несколько минут у разложенной кровати, она набросила на плечи свою потрепанную куртку и задумалась.
Как долго продлится ее путешествие? Минуты? Часы? Дни? Как далеко она сможет уйти, когда ее неизбежно настигнут? Девушка закрыла глаза ладонями, прислушиваясь к звенящей тишине. Тот час резко встала и подошла к окну, тому самому, из которого должна быть видна цель ее путешествия.
Несколько минут Вероника безнадежно вглядывалась в снежную мглу на горизонте. Она пыталась искать ориентиры, приметы того места, куда собиралась попасть, а они никак не находились. Девушка со все возрастающим беспокойством осознавала, что переоценила свои силы, она была готова признать, что не видит ничего, кроме непроглядной тьмы.
Вероника лишь примерно представляла себе направление и могла ориентироваться только на светящиеся окна крепостной башни, смотрящей в лесную даль. Но только до того момента, пока сама видит их.
Все, пора! Девушка несколько раз глубоко вздохнула и решительно распахнула дверь. Она поспешила вниз, не глядя по сторонам, не взяв из комнаты ничего, кроме так полюбившегося ей черепахового гребня. Зачем он ей понадобился? Не расчесываться же… Так долго в лесу она не пробудет.
В каждом шаге, гулком эхе, сопровождавшем ее движения, в таинственности, витающей под сводчатыми потолками, неопределенности собственных мыслей, кружении снега, в глухой тьме подвальных окон, будто смотрящих в спину, сквозило страшное ощущение глубочайшей фатальности происходящего. Сила, которая, вопреки ее желаниям и здравому смыслу, толкала в спину и гнала в неизвестность — слепая, отчаянная, сумасшедшая надежда. Но как бы в противовес этому неумолимому зову пришло осознание своей полнейшей беспомощности. Девушка понимала, что не сможет себя защитить, а единственное, на что действительно можно рассчитывать, это ее собственные ноги. Хоть бы они не подвели!
Вероника пересекла широкий двор, снег мерно поскрипывал в такт ее шагам. Ворота, как всегда, были распахнуты настежь. Меж открытых створок чернел замерший ночной лес. Но, кроме Вероники и этой, показавшейся ей бездонной дыры, во дворе не было никого. Неужели Ферро даже не выйдет попрощаться? Он же обещал!
Постояв несколько минут в нерешительности посреди заснеженного двора, девушка медленно сосчитала до десяти, стараясь унять усиливающееся беспокойство, и осторожно ступила за спасительные стены.
— Осмелилась все-таки, — голос, пусть и знакомый, заставил ее вздрогнуть и обернуться. Ее спаситель неподвижно стоял за стеной, на границе света и тени. — Иди, раз решила.
В его словах не было ничего значительного, но безразличный тон, которым они были сказаны, напрочь лишил Веронику уверенности. Она через силу кивнула, отступила на пару шагов, силясь уйти, и… не смогла двинуться с места.
Она просто очень упрямая и глупая девчонка! Ей не хватает сил, чтобы навсегда смириться со смертью родных… Или признать, насколько она сейчас не права. Упрямство рано или поздно погубит ее. Скорее рано…
Девушка сжала кулаки и, превозмогая все свои мыслимые и немыслимые страхи, повернулась к лесу.
— Постой, Вероника! — Ферро наконец соизволил показаться из темноты. — Ты уверена, что
