передумал. В голове судорожно складывался план:
— Доехал без проблем.
— Доехали, — поправил Грач.
— Да уж, — согласился Андрей.
— Далеко спрятал?
— Нет, километра полтора примерно.
— Его как в отстойник или с собой берем?
— Ключи забирай и сажай в отстойник, — послышался гнусавый голос третьего охранника, он обходил бытовку, направляясь к снегоходу, — по следу доедем.
— Давай ключи, — потребовал Грач.
— Я ключ и болты от лыж спрятал. Вы вряд ли найдете.
— Гандон, — охранник с силой сунул кулаком в спину, прокричал. — Он ключи спрятал, берем с собой, Базик?
— Тогда с собой. Я за руль, ты давай в корыто, а тому свяжи руки и назад ко мне, дорогу будет показывать.
Андрея заставили отвязать лыжи. Тем же шнуром спутали за спиной руки. Ничего лучше у сторожей не нашлось. Для задержанных у них имелся лиш контейнер.
«Буран», на котором вырулил Базик и, правда, был на издыхании. Андрея посадил сзади.
— Рыпнешься, пристрелю, — предупредил Грач, цепляя трос от саней к буксировочной петле на снегоходе.
Мутный свет фары полз по следу от пластиковых лыж. Отпечаток был четким, снегопад едва его припорошил. «Ну, что, — спрашивал Андрей у себя, сидя со связанными руками позади крепкого охранника и под прицелом второго, — вселенная тебя любит?». Он старался растягивать путы на запястьях. Шнур больно врезался в кожу и не оставлял ни единого шанса.
Тем не менее, засыпанная пятиэтажка приближалась. Базик неизменно вел «буран» по лыжному следу. «Главное не сворачивай, — мысленно направлял его Андрей, — главное не сворачивай». Чувствовал, как сердце бьется все сильнее, а связанные ладони от волнения вспрели, впрочем, как и лоб. Отдавал себе отчет, что его, возможно, ранят или даже убьют по нечаянности. Специально вряд ли, как-никак он носитель ценной информации.
Приблизились к засыпанному зданию. «Все, пора». Андрей рывком вскочил на подножках, плечом саданул Базика в спину и, когда снегоход резко вильнул вправо, спрыгнул. Рыхлый снег топил ноги и удерживал, но балкон был близко, буквально в трех метрах. Единственным неизвестным в уравнении оставалась дверь, которая вела в комнату. На крайний случай Андрей намеревался разбить стекло и "рыбкой" нырнуть в квартиру.
— Сука! Держи его, Грач! — заорал Базик, останавливая «буран».
Грач и рад бы. Не успел подняться в санях после виража, как врезался в снегоход, в результате чего кувыркнулся в снег. Андрей бежал. Даже представить не мог, как это трудно со связанными за спиной руками. Сзади неслась лютая ругань. Раздались выстрелы:
— Стоять! Буду стрелять! — орал Базик. Снова громыхнуло.
Куда там, — Андрей перевалился через перила, рухнул на плиту, перекатился и с колен плечом толкнул балконную дверь. Хрустнуло, дверь распахнулась. Андрей ввалился в комнату. Едва ориентируясь в густом полумраке, все же кое-какой свет проникал через окно, вскочил на ноги, бросился в черный квадрат дверного проема. Выбежал в коридорную темень. «Входная дверь, входная дверь», — билась в голове мысль. Рассчитывал найти спасение на лестничной площадке, где возможности раздвигались на все этажи и открытые квартиры.
— За ним! — слышалось сзади.
Тараща в темень глаза, Андрей семенил, тыкаясь в стены. Когда сторожа залезли на балкон, о чем сообщили удары ботинок о плиту и лязг амуниции, Андрей уперся в дверь. Быстро развернулся, схватился за ручку, опустил, толкнул — заперто. Судорожно зашарил в поисках "бабочки". Она нашлась быстро. Дважды повернул до упора, после чего вновь попытался вырваться. Дверь поддалась.
Лучи налобников носились по стенам и приближались:
— Эй, придурок! — орал Грач, — выходи! Ничего мы тебе не сделаем! Только снежик заберем и отпустим! Ты нам на хрен не нужен!
По-хорошему надо бы поосторожнее, но тихо и быстро не всегда получается, тем более со связанными за спиной руками.
Андрей вывалился в темноту площадки. Дверь распахнулась, ударилась о стену.
— Он там! За мной! — гаркнул Базик. Послышалось буханье каблуков.
Терять уже было нечего, Андрей перевалился через левый бок и покатился по лестнице. Остановился на межэтажной площадке. Свет от фонарей уже прыгал по стенам подъезда. Тяжело выдохнув, не поднимаясь на ноги, Андрей перекувыркнулся, повернулся и поскользил по ступеням вниз головой. «Пиндец мне», — под сводом черепа носился панический демон, размахивал крыльями обреченности.
Раздался треск, удар, за ним вопль:
— Грач! Здесь мутяра! Назад!
Костедробильный грохот выстрелов. Вспышки озарили марш. Андрей остановился на втором этажа, по инвалидски поднялся на ноги, опрометью бросился к лестнице.
Вверху разворачивалась непонятная заваруха, беглецу казалось, что преследователям до него уже нет дела. Все звуки доносились с третьего этажа. В промежутки между выстрелами слышалась ругань и вопли.
Андрей сбежал на этаж ниже, замер. Сквозь шумное свое дыхание старался определить, что же там наверху происходит.
Бахал один автомат, кроме того, звуки выстрелов становились тише, так если бы охранник убегал и палил на ходу. Раздался жуткий вопль, мгновение — и он стих, словно захлопнули бронированный люк. «Что это было?», — Андрей уже не знал — радоваться или бояться. Те двое могли его и пощадить, но то, что истребило их, вовсе не нуждалось в ключе и лыжах от снегохода.
««Буран» стоит у балкона», этот факт Андрей держал в голове, также отметил, что на третьем этаже кроме трупов валяются два автомата. Мог ли он их забрать, сесть на снежик и укатить? Нет. По крайней мере, прямо сейчас. И ждать не мог. Наверняка те, кто остались на блокпосте, слышали выстрелы именно с той стороны, куда отъехали их товарищи с пленником.
«Надо отсюда валить, — по-настоящему ценная мысль завладела его сознанием. — Но как? Там тварь, которая укокошила за пару минут двух вооруженных мужиков? Затаиться и переждать? А если мутяра возьмет мой след или подмога с КПП ее укокошит? Тогда сторожа, чтобы обезопасить себя в дальнейшем, или найти меня, просто обязаны прочесать здание. Нет, надо выбираться прямо сейчас, — судорожно соображал Андрей. — Руки! Развязать руки!».
В кромешной темноте двинулся к воображаемой двери в квартиру. Шел осторожно, опасаясь привлечь хищника. Но тому, было не до него. Сверху доносились чавкающие звуки, треск раздираемой ткани.
Дверь справа оказалась запертой, впрочем, как и слева. С предельной осторожностью Андрей двинулся на второй этаж. Там ему повезло больше, одна квартира оказалась не запертой. Не сделал и двух шагов, как налетел на что-то громоздкое. Мерзкий скребущий звук заставил взбрыкнуть сердце и превратиться в камень. Весь слух обратился к лестничному маршу. Чавканье стихло, но спустя минуту возобновилось.
Андрей обошел мебель и еще с большей осторожностью продолжил перемещение по квартире. Хотел найти кухню. По опыту знал, в большинстве случаях, она располагалась ближе остальных помещений к выходу. И не ошибся, буквально через метр
