с упрямством Амелии, множество текущих задач по строительству новых мастерских, требующих незамедлительного решения.
Меня закрутило в водовороте, что только ускорялся, грозя накрыть с головой и утопить в нарастающей лавине раздражения. Я злился на непредвиденное, не понимал очевидного, срывался на тех, кто рядом.
И тут в один миг все резко замерло.
Видение настигло меня при свете дня, напоминая о том, что я успел забыть. Передо мной вновь стояла женщина из снов… Но теперь я видел ее лицо.
Нет, не так, я видел ее прямо здесь, в реальности — живую. Прямо перед собой.
Она смотрела на меня чужим взглядом, незнакомо кривя губы, вкус которых я помнил из прошлой жизни. В горле пересохло и на секунду я забыл, как дышать. Ведь это не могло быть правдой! Вся эта глупость с перерождением и памятью души — всего лишь теория стариков-философов, которым хочется убедить себя в том, что после смерти есть что-то, кроме пустоты.
Амелия Фортайн — воплощение моей потерянной когда-то любимой?
Почему я «увидел» это только сейчас?
Что изменилось?
Она старалась сбежать от меня, пряча руки за спиной. Торопилась наверх, в свою спальню, а я — как примагниченный — следовал за ней, ничего толком не соображая. Сердце стучало где-то в районе горла, разум упорно отказывался верить, а душа… просто тянула меня вперед, заставляя передвигать ноги.
А когда Амелия открыла двери и посмотрела мне в глаза снизу вверх, меня наотмашь ударило осознание кое-чего посерьезнее памяти о прошлой жизни. Если эта девушка — та самая, что приходила во снах, значит, она так же, как и я связана с драгхарами.
Вернее, с драконами.
И совершенно точно обладает магией. Не простой человеческой, а древней, что начала просыпаться и во мне тоже. Но ее дар сильнее, ведь у Амелии вышло скрыть от меня источник. Почему она это сделала? Знала его тайны, истинное предназначение, как и я? Но почему посчитала меня врагом? Неужели мы оба молчим об одном и том же, и нет смысла скрывать истинные причины моего интереса к этому поместью?
— Извини, что? — недоумение в ее голосе возвращает меня на землю.
Сморгнув наваждение, я прочистил горло и выпрямился. Убрал руки за спину, чтобы не поддаться соблазну снова коснуться ее лица.
— Не бери в голову, — сам не зная почему, дал заднюю. — Я всю ночь не спал, померещилось, что ты кое на кого похожа.
Она сузила глаза, открывая двери чуть шире и выходя в коридор. Я шагнул назад, давая ей свободное пространство.
— На кого-то из прошлой жизни?
В груди кольнуло.
Нет сомнений, это она. Но стоит вывалить весь тот хаос, что творится в моей голове, велика вероятность напугать ее еще сильнее. Я и без того сделал многое для образования пропасти между нами.
Усмехнувшись, провел пятерней по волосам и кивнул.
— Все может быть. Вернемся в гостиную?
Она растерянно нахмурилась. Оглянулась на дверь и закрыла ее.
— Сгораю от любопытства, что же такое важное ты хочешь мне поведать.
Я промолчал. Задержался на мгновение, соприкасаясь с Амелией взглядом, а потом отвернулся и первым двинулся к лестнице.
Глава 21
— Значит, ты связан с драгхарами не только работой?
Мы сидели напротив друг друга в плетеных креслах. Вокруг было столько света, что казалось, и не осень вовсе, а лето на дворе. Стеклянные стены веранды пропускали лучи солнца, а крыша практически исчезла, слившись с пронзительно голубым небом.
Но вот в душе у меня зарождалась гроза.
Ведь имелась огромная вероятность того, что я вышла замуж за причастного к моей смерти. Вернее, смерти настоящей Амелии Фортайн.
— Мои предки были драконами, — медленно проговорил он, повторяясь. — Именно поэтому я так стремился завладеть поместьем. Мне нужно к источнику не потому, что я жажду обогатиться на ускоренном производстве артефактов. Это лишь прикрытие моего здесь нахождения.
Я слышала его голос, но слова сливались в неясный гул. В памяти пролетали события того дня, когда очнулась в этом мире. Они складывались воедино, образуя неутешительную картину.
Какова вероятность, что его карета очутилась на той дороге совершенно случайно? Она пролегала мимо особняка драгхаров — единственного строения, что я видела на протяжении всего пути. За мной никто не погнался, хотя должны были. По всей логике крылатые просто не могли махнуть рукой на исчезновение трупа только что загубленной девушки.
Но следом за мной поехала только карета Ингелберта.
Потом я встретила тех драгхаров на пороге его магазина.
А теперь оказывается, что граф и сам не человек.
— Амелия, — донесся сквозь гул в ушах встревоженный голос Кристофера.
— А?.. — я сосредоточила на нем взгляд, усиленно думая, что делать дальше.
Если он тоже был в том особняке, только не поднимался в спальню… Нет, немного не складывается! Тогда почему он помог бредущей по дороге девушке в одной простыне и не вернул ее душегубам? Раз был с ними заодно.
Но также он не задал ни единого вопроса о том, что с ней случилось… Отвез к себе в поместье, приказал помочь, а затем отпустить. Не в больницу, не к органам власти, а в личные владения!
Боги, у меня в голове творился сущий кошмар!
Я даже толком не знала, зачем мне так важно разобраться, имеет ли фиктивный муж какое-то отношение к тому, что со мной приключилось. Ощущение, будто я попала в болото и теперь стремительно погружалась в пучину.
Кристофер поднялся и шагнул ко мне.
— Да ты бледнее мела стала…
Я отшатнулась, вдавливаясь в спинку кресла. Затем вдруг сама того не ожидая вскочила на ноги и помчалась прочь с веранды.
Запуталась!
В прошлом и настоящем, в моей судьбе и жизни прошлой Амелии, в представлении о том, кто такой Кристофер Ингелберт на самом деле.
Граф нагнал меня в ту же секунду.
Схватил за локоть и рывком повернул к себе. Мне даже не было что возразить на это, я прекрасно осознавала, что веду себя максимально странно. Я тонула в тайнах, задыхалась и не могла вдохнуть полной грудью.
— Мы не выйдем отсюда, пока во всем не разберемся! — рявкнул мужчина. — Почему ты так отреагировала на мою принадлежность к драконьему роду?
Выдернув руку из его хватки, я спрятала лицо в ладонях и всхлипнула от переизбытка чувств.
К черту тайны!
Хотя бы с одной сегодня точно покончу!
Вновь взглянув на Кристофера, увидела полное непонимание происходящего на его лице. А еще лютое желание разузнать всю правду. В этом наши стремления совпали, и я
