связываться с адлетом. Так что выбора нет. Придется вырвать пару зубов у вампиров, чтобы потом вставить вместо потерянных.
Экзорцист наклонил голову вбок и слабо улыбнулся.
– Не следовало мне оставлять тебя тренироваться с Крэйном.
– Лучше вампиры, чем вот это вот, – повторила я, указывая на студента, которого за ноги вытащили с арены. А с трибун продолжали нестись крики и свист.
Я попробовала успокоиться с помощью дыхательной гимнастики, наивно утешая себя тем, что даже если и сбегу, то Фалько притащит мою задницу обратно.
– Расслабься, – жаркое дыхание коснулось моего уха. Он сжал мое плечо, и я почувствовала тепло его кожи, а вокруг нас витал сладкий аромат его парфюма. Желудок беспокойно сжался, но я молчала. Я выкачала из Фалько столько, что он почти не приходил в сознание. Он все еще выглядел немного бледным и уставшим, но меня хотя бы не мучил непереносимый голод. – Мы тренировались для этого. Ты тренировалась. Ты справишься, Лиф.
Я сдержанно улыбнулась. Не важно, справлюсь я тут или нет, мою тушку все равно притащат в Лондон. Вопрос только, в каком виде.
Тренировочную арену расчистили от демонов под громкие крики. Мой взгляд упал на песок, в который впиталось огромное количество молодой крови. Затем на трибуне я увидела директора Гейла в разноцветном пушистом одеянии и комиссию, сидящую по обе стороны от него. Ямамото был в их числе и аккуратно поглаживал Спиритуса на плече. Словно почувствовав, он улыбнулся мне, но улыбка была такой же напряженной, как и моя.
Вот бы Крэйн и Зэро были рядом, но они сами готовились к испытанию. Испытания охотников, в которых каждый отдельно сдавал экзамен, закончились. Некромантов же отправляли на арену для испытания небольшими группками, но действовали они по одиночке. Мы тянули жребий, и мне досталась короткая палка. Значит, я начинаю.
Я натянулась, словно струна, когда увидела, что экзорцисты устанавливают высокие перегородки на песок, сооружая что-то вроде лабиринта.
– В испытании участвуют по четыре некроманта. Каждый из вас начинает из своего угла арены с неравными интервалами. Вам дадут лист бумаги, в котором указано, что вы должны принести в центр лабиринта до истечения времени, – произнес Фалько, указывая подбородком на песочные часы, наполненные ярко-красным песком, стоящие рядом с директором Гейлом. – У тебя есть полчаса. Если не успеешь донести предмет или если тебя обездвижит или вырубит нежить, ты проиграла.
Я поджала губы, но все же спросила:
– А если я не справлюсь?
Фалько мрачно посмотрел на меня. От яркого освещения длинные ресницы отбрасывали тени на его острые скулы.
– Этот экзамен – одна десятая того, с чем ты столкнешься в Лондоне. Если ты не справишься здесь, то там и подавно. Интенданту лично сообщат результаты сегодняшнего экзамена. Так что провал – не твой случай. Только если ты не хочешь лишиться головы, как только мы окажемся в Лондоне.
– Изумительно, – пробубнила я, чувствуя пульс у себя в горле. Последние перегородки опустились на песок, и директор Гейл встал. По случаю радостного события на нем была ярко-желтая шляпа с блестящими фиолетовыми мордашками и настолько же ярко-зеленый жилет, который дополнял красный галстук.
– Думаю, мы готовы. Готовы ли новички? Лиф? Зэро? Крэйн? Ноа? Отлично. Раздайте задания.
Фалько откашлялся и протянул мне что-то.
– Мне правда нужно это взять? – Вместо ответа Фалько всунул мне бумажку чуть ли не в рот. – Ладно, ладно.
Я взяла записку и заглянула в нее. «Принести перо стракса». Полное дерьмо.
– Знаешь, что такое стракс? – спросил меня Фалько, заглядывая в бумажку через мое плечо.
– Птицеподобный демон, который высасывает кровь и питается внутренностями мертвецов, подобно стервятнику, – пробормотала я.
Фалько слабо улыбнулся.
– Верно. С тобой все будет хорошо.
– Хорошо? Как я поймаю то, что летает? – панически вскрикнула я.
– Подпрыгни, – дал «отличный» совет экзорцист, подталкивая меня к арене.
– Начинаем! – громко объявил Гейл. Огромные песочные часы над его головой перевернулись и песчинки посыпались вниз. Прежде чем я успела пискнуть, за моей спиной раздался скрип, и проход закрыли решетчатые ворота. Перегородки лабиринта сделаны из темного дерева и были настолько высокими, что я не видела трибуны, только яркий свет сверху. Я слышала одобрительные возгласы и свист толпы. Больше свиста, чем у предыдущих студентов.
– Перо. Ладно, все не может быть так ужасно, – пробормотала я, в очередной раз посмотрев на листок бумаги со своим приговором. Скомкав его и бросив на песок, я двинулась вперед, стараясь не обращать внимания на шум толпы. Десять шагов прямо, затем пять вправо. Слева и справа было сплошное дерево, исцарапанное не хуже когтеточки в каком-нибудь кото-кафе. Капля пота стекла с моего лба на пол, когда я оглядывалась по сторонам. Позади не было ничего интересного, а вот впереди появилась развилка. Налево или направо? Как только я собралась повернуть направо, что-то с такой силой ударилось о противоположную сторону деревянной стены, что конструкция покачнулась. Шипение, гулкий рев, возгласы зрителей.
Черт, вот черт, вот черт!
Я в шоке отпрыгнула назад, развернулась и рванула влево. Звуки сражений позади меня приобретали ужасающие масштабы. Я как белка в колесе неслась со всех ног, поворот за поворотом. С каждым нервным вздохом я пыталась вспомнить все, что читала о стриксах.
Я их ни разу не видела. Помню, они часть семьи Вриколакс, значит, они не просто лапчатые животные, как драуги. Они достаточно мерзкие на вид и питаются падалью… Уверена, они сами превращают свою еду в падаль. Нужно остерегаться когтей и клюва, а перья вроде ядовиты.
Свернув за угол, я подняла голову до боли в позвонках, рассматривая потолок над собой, но свет ослеплял. Я прищурилась, заставила себя притормозить и изучить обстановку. Шум толпы стал похож на звук морских волн, разбивающихся не о скалы, а о мою голову. Я почувствовала запах дерева, сыпучий песок под ногами и пузырек с экзогеном – галлюциногенным тоником для некромантов. Серп неприятно впивался в лопатки. Может, стоило все-таки выбрать огнестрельное оружие? Но серп был единственным предметом, который я хотя бы держала в руках.
Я попыталась прислушаться и отыскать других экзорцистов, но стало тихо. Ладно, чего тянуть. Трясущимися руками я поднесла бутылочку с экзогеном к губам и одним глотком выпила. Горло обожгло, как от шота текилы. Через секунду желудок наполнился, а позвоночник, кончики пальцев на руках и ногах начало покалывать, словно я чувствовала слишком много и мало всего одновременно. Поле зрения сузилось, в ушах зазвенело. Послышались одобрительные возгласы толпы. Я осмотрелась, пока не заметила над собой тень, что стало единственным предупреждением перед тем, как на
