небольшой дворик, огороженный деревянным покосившимся забором. Тут же находился небольшой сарай с отхожим местом. Справила естественные нужды, и поспешила обратно. По пути никого не встретила. Домик, где мы находились казался пустынным. Возможно все четыре комнаты здесь сдавались в наем, а желающих снимать не было.
Вернувшись в комнату, я ополоснула руки и заправила кровать. Выглянула в окно. Улица, как и накануне показалась мне мрачной и неприветливой. Низкие облака висели над городскими невысокими крышами, видимо собирался дождь. По грязным доскам, которые лежали прямо на земле и служили для прохода вместо тротуара, перемещались все такие же неприглядные страшные личности, похожие на тех что я видела накануне ночью.
Невольно я забеспокоилась о няне. Надеялась только на то, что она ушла недалеко от нашего места обитания.
За спиной послышались шаги и в комнате появился Калиан, принес большой поднос с едой.
— Трактирщица испекла свежие круассаны, здесь масло, сыр. Горячий чай. Садись, поешь, — как и обычно продолжал командовать он.
Поставив все на стол, он стянул плащ. Я же беспокоилась за Манон и оглядывала улицу, пытаясь увидеть ее полноватую подвижную фигуру в темно-коричневом платье и шали.
— Она скоро вернется. Лавка бакалейщика недалеко, за углом, — пояснил Калиан, словно прочитал мои мысли.
Я кивнула, и заправив непослушные пряди волос за уши и подошла к столу. Шаур Ра же присел за небольшой секретер и что-то быстро строчил на бумаге пером, похоже письмо.
— Надо отправить послание моему поверенному в Париже, что я прибыл. Это по моим торговым делам.
— Понимаю, — кивнула я, снова подходя к окну и поглядывая на улицу.
Высматривала Манон, без нее не хотелось садиться завтракать.
— Отчего не ешь? — он обернулся ко мне.
— Я подожду няню, — улыбнулась я Калиану и, видя, что он недоволен, тут же добавила: — Ты очень добр к нам, Калиан. Заботишься о нас, словно родной брат.
Он оставил письмо, и подошел ко мне. Внимательно посмотрел в глаза, и глухо произнес:
— На смертном одре твоего отца я поклялся, что присмотрю за тобой, Сесиль. Устрою твою жизнь. Шарль хотел, чтобы ты вышла замуж за достойного человека, по любви. И я должен был помочь в этом. А сейчас я нарушил клятву данную твоему отцу… потому и чувствую всю глубину своей вины.
— И напрасно, Калиан. Ты же не мог знать, что я все позабуду, и что твой корабль попадет в шторм. Оттого я так необдуманно вышла за де Бриена. Просто обстоятельства так неудачно сложились.
— Неудачно? Нет, все просто жутко сложилось, — заявил он с таким трагизмом в голосе, что я недоуменно захлопала глазами.
Шаур Ра смотрел на меня сейчас так, словно…
Я невольно сглотнула. Он что был влюблен в меня? Оттого мое замужество казалось ему жутким? Неужели он сам имел на меня виды? Эти мысли вихрем пронеслись у меня в голове. И я испугалась.
Нет, не может быть. Мне это просто кажется. Калиан — друг отца и мой друг, и все. Сколько ему было лет? Тридцать? Тридцать пять? Не более. Он не мог думать обо мне в таком ключе или мог? Я так точно не воспринимала его как мужчину. У меня был Поль, и я была беременна от него. К тому же у меня был муж. Хоть и мерзавец, но законный. И какие-то интрижки, и другие мужчины меня точно в эту минуту волновали менее всего.
Все эти мысли кружили лихорадочным хороводом у меня в голове. Мои щеки покраснели от смущения и двусмысленности ситуации. Заметив это Шаур Ра тут же отвернулся, и отошел.
— Что ты намерена делать дальше, Сесиль? — спросил он будничным тоном, подходя к столу, и ухватив кусок сыра, засунул его в рот.
— Наверное, уехать из города. Может податься в Руан или Бове?
— У тебя нет документов. Без подорожной и паспорта тебя не выпустит из Парижа ни один постовой жандарм.
— А если выехать, где нет постов?
— И что это даст? — поднял он брови. — Без документов на любой почтовой станции тебе не дадут ни комнату, ни сменных лошадей, да и по приезду в Руан не снять житье. Нет. Конечно я могу тебя сопровождать и какое-то время скрывать тебя ото всех. Но если тебя обнаружат и то что документов у тебя нет, тебя арестуют и упекут в тюрьму как бродяжку.
— Но, наверное, есть какой-то выход? — спросила я, совершенно не зная, что делать в своей непростой ситуации.
— Есть. Я могу увезти тебя в Америку. Там твой муженек точно не найдет тебя.
— Америку? — вконец опешила я. — Но ты же только что сказал, что надо документы, а до побережья как-то надо добраться.
Глава 38
— Я смогу достать подложные документы, — заверил Шаур Ра, подтвердив свои слова уверенным взглядом. — Там будет указано, что ты моя жена. Для поездки в одну сторону до Марселя сгодиться, там мы сядем на корабль и уплывем. В Америке тебя точно никто искать не будет.
— Но если можно купить новый паспорт, почему я не могу уехать по нему? Жить в то же Руан. Я не хочу плыть в Америку, это так далеко.
— Потому что здесь во Франции может все вскрыться, что документы подделка. Это преступление, которые может закончится тюрьмой для тебя. В Америке не будут проверять.
Я нахмурилась. То есть по подложным документам я не могла жить в другом городе Франции, а уплыть в Америку так запросто? Что-то не сходилось, и моя логика сломалась. Или Калиан чего-то не договаривал или просто преследовал какие-то свои цели? Настойчиво хотел убедить меня уехать с ним?
Снова внимательно пройдясь взглядом по Шаур Ра, стоявшем передо мной, я отчетливо поняла, что не хочу никуда ехать с этим мужчиной. Отправиться в Америку с ним, значит полностью зависеть от него и попасть под его власть, но я опасалась этого. Жестокой воли Рауля мне хватило сполна, чтобы снова отдавать себя в руки какого-то мужчины так безоглядно. Да он спас меня, помог, но сейчас я жаждала свободы, сама решать, что делать и как.
Ко всему прочему властная суровая энергетика Калиана, а особенно его пристальный горящий взор теперь вызывали у меня внутренний трепет и протест. Я не могла понять отчего он поднимает в моем существе такие чувства, но инстинктивно ощущала, что этот человек не только опасен, но и имеет на меня какие-то виды, и далеко не невинные.
Я не могла ехать с ним. Не хотела попасть «из огня да
