лежали ежедневные отчеты моей команды, которые они присылали после окончания приема магов.
Сведений оказалось негусто. Глотнув еще вина, я углубился в систематизацию данных. Мне всегда нравилось работать с бумагами.
Конфликт между людьми и магами уже начал переходить в неприятную стадию. Я сразу вспомнил слова Святляны, или кто она вообще, такая.
И когда, как мне казалось, я ухватил нужную мысль за хвост, дверь рывком распахнулась.
— А вот ты где! — радостно крикнул Лерчик. — Я пришел к тебе…
Он не успел договорить, потому что я взмахнул рукой и Субботин застыл с открытым ртом.
Вслед за ним рот открыл и я.
Что за ерунда происходит⁈
Глава 13
Я подошел к застывшему Лерчику и дернул за рукав.
— … с приветом! — закончил он свою фразу, увидел меня и подпрыгнул от неожиданности. — Святыми наместниками тебя да три ночи кряду! Хорош так делать!
— Прости, — просто сказал я и снова заморозил его.
Все сработало как надо. Субботин послушно застыл с перекошенным лицом.
Что же это получается? Магия вернулась? И заклинания снова стали действовать?
Снова дотронулся до плеча друга, и тот снова вздрогнул.
— Опять? Я тебе, что, экспонат для опытов? — выругался он.
— У меня вино есть, будешь? — миролюбиво спросил я.
— А делать из меня статую еще будешь? — посмотрев на меня исподлобья, спросил он.
— Все-все! Сегодня точно не буду. Хотел просто проверить.
— Что проверить? — Лерчик уже плюхнулся на диван и удивленно стал разглядывать открытую бутылку. — Не рано ли пить?
— Мыслей в голове слишком много, — пожал я плечами. — После вчерашнего магия странно себя ведет. За утро ни одно заклинание не сработало. А ты вошел и сам знаешь результат.
— Действительно, странно, — он плеснул в бокал и долго смотрел, как рубиновые капли стекают по хрусталю. — А может, ты слишком перенервничал? Приключение в лесу было знатным. И даже опасным. Тем более старуха столько тебе наговорила!
— Я тоже об этом думаю.
— Вот и ответ! Прекрати это делать! — он плеснул мне вина и передал мне бокал.
Но я отказался.
— Не в том дело, дорогой мой Валерий Игнатьевич, не в том, — я подхватил пробку, подбросил ее и сразу же остановил магией. — Утром ко мне зашла Рокотова, и мы с ней гуляли у реки.
Заметив, как блеснули глаза Лерчика, я покачал головой.
— Ей что-то было от меня нужно. Я все пытался у нее узнать, кто она, но получил в ответ какую-то ерунду, вместо информации. Мол, бежала не от врагов, о нас ничего не знает и тому подобное.
— Но ты ей не веришь?
— Да. Что-то она скрывает. Попробуешь что-то о ней узнать?
— Это я с легкостью, — он глотнул вина и заговорщически понизил голос. — А рассказать тебе про вчерашнюю ночь?
— Спрашиваешь! Конечно!
Вот почему Лерчик так поздно появился, он искал участниц ночного ритуала!
— Забавно то, что на деле все оказалось совершенно иным, — он выдержал театральную паузу, но при этом выглядел, будто вот-вот лопнет от желания все рассказать. — Старуху эту, Святляну, никто не знал и не видел. Но как раз вчера пропала Виолетта Рапсова. Искать ее не стали, она приехала всего пару дней назад, почти без вещей. Все подумали, что уехала, и плюнули. А вот девушки… Там все гораздо интереснее.
Лерчик откинулся на диване и уставился в потолок.
— Во-первых, они ничего не помнят. Во-вторых, они примерно одного возраста, до восемнадцати, и все невинны.
Я приподнял брови.
— Да, я тоже удивился, что в деревне, в таком возрасте можно еще найти таких. Но факт остается фактом.
— А кто тебе про костер сказал? — спросил я.
— Один охотник, он возвращался из леса, увидел сложенную заготовку, подумал, что девки прыгать собираются, ну и растрепал мне за кружкой пива. Место для ритуала выбрано не случайно. Удаленное, так просто его не найдешь, плюс там раньше был жертвенный камень.
— Какой камень?
— Жертвенный, — удивленно повторил Лерчик. — Ты не знаешь, что это такое?
— Не могу вспомнить.
— В далекие времена люди приносили жертвы богам. Знаешь, чтобы урожай был лучше, зверье водилось в лесах и так далее. Закалывали петухов и куриц, возносили молитвы.
— Постой. Как же это получается, есть маги, а еще и боги?
— Научно это не доказано. Скорее это желание людей умилостивить некие сущности, чтобы перекинуть на них ответственность. Мол, не выросли посевы — боги гневаются. Святые наместники, считай, не так уж и давно появились. Лет триста, четыреста назад.
— То есть, по сути, люди просто так резали живность?
— Ну, почему же, иногда случалось чудо, и просьбы людей исполнялись.
Я хотел было сказать, что в чудеса не верю, но потом перевел взгляд на все еще висящую в воздухе пробку.
— А не могли откликаться маги на эти молитвы?
— Да кто ж их, князь, знает⁈ Это было так давно, что письменности толком не было. Остались лишь невнятные легенды. Это надо папеньку спрашивать, — скривился он.
— Как все запутанно! — вздохнул я.
— Конечно, то, что непонятно, всегда имеет тысячу объяснений, зачастую даже близко не связанных между собой. Вспомни, что говорили, когда тебя Булатов взорвал? Пьяный маг, святые наместники отметились. Ты дал людям информацию про газ, и они успокоились.
— Да, вполне логично.
Я разморозил пробку, и она с глухим стуком упала на стол. Лерчик успел подхватить ее у самого края.
— А что за эксперименты с магией? — спросил он, разглядывая пробку. — Ты начал про Рокотову и технично ушел от главной темы.
— Ты про нее или про магию?
Ответом мне стал укоризненный взгляд.
— Конечно, про магию. Хотя и про Веронику тоже интересно.
— Собственно, во время прогулки на нее вылетели утки, я хотел остановить птицу, но магия не сработала.
— Как это не сработала⁈
— Птица, как летала, так и летела. Чуть крылом Рокотову по голове не задела. Потом мы вернулись, и я еще несколько раз пробовал, пока все за столом сидели.
— Так вот почему ты себя так странно вел! — хлопнул себя по лбу Лерчик. — И результат тот же?
— Да. Все впустую.
— А когда я
