В отчете говорилось о двух вещах: о внутреннем ощущении того, что весточка доставлена, которое посещало очень многих перемещенцев, и о снах, которые после отправки таких посланий приходили.
В последнем опять-таки опирались на свидетельства. Очень многие из оказавшихся в этом мире чужаков рассказывали о ярких и реалистичных видениях. Обычно им снилась реакция родных на полученную весточку. Причем весточкой не всегда являлось письмо – некоторые, кто писать-читать не умел, посылали предметы.
И пусть доказательства были зыбкими, но я все равно прониклась. Просто у меня тоже это внутреннее ощущение имелось, что уже немало. А раз так, оставалось дождаться ночи и увидеть сон. Сомнений в том, что он приснится, как-то не возникло.
Ну и еще – после знакомства с отчетом я успокоилась. Притом настолько, что опять подхватила многострадальную книжку и таки погрузилась в историю местной Золушки. И, несмотря на тяжеловесные описания, просидела с книгой до самого вечера. Совершенно не отвлекаясь на шуршание и разговоры, которые периодически вели заседающие в кабинете мужчины.
Возможности лечь и уснуть я ждала как манны небесной. Отдельно радовалась тому, что Ринарион предпочел работать до самой ночи и каких-либо планов на вечер – из серии посидеть и поговорить – не имел.
Тот факт, что поужинали рано, в том самом кабинете, в компании помощников, тоже радовал. Когда вернулись в королевские покои, мне оставалась малость – разобрать прическу, принять душ и, собственно, лечь.
Еще один плюс – несмотря на то что Ринар предпочитал простор, в тридцать шагов мы укладывались. В смысле, я могла совершенно спокойно удалиться в «личную» ванную и ни о чем не переживать.
Ну и совсем отдельная, особенная приятность… К моменту нашего возвращения мое койко-место было уже застелено, а на одеяле лежали халат и очередной сверток, в котором, и я это точно знала, находилась новая, на сей раз приличная сорочка.
Визо встретил почти на пороге. Вежливо поинтересовался, как прошел день, потом проследовал с нами во вторую гостиную. Он хотел отправиться за королем, дабы помочь тому раздеться, но величество от помощи отказался. В итоге слуга остался со мной – принялся расшнуровывать платье.
Едва эта поистине важная миссия была выполнена, Визо поклонился, пожелал спокойной ночи и ушел. Ну а я, наоборот, осталась – еще одетая, но уже в неприличном виде. В платье, которое приходилось придерживать, и с четким намерением отправиться в ванную.
Только все сложилось немного не так, как предполагала. Нет, до ванной я все-таки добралась, но прежде…
Дверь в королевскую спальню распахнулась, и на пороге возник полураздетый Ринарион. А я услышала весьма хмурое:
– Это что? И что оно делает в моей гардеробной?
В следующий миг в воздухе мелькнуло нечто белое, и я не сразу поняла – в руках монарха женские слипы. Вернее, не просто женские, а мои.
Стыд? Нет, не было такого. Но толику неловкости я все-таки ощутила, и даже покраснела слегка. Однако извиняться или оправдываться, разумеется, не собиралась. Невзирая на смущение, вздернула подбородок и сказала как есть:
– А что тебя удивляет? Где еще я должна свои вещи хранить?
Ринар такой наглости не ждал и красиво подавился воздухом. Ну а я… натянуто улыбнулась и отправилась принимать душ.
Дверь ванной на всякий случай заперла. Потом избавилась от платья и довольно легко разобралась с прической. Еще через полчаса, притушив при помощи холодной воды все бессмысленные хотелки, вернулась в гостиную и забралась под одеяло.
Несколько щелчков пальцами, и свет погас, погрузив мир во тьму. Я же устроилась поудобнее, подтянула одеяло и решительно закрыла глаза. Сомнений в том, что мне, как и другим попаданцам, приснится дом, по-прежнему не было – оставалось просто взять и уснуть, но…
Ощущение провала настигло ровно в тот момент, когда я поняла, что уплываю в дрему. Оно было легким, ненавязчивым, и на сей раз я не «с высоты ступеньки» падала, а сантиметров с пяти. Не ударилась – просто упала на мягкое. Но вздрогнула всем телом и ощутила прилив смешанного с жаром ужаса – увы, я слишком четко поняла, где именно нахожусь.
Осторожно, будто от этой осторожности что-то изменится, открыла глаза и увидела раскрашенный густыми тенями потолок. Еще более осторожно повернула голову и молчаливо застонала. Ринар! Он еще не спал!
Подпихнув под спину несколько подушек, его самодурство полулежал на постели, держа в руках очередную тонкую папку с каким-то отчетом. Только смотрел, разумеется, не в папку – правитель Накаса взирал на меня!
Два расположенных на стенах бра светили довольно тускло, но их света хватало. На лице Ринариона лежали тени, только скрыть настроение монарха эти тени не могли. Король… нет, он не злился! В потемневших голубых глазах читалось одно-единственное желание.
Мой ужас отступил, сбежал под напором охватившего тело недвусмысленного напряжения и жара. Низ живота моментально заныл, а сознание подернулось сладкой дымкой. Мне потребовалось несколько секунд на то, чтобы заставить себя сделать вдох и сказать:
– Это не нарочно.
– Знаю, – ответил Ринар. Голос прозвучал тихо и очень хрипло.
По коже тотчас побежали мурашки, а сердце сжалось! Только сдаваться на милость инстинктов, потакать магической метке я не собиралась. Поежившись, приподнялась. Потом и вовсе села. Скользнула взглядом по обнаженному мужскому торсу, заметила несколько алых полос от ногтей и вспыхнула опять.
Просто отметины были моими – я оставила их во время той самой проверки. Впрочем, дело не только в следах и даже не в шикарном теле с выраженной мускулатурой. Проблема в том, что Ринар уже приготовился ко сну, и хотя нижняя часть королевского туловища была прикрыта одеялом, казалось, что величество совершенно гол.
Это стало поводом зажмуриться и вдохнуть еще глубже. Потом собрать в кучку крупицы выдержки и сдвинуться к краю этой поистине гигантской кровати.
Да, несмотря на подлую телепортацию, я намеревалась вернуться в гостиную на отведенный мне диван. Но…
– Стоять, – выдохнул Ринарион. И да, это был приказ.
Кровь резко ударила в голову, а новая вспышка возбуждения напомнила атомный взрыв! Только меня ни вспышка, ни приказ не остановили! Более того – я попыталась отскочить и вообще побыстрее до края кровати добраться! Но всего через секунду была схвачена за руку и притянута обратно…
– Стоять… – прошептал Ринар, а где-то там, далеко раздался приглушенный грохот – это отброшенная папка с отчетом на паркет упала.
Кажется, ничего особенного. Ну упала и упала! Но для меня этот звук стал финальным аккордом. Нелогичным, но прямо-таки железным подтверждением – все, Светка. Попала!
По телу покатилась новая волна нестерпимого жара, а Ринар откинул одеяло, совершил резкий маневр, и я оказалась распластана под огромным и уже не слишком вменяемым мужчиной.
Его величество не придавил – он удерживал свой вес на руках, только возможности сбежать все равно не имелось. Вернее, возможность-то, может, и была, а вот желания…
Длинная и совершенно непрозрачная сорочка ситуацию не смягчала. Наличие на Ринарионе пижамных штанов – тоже никакой роли не играло. Еще сознавая, где нахожусь и что делаю, я прикрыла глаза и приподняла подбородок, подставляя губы. И все. Реальность дрогнула, а мир окончательно сошел с ума.
Голубоглазый тиран целовал нежно и вместе с тем буйно, а я отвечала на это буйство со всей возможной горячностью. Отвечала так, словно от этого поцелуя зависит судьба вселенной. Словно нет ничего важнее.
Руки сами обвили мощную мужскую шею, а пальцы с наслаждением погрузились в распущенные темные волосы. Сердце забилось быстрее, а в коленях появилась по-прежнему непривычная, но очень характерная дрожь. Если бы мы сейчас стояли, кому-то пришлось бы ловить, и… вероятно, вновь удивляться, почему эти ровные ноги не держат.
Когда ладонь Ринара заскользила по телу, задержалась на груди и тут же устремилась вниз, стало совсем жарко. Захотелось впиться в широкие плечи ногтями, что я и сделала.
Его величество глухо застонал, а моя сорочка сразу оказалась задрана до самой шеи. А монарх принялся целовать еще жарче, но уже не губы, нет… Он ласкал грудь, живот и лишенные тонкой шелковой защиты бедра.
Через несколько бесконечных, наполненных невозможным удовольствием минут Ринар избавил меня от сорочки и потянулся к собственным штанам. Хотелось назвать этот миг точкой невозврата, но точка невозврата была давно пройдена. И не факт, что сейчас. Кажется, мы прошли ее гораздо раньше – вероятно, в королевском кабинете, а может быть, в момент самой первой встречи…
Новая порция поцелуев и ласк лишила остатков разума. Просто теперь между нами не было абсолютно никаких преград. Я чувствовала жар мужского тела и мужское желание. Последнее сводило с ума особенно сильно, будило такие чувства, о существовании которых я даже не подозревала.
