прикрытия звезды сразу после подбора «Големом» разведзонда.
– Выполнено.
Зеленая отметка «Харгейсы», лишь минут двадцать назад появившаяся на экране «Скаута», несколько секунд оставалась неподвижной, после чего начала медленно смещаться нам навстречу, одновременно уходя вправо-вверх. Её скорость постепенно возрастала, хоть и не настолько быстро, как мне бы того хотелось. Для противника, находящегося от нее гораздо дальше, чем «Скаут», «Харгейса» пока оставалась невидимой, но быстро приближалась к точке, где голубая звезда больше не будет заслонять ее от сканеров Роя.
– «Голем» меняет курс, выходя на оптимальный вектор разгона, – доложил Призрак, – Видимо, зонд уже у него на борту. Этому есть косвенное подтверждение, интенсивность внешнего сканирующего излучения снизилась на сорок процентов.
– Отправь эти данные на «Харгейсу».
– Сделано. Войсковой транспорт выходит из-под прикрытия звезды.
Я следил за всё быстрее перемещающейся зеленой отметкой, понимая, что вот прямо сейчас вступают в силу те непрогнозируемые факторы, о которых меня предупреждал Призрак. Проще говоря, мы играли в азартную игру, ставкой в которой могли стать не только наши жизни, но и судьба всей колонии на Бригане-3. Вероятность, что «Харгейсу» обнаружат раньше, чем она наберет нужную скорость ощутимо отличалась от нуля, хоть и казалась не слишком высокой. Я понимал, что этот риск неизбежен, а все альтернативные варианты намного хуже, но легче мне от этого не становилось.
– Рич, «Голем» набрал скорость, необходимую для прыжка, – с напряжением в голосе произнес Лис. – Почему он медлит?
– Всплеск интенсивности сканирующего излучения! – скороговоркой доложил Призрак. – Эсминец Роя снова выпустил разведзонд в космос. Шанс обнаружения «Харгейсы» в ближайшие три минуты семьдесят процентов.
Всё-таки искусственный интеллект, управлявший действиями кораблей Роя, меня переиграл. Я рассчитывал, что «Голем» выпустит разведзонд только после прыжка к голубому компоненту Бриганы. В этом случае массивное светило вполне могло опять стать помехой для его сканеров, ведь из гипера он вышел бы, скорее всего, с той стороны звезды, откуда «Харгейса» уже ушла. Однако всё пошло не так, и зонд оказался в космосе до прыжка. Судя по всему, вычислитель эсминца решил собрать дополнительные данные об окружающем пространстве, чтобы, при необходимости, скорректировать конечную точку гиперперехода. Увы, заранее предсказать это действие противника я не смог, и теперь оно грозило разрушением всех наши планов.
– Да что ж за хрень-то такая? – вслух произнес я, пытаясь собрать в кучку разбегающиеся мысли.
– Неудачный термин, командир, – невесело возразил Призрак. – Спросите Лиса, он знает, как это правильно называется.
– Прекратить пустой треп! – я изрядно разозлился, и это, как ни странно, помогло мне сосредоточиться, чего, похоже, Призрак и добивался. – Выпускай оптоэлектронные фантомы. Столько, сколько сможешь. Чем больше и крупнее, тем лучше. Мне нужно, чтобы сканеры противника обнаружили отряд кораблей и сфокусировали на нем излучение сканеров. Это должно повысить шансы «Харгейсы» остаться незамеченной.
– Выполнено.
На экране вокруг «Скаута», остававшегося пока невидимым для врага, появились три полупрозрачные метки, изображавшие корветы проекта «Тортуга», довольно распространенные в федеральном флоте.
– Всё, что могу, командир. Больше просто не потяну, – с ноткой вины в голосе произнес Призрак. – Мои средства РЭБ рассчитаны на создание фантомов сверхмалых кораблей, так что три корвета – мой предел, да и то качество ложных целей не слишком высокое.
– Да плевать сейчас на качество. Нам не торпеды на них отвлекать надо, а заставить сканеры Роя смотреть именно сюда.
Сейчас мы находились еще довольно далеко от «Харгейсы», и я надеялся, что, сосредоточив внимание на нас, враг не сможет засечь медленно набирающий скорость корабль Анны.
– Фантомы обнаружены противником, – сосредоточенно доложил Призрак. – «Голем» корректирует курс и ведет передачу данных. Корветы Роя наверняка уже тоже меняют векторы разгона. Через десять-пятнадцать минут они совершат переход и окажутся здесь.
– Уводи их в сторону от «Харгейсы». Чем дальше от нее выйдут из прыжка корабли Роя, тем лучше.
– Принято.
«Скаут» сменил курс и вместе с оптоэлектронными фантомами федеральных корветов начал удаляться от «Харгейсы». В этот раз мы, похоже, вляпались очень крепко. Избежать боя на крайне невыгодных для нас условиях шансов практически не было. Я внимательно вглядывался в экран, лихорадочно пытаясь сообразить, что делать дальше. Проблема состояла в том, что первый же корабль Роя, вышедший из прыжка рядом с нами, может обнаружить «Харгейсу», и тогда противник скорректирует точки выхода из прыжка остальных корветов и эсминцев. Очевидно, что первым до нас доберется «Голем», а вот как пойдет дальше, совершенно непонятно.
Сам по себе эсминец типа «Голем» не смог бы помешать «Харгейсе» сбежать. Третье послевоенное поколение совершенно не пляшет против нашего оружия. Будь «Голем» один, весь этот спектакль вообще не имел бы смысла. Наши торпеды просто порвали бы его в клочья, а его собственный торпедный залп был бы полностью выбит еще на подлете. Однако вместе с тремя корветами первого поколения он уже представлял серьезную угрозу, но и это могло показаться нам только цветочками. Ягодки в виде трех эсминцев типа «Горгулья» и еще трех корветов в довесок к ним сейчас начинали разгон где-то на периферии планетной системы желтого компонента Бриганы. Минут через сорок они совершат гиперпереход и присоединятся к схватке. И вот тогда, если «Харгейса» всё еще не уйдет в прыжок, нам точно хана.
В общем, вступать в сражение с кораблями Роя «Харгейсе» точно не стоило, а значит, я должен был сделать всё возможное, чтобы враг обнаружил наш войсковой транспорт как можно позже.
– Призрак, сколько у тебя ракет в пусковом блоке?
– Восемь. Перед вылетом зарядили до полного комплекта. Но, командир, там ЭМИ-боеголовки. Пока у цели не сбит силовой щит, толку с них ноль, да и мощность так себе, честно говоря.
– Ну, так мы же не по эсминцу будем ими стрелять, – отмахнулся я от возражений Призрака. – «Голем» первым выйдет из гипера рядом с нами, но сам по себе он слепой. Главная опасность для нас – зонд времен Вторжения, который он сразу выпустит в космос. Вот его и нужно сжечь как можно быстрее, пока он не засечет «Харгейсу». Похоже, опять тебе придется поработать аэрокосмическим истребителем.
– Прав был Лис, – задумчиво ответил Призрак. – Мне бы сейчас пару торпед на внешнюю подвеску…
– Входишь во вкус? – я почти физически ощущал как во мне просыпается азарт боя.
– Это он Куньмин вспоминает, – прокомментировал Лис. – Тогда с торпедами очень качественно получилось…
– Командир, «Голем» ушел в прыжок! – резко оборвал болтовню Лиса Призрак.
Вспышка вторичного излучения полыхнула совсем недалеко от нас, и в трехмерный космос вывалился эсминец Роя. Точку выхода из гипера вычислитель «Голема» рассчитал очень грамотно. Его собственная скорость, набранная для совершения прыжка, практически обнулилась при
