class="p1">– Она живет активнее, чем мы все, вместе взятые, – покачала головой Несса.
– Если ты не занята, – сказала Труф, пока доктор Эд помогал Эвелин встать, – может, сходим куда-нибудь перекусить? Мне не мешало бы проветриться.
– Отличная идея! Как ты относишься к итальянской кухне?
– С обожанием.
– Тогда я закажу нам столик в местном ресторане. Это недалеко, прямо за углом.
* * *
Перед ужином Труф решила воспользоваться случаем и позвонить Полин. Но когда она набрала номер, включился автоответчик.
– Привет, мам, – сказала Труф. – Это я. Я буквально на пару слов. У меня все хорошо, я осваиваюсь, ну и, знаешь, прихожу в себя. Все вокруг ко мне очень добры…
Полин перезвонила почти сразу.
– Тру! – воскликнула она, тяжело дыша. – Как ты?
– Привет, мам. Я как раз собиралась идти в ресторан с Нессой, одной из здешних арендаторов. У меня все отлично. Знакомлюсь со всеми…
– А как твоя бабушка?
– У нее все в порядке. Она… очень своеобразная… Я, кажется, начинаю догадываться насчет тебя… Ну, откуда тут ноги растут… Ну да бог с ним. Как у тебя дела?
– Все хорошо! Что ж, будь осторожна. Я рада, что у тебя все в порядке. Приятно вам посидеть. Я постараюсь позвонить тебе завтра. В двенадцать я буду занята на благотворительном чаепитии в церкви, но после этого мы сможем созвониться и поговорить нормально.
– Отлично! Я тоже постараюсь, чтобы меня ничего не отвлекало. Люблю тебя.
– И я тебя, Тру.
Глава 18
В половине восьмого Труф получила сообщение от Нессы, та писала, что будет ждать ее внизу, в холле.
– Ничего, если я сейчас отлучусь ненадолго? – спросила она у Эвелин. – Сильно я не задержусь.
– Все в порядке. – Эвелин спокойно сидела, устроившись в своем кресле. Только что она подкрепилась легким ужином, который Труф разогрела для нее в микроволновке. – Эд зайдет ко мне пропустить стаканчик перед сном. Перед уходом он поможет мне лечь спать, если ты вдруг к тому времени не вернешься. И не смотри на меня такими круглыми глазами! Он врач на пенсии, и я обещаю, что не буду вводить его в искушение. – Она озорно улыбнулась. – Сейчас по телевизору как раз идут «Изуродованные тела» [11], мы с Эдом просто обожаем это шоу. Помню, когда мы разговаривали с Ари, он очень впечатлился тем, что я так много знаю о последних достижениях в области пластической хирургии.
– Хорошо. Тогда увидимся позже.
* * *
– Чудесное платье, – сказала Труф, когда они с Нессой вышли из дома и направились по главной торговой улице.
Сама Труф надела свободный комбинезон и белую футболку. На Нессе было лимонно-зеленое свободное платье из льна и такого же цвета головная повязка. В уши она вставила серьги в форме лимонов, а на руках у нее позвякивали браслеты.
– Спасибо, – ответила Несса. – Я сама его сшила.
– Ты в нем просто красавица. Так ты и одежду шить умеешь?
– Я с детства на «ты» со швейной машинкой. Хотя я завидую твоему росту – мне вот комбинезон совсем не пойдет. Я в нем буду выглядеть нелепо. Но что есть, то есть, верно?
По дороге Несса показала Труф несколько своих любимых бутиков и галерею Даны.
Ресторан находился на небольшой улочке, ведущей к берегу. Вечер был теплый, поэтому подруги устроились прямо на улице, в маленьком мощеном дворике. Хотя было еще светло, на навесах и на деревьях уже зажглись гирлянды. В небольшом уютном зале сидели, смеясь и потягивая вино, другие посетители; между столиками сновали официанты и время от времени о чем-то перекрикивались по-итальянски.
– Ну и как тебе Дублин? – спросила Несса, принимаясь изучать меню.
– Ну, я ожидала не этого. Впрочем, если честно, я даже не знаю, чего я ожидала. Как, не очень абсурдно звучит?
– По правде говоря, Эбботсвилль не очень похож на центр Дублина, – заметила Несса. – Но, если понадобится, ты можешь доехать туда всего за двадцать минут на поезде.
Станция находилась чуть дальше по дороге.
– Здесь все такое красивое. А я еще даже не осмотрела тут все как следует. Я бы очень хотела подняться в замок и вообще познакомиться с местными достопримечательностями. Но, думаю, это пока подождет. В конце концов, у меня еще полно времени.
Тут они прервали разговор, чтобы сделать заказ официанту.
– А как тебе Эвелин?
– Честно? По-моему, она замечательная. – Труф помолчала немного, раздумывая, стоит ли рассказывать Нессе все до конца. – Но у них с мамой что-то вроде размолвки. Они уже давно не общаются. Это началось еще до моего рождения. И я хотела бы, пока я здесь, попробовать во всем разобраться. Но, как я вижу, для Эвелин это больная тема, так что я буду просто ждать и надеяться, что однажды она захочет открыться мне.
– Это правда? – удивилась Несса. – Поверить не могу, что кто-то мог повздорить с Эвелин. А мама не рассказывала тебе, в чем дело?
– Нет. Она не любит об этом говорить. К тому же у нас почти не бывает времени на разговоры. Она воспитывала меня одна, я росла без отца. Сейчас она работает в женском приюте. Я поступила в колледж, когда мне было семнадцать – а сейчас мне тридцать два, – и, кажется, с тех пор у нас ни разу не появилось достаточно времени на разговоры. Наверное, я была слишком занята своей карьерой. Когда нам все-таки удавалось побыть вместе, я старалась не говорить о тех вещах, которые могли бы ее расстроить…
Несса была явно заинтригована.
– У меня есть еще дядя, мамин брат… единоутробный. Он живет в Нью-Йорке. И он намного моложе мамы. Я спрашивала его про маму и Эвелин, но он сказал, что они всегда жили как кошка с собакой. Видимо, тут что-то очень личное.
К ним подошла официантка и поставила перед Труф пасту с чернилами кальмара, а перед Нессой – большой стейк рибай гриль.
– Хорошо, что твои клиенты сейчас тебя не видят! – воскликнула Труф.
– То, что я держу веганское кафе, не означает, что я сама веганка, – усмехнулась Несса. – Когда я училась на повара, я узнала, что на рынке маловато хороших веганских кафе, и открыла свое. Вообще-то я редко ем мясо, но иногда так хочется отведать хорошего стейка…
– Я тебя не осуждаю.
– Что ж, расскажи мне про себя и свое имя. Тебя действительно так родители назвали?
– Да, действительно. – И Труф принялась в очередной раз пересказывать свою историю. – Меня назвали в честь Соджорнер Труф.
Судя по всему, Нессе это имя ни
