отлучиться с работы… на время, — замялась она. — Часа на три.
— Зачем?
— Мне надо по-личному делу.
— Арина Федоровна, личные дела у нас решаются после работы. Идите на свое рабочее место и занимайтесь непосредственно своими обязанностями, — холодно ответил я, делая вид что жутко увлечен бумагами.
Не уходит, стоит.
Поднимаю глаза от документов, которые уже четвертый раз пытаюсь прочесть.
— Мне очень надо, это важно, — глаза горят недовольством.
— Хорошо, Арина, я вас отпущу по вашим неотложным и очень важным делам. Если вы сейчас подробно и в красках расскажите мне, отчего они у вас такие срочные и такие важные.
Стоит, взглядом прожигает, с ноги на ногу переминается.
— Ну, что же вы молчите, Арина Федоровна? Решайтесь. Не уже ли ваши проблемы настолько личные и настолько интимные, — хитро прищурился, делая особое ударение на слове интимные.
На лице Арсеньевой пронеслась целая гамма эмоций, но все же решившись, она села на стул.
— Мне надо уехать загород… мой бывший, — запнулась она. — В общем, мой бывший муж требует, чтобы я отдала дачу своих родителей, ему деньги срочно нужны, большая сумма я так понимаю. Я думала он успокоился, но Антошин сегодня привез потенциальных покупателей смотреть участок, словно вопрос уже решен. Соседка сейчас позвонила, засыпала меня вопросами. Я обескуражена от такой наглости. Но Пашка не дурак, значит, нашел выход как дачу у меня отнять, если людей пригласил смотреть дом и участок. Мне надо ехать, Кирилл Аркадьевич.
— Собирайся, мы едем вместе.
— Что? Зачем? — взволновано вырвалось.
— Ты едешь со мной, или не едешь, вообще, — безапелляционным тоном бросил я.
— Хорошо, — тихо согласилась она.
Набирая водителю, не сводил взгляда с любимой женщины. Арина опустив голову, смотрела на свои руки.
— Борис, подгони машину к главному входу. Да, сейчас, — повысил голос, чувствуя как закипаю.
Глава 25
Арина.
Хотелось уже быстрее добраться до дачи, поэтому не стала спорить. Взяла вещи и спустилась с боссом, к уже ожидающей нас машине.
Зачем показывать свою примитивную гордыню? В некоторых случаях лучше молча согласиться, и не устраивать глупые разборки.
А еще если честно признаться, в глубине души какая-то отдельная часть испытывала пьянящую радость от того, что Громову, хоть он и кобель, самодур несчастный, сволочь порядочная, все же не безразличны мои проблемы.
Боже мой, Арсеньева, заткнись уже! Он навязался на твою голову и ты от радости уже поплыла. Да? Полюбуйся на себя! Где твое самоуважение? Дрыхнет как и твоя гордыня? Громов прыгнул на коня. Такой весь в доспехах. Мчится сражаться с драконами, а ты уже растаяла как ванильное мороженое от жаркого климата. Он даже чувства вины не испытывает, хоть бы раз попытался оправдаться за содеянное. Тряпка ты, Арсеньева, и точка!
Вот пойди разберись в этой несносной женской душе, найди логику в ее мыслях и поступках.
У дверей автомобиля нас встретил крупный мужчина со стрижкой ежиком. Водитель Громова был похож на уголовника, которых обычно показывают в криминальной хронике. Хотя, по сути, Борис милейший человек, воспитывающий двух дочек.
Когда я комфортно расположилась в машине, за мной закрыли дверь. С другой стороны в салон забрался Громов и занял место так же как и я у окна, оставляя между нами небольшое пространство.
Мотор заурчал и «Lexus» плавно тронулся с места. Мужчина не сводил с меня своих наглых глаз и чтобы не подпадать под их гипнотическое влияние демонстративно отвернулась к окну, услышав тяжелый вздох и ерзание на мягкой коже сидения.
Мое настроение было настолько переменчивым, что меня бросало из стороны в сторону как матроса на палубе во время шторма.
И вот сейчас мне бы переживать о проблемах с бывшим, злиться на мужчину сидящего рядом, который был виновником моего нестабильного эмоционального фона, я же постаралась расслабиться и отрешиться от всего, навалившегося на меня за последние недели.
Весна набирала обороты. Щедрое солнце начинало не просто греть, а приятно припекать через стекло.
Городской ландшафт остался позади. Взору открывались еще не проснувшиеся, не одетые в зелень поля. Небольшие населенные пункты пролетали перед глазами, серые тучи, воюющие с солнцем, обещали пролить землю благодатным дождем. И только начинающая просыпаться природа, будет радоваться каждой капле.
В салоне автомобиля приятно и волнительно пахло натуральной кожей, смешанной со знакомым ароматом парфюма.
И тут мне в голову пришла совершенно дикая мысль, что именно так, наверное, пахнет власть и большие деньги.
Легкие древесные нотки и аромат лимона, исходящие от Громова, будоражили кровь. Я разомлела в уютном коконе элитного салона рядом с мужчиной, чья энергетика дарила мне, опьяняющее чувство защищенности.
Но неприятные воспоминания как отравленные стрелы врезались в сознание и испортили эту легкую ни с чем несравнимую эйфорию.
Это все не мое и не про меня.
Возвращение в реальность было болезненно гнетущим. В сердце опять образовалась пустота и я вернулась к неотложной проблеме по чьей милости мы сейчас и едем в Петергоф. Я не надеялась что застану на даче бывшего мужа, но хотелось проверить дверные замки. Ключей у Антошина нет, это я точно знаю. Но если он привел людей смотреть дачу, значит, нашел возможность, как открыть двери.
Что же Пашка задумал? Или это просто от злости и безысходности решил потрепать мне нервы? Я прожила столько лет с человеком и совершенно его не знала. Сколько времени прошло? Я думала он уже успокоился.
Почувствовав вибрацию смартфона, извлекла его из кармана пальто, вызов шел с неизвестного номера. Первый раз не дозвонившись, абонент стал вызывать меня повторно, а потом еще и еще.
Кто же такой настырный?
— Алло.
— Арсеньева Арина Федоровна?
— Да, с кем я говорю?
— Добрый человек беспокоит с очень выгодным для тебя предложением.
— И с каким же?
— Ты красавица отписываешь бывшему мужу свою уютную дачку, а мы в свою очередь клятвенно обещаем не портить твое красивое личико. Я уверен ты послушная, умная девочка понимаешь, что с тобой никто шутки шутить не будет. Завтра едешь к нотариусу, адрес сброшу позже. И без глупостей! А то получишь массу удовольствия, не все гости одинаково приятны!
Мерзкий голос и похабный смех меня изрядно напугал. От страха бросило в жар, разгоняя по телу неприятные мурашки. Во рту пересохло, отчего резко захотелось пить.
Антошин связался с какими-то отморозками и поэтому ведет себя так нагло и развязно. Самому уломать меня не получилось, так он дружков своих решил натравить.
Я держала телефон обеими ладошками, смотря в одну точку перед собой. Меня трясло в нервном ознобе, а мысли
