его глазах мелькнуло удовлетворение и превосходство. Он проглотил наживку.
— Дорогая Маргарет, — его голос стал медово-снисходительным, — вы слишком строги к себе. Ваши результаты и так превзошли все ожидания. Конечно, за месяц до «идеала» не добраться. Но мы же всегда можем продлить контракт! — Лукас махнул рукой, как будто отмахиваясь от назойливой мухи. — На столько, сколько потребуется. — Он обаятельно улыбнулся. — Не волнуйтесь об этом. Главное — прогресс и ваше рвение.
Внутри все замерло. Продлить. Именно то, что мне было нужно услышать. Именно то, что подтверждало его уверенность в своей ловушке.
— Ох, мистер Локвуд! — Выдохнула, изображая облегчение. — Значит, мы можем работать столько, сколько нужно? Без спешки? Сосредоточиться на качестве?
— Именно так, — кивнул он, явно довольный и собой, и мной. — Без лишнего напряжения. Качественно и основательно. Вы заслужили право работать в своем темпе.
— Спасибо! — Я нарочито задумалась, постукивая карандашом по тетради. — Знаете… раз уж сроки не жмут… Можно маленькую просьбу?
Лукас сделал великодушный жест: «Говорите».
— Работа работой, — вздохнула я, — но я тут уже больше двух недель, почти три. Безвылазно. В пыли и хаосе. А у меня между тем остались дела. Неотложные. Квартира, бумаги в банке… Да и просто мозг проветрить. Купить нормальной еды, а не эти ваши… э-э-э… деликатесы. — Я поморщилась для убедительности. — Мне необходим выходной. Развеяться и вернуться со свежими силами? Я же потом еще усерднее работать буду! Обещаю!
И посмотрела на него снизу вверх, изображая надежду и легкую усталость. Йорик у моих ног тявкнул, как бы поддерживая просьбу.
Глава 29
Лукас задумался на мгновение. Его взгляд скользнул по свежевыкрашенным стенам, по моему лицу. Расчет был прост: отпустить — укрепить иллюзию свободы и контроля. Показать себя добрым господином. Да и все равно вернется птичка — куда ей деваться? Цепи-то на месте. Он улыбнулся.
— Разумная просьба, Маргарет. Трудоголизм — это прекрасно, но отдых необходим даже волшебницам. — Он вынул из внутреннего кармана сюртука тонкий серебряный прибор, похожий на часы, и что-то настроил. — Думаю, для завершения ваших дел и полноценного отдыха трех выходных дней будет мало. Выделю вам неделю. Ровно. Начало отсчета… скажем, с завтрашнего утра? Я организую портал. Куда доставить? К банку? К вашей бывшей квартире?
— К банку, пожалуйста, — быстро сказала я. Квартира, из которой, надеюсь, уже выгнали и Толика, и его мамашу, мне сейчас не нужна. Банк — источник денег и, возможно, информации. — Завтра утром — идеально. Спасибо вам огромное, мистер Локвуд!
— Не стоит благодарности. — Он кивнул, со щелчком закрыв крышечку странного прибора. — Хорошенько отдохните. Наберитесь сил. Торнвуд будет ждать вас.
— Обязательно! — тоже кивнула я. — И, если можно, хотелось бы быть на связи с Джонатаном. У него ведь есть номер из нашего мира, раз он заказывает вещи с маркетплейсов?
Лукас секунду подумал и кивнул:
— Он сам с вами свяжется перед отправлением. Хорошего отдыха, Маргарет.
Его взгляд скользнул куда-то вглубь дома — туда, где, как он подозревал, сидит на цепи Элиас. В глазах мелькнуло холодное презрение и уверенность. Абсолютная. Он повернулся и вышел, не сомневаясь, что только что укрепил свои позиции.
Я стояла, пока его шаги не затихли за дверью. Потом медленно выдохнула. В груди бешено колотилось сердце. Первая часть плана сработала. Я получила то, что хотела: время и выход в свой мир. Неделя. Семь дней, чтобы найти способ разорвать его паутину.
Конечно, самонадеянно думать, будто в моем мире, где не верят в магию (во всяком случае, я никогда не верила), найдется ответ. Но попытаться надо обязательно. К тому же у меня будет возможность поговорить с Джонатаном на своей территории. Кто знает, вдруг получится выудить что-то полезное вдали от Локвуда с его шантажом?
Вечер опустился на Торнвуд, окрашивая расчищенные комнаты в сизые цвета. Рабочие разошлись, оставив после себя запах свежей краски и тишину — густую, как бархат. Я закрылась в своей комнате, но не одна. Элиас стоял у окна, его силуэт вырисовывался на фоне темнеющего сада. Напряжение дня висело в воздухе, смешанное с предчувствием разлуки.
— Неделя, — повторила я, подходя к нему. — Семь дней.
Голос звучал твердо, но внутри все сжималось от страха. За него, за Йорика. Вдруг что-то пойдет не так?
Элиас обернулся. Зеленые глаза в полумраке были похожи на глубокие лесные озера. А в них — тревога и какая-то обреченная нежность.
— Семь дней без тебя в этом каменном мешке, — пробормотал он. — С хаосом, который может проснуться, и с братом, который… — Он не договорил, махнув рукой. — Будь осторожна, Марго. Твой мир тоже небезопасен.
— Знаю. — Я положила ладонь ему на грудь, чувствуя знакомый ритм сердца. — Но это хоть какой-то шанс. И первый шаг. Надо узнать о контракте, о магии, о способах разорвать такие цепи. О тебе. — Я посмотрела ему в глаза. — Ты же будешь ждать?
Ответом стал поцелуй. Долгий, глубокий, словно Элиас пытался вдохнуть частичку меня, чтобы хватило на эти семь дней. В нем была тоска и обещание. Мы не говорили больше ни слова. Слова были лишними в тишине комнаты, где только трещал фитиль керосиновой лампы, да посапывал Йорик на своем коврике.
Ночь прошла быстро и нежно. Не было страстной бури, только тихая река близости. Мы лежали, сплетенные, его рука крепко держала мою талию, подбородок уткнулся в макушку. Дыхание было ровным, но я знала — Элиас не спал. Так же, как и я. Мы слушали, как бьется сердце друг друга, как шуршит за окном ночной ветер в зарослях сада. Это был островок покоя перед бурей разлуки. Я запоминала тепло его кожи, запах мыла и пыли, жасминовый аромат его волос, ощущение полной защищенности в его объятиях. Он был моей крепостью. И я уезжала.
Утро пришло серое и прохладное. Я собрала небольшой рюкзак с самым необходимым: паспорт, банковские карты, немного денег из последней зарплаты до Торнвуда, телефон, блокнот и ручка. Надела свои старые, потертые джинсы, футболку и куртку — броня из прошлой жизни. Порванное шелковое платье от Лукаса висело в шкафу немым укором и напоминанием о ловушке.
Йорик чувствовал
