рыженькая бесхитростная лисичка…
– На неё уже заявили права как на пару, – перебил друга.
– Фаила Писакар – брюнетка, невысокая и невзрачная, но с чистыми намерениями, кротким характером, мягкая и податливая, слова поперёк не скажет.
– Ты себе постельную игрушку подбирал, или будущую императрицу? – описанные качества не вдохновляли, возможно, когда-то в молодости – да, но не сейчас.
Друг фыркнул и продолжил без комментариев.
– Ольма Марск – шатенка, высока, мила и влюблена в тебя до мокрых трусиков…
– Дальше! – перебил, помню эту девушку, влюблённость на расстоянии не добавляла ей ума.
– Валерика Неженская, – в голосе друга были такие предвкушающие нотки, что захотелось ударить. – Она не хочет быть тут, выигрывать отбор тоже, но в то же время, как бы это сказать… – он помедлил, – ей важен ты и твоё мнение. Как думаешь, почему?
– Потому что хитрая, наглая, и…
– И тебя тянет к ней неудержимо, как и её к тебе, – хохотнул друг, а я в удивлении раскрыл глаза. – Не пытайся меня проморозить, лучше подумай хорошенько. Выгонишь девчонку и будешь жалеть всю жизнь.
Я смотрел на друга и пытался понять, с чего он сделал такие выводы. На моей памяти друг ни разу не ошибался. А этот поганец растянул губы в улыбке и почти промурчал.
– Поверь мне, друг, я не отдам ту, которую ты сам толкнёшь в мои объятия, – он даже вперёд подался, и с него враз слетели все маски. – Я сейчас серьёзен, Ксеофан, я заявляю права на Валерику!
Валерия Нежинская…
Утро началось ближе к обеду. На сегодня нам дали выходной и на завтрак собираться было не нужно. Вот я и отсыпалась. Ночь была нервной. Сначала я переживала, потом пыталась понять, отчего меня каждый раз клинит и я спорю с императором. На моменте, когда я лежала и сравнивала двух синеглазых мужчин, таких похожих и таких разных, меня переклинило окончательно.
Наверное, именно этими мыслями оказались навеяны сны, где я была в объятиях то одного, то другого, а под конец, вообще с двумя разом. Холодный душ помог прийти в себя и вытравить эти видения. Откуда они вообще взялись? Никогда не замечала за собой подобных фантазий. А главное, откуда в них появился Сергео? Я вот очень далека от БДСМ, а мужчина, хоть и показал себя на балу с иной стороны, но явно был приверженцем жёстких игр.
Придя в себя и надев домашнее платье, вышла в гостиную, где меня уже ждала Тола, накрытый стол и Лиси.
– Ну, наконец-то! – подскочила девушка. – Как ты можешь спать? Когда тут такое…
– Не пугай меня, – сердце тут же заколотилось как ненормальное. – Что случилось?
– Да не пугайся ты так, – тут же успокоила, как она думала. – Просто все прочат тебе победу в отборе.
Я села там, где стояла, хорошо это было кресло или диван, не важно, главное, не на пол. О какой победе идёт речь? Хорошо, если меня не отправят в казематы, а просто выгонят с отбора.
– Кто прочит? Откуда вообще такие мысли? – спрашивая слабым голосом, замерла в ожидании ответа.
Даже в голове стало как-то пусто: тараканы и те застыли в удивлённых позах.
– Ты информационные листы читала? – как-то вкрадчиво спросила девушка, будто я больная на всю голову и со мной надо разговаривать вежливо и медленно, чтобы не спугнуть.
– Нет! – мотнула головой, стараясь убрать эту звенящую тишину. – Где я их возьму во дворце?
– Эммм… – протянула подруга, – а прислуга у тебя на что? Эти листы ходят по дворцу в огромных количествах.
И она, действительно, протянула мне пачку листовок. Глянув на верхний, я увидела снимок нашего танца с императором. Он прижимал меня к себе, нежно улыбался и с этого ракурса улыбка была именно нежной, а не кривой, как было в реальности. Да и я смотрела на мужчину так… Боги, что я думала в тот момент? Заголовок был кричащим: “Нас ждёт скорая свадьба? Белое – неспроста?”. Я убью Жози! Взгляд сам побежал по строчкам, вчитываясь в статью. Жёлтая пресса во всех мирах одинакова. Быстро пробегая глазами строки развернула листок и увидела ещё одно фото под заголовком: “Что это, если не ревность?” На снимке Сергео держал меня за руку, предвкушающе улыбаясь, а вот за моей растерянной физиономией было видно перекошенное от злости лицо императора.
Но я-то знаю, что о ревности там речи и не шло. А потом меня как обухом по голове ударили. Эту статью увидит император! Руки затряслись и я судорожно начала перебирать издания по датам. Вот первый день, снова мы с императором, он обнимает и я с широко распахнутыми от испуга глазами, но заголовок кричал иное: “Первая симпатия, или случайность?”. На следующем было фото Додика и заголовок: “Уволен без рекомендаций! Косо посмотрел на фаворитку отбора.” Я перебирала листы, читая: “Страсти накаляются, будущую императрицу хотели убить!”, “Девушку скинули с башни, куда делся труп?”, “До первого испытания выбыло уже четыре претендентки”, “Будущая императрица, кто она?”
Откинув в сторону этот ужас, упала лицом в ладони. Какой кошмар!
– Тола! – вскинула голову и посмотрела на менталистку. – Почему я не знала про листы?
– А зачем читать этот бред и догадки? – пожала она плечами. – Неужели сами не знаете, что происходит на отборе?
Ну, резон в словах был, но…
– Как это зачем? – удивилась. – Знать мнение других и…
Я замолчала, пытаясь понять свои скачущие мысли и эмоции.
– Садитесь за стол, все остывает, – проговорила, как ни в чем не бывало, женщина. – А все эти газетёнки только аппетит портят, и нервозности добавляют.
В удивлении смотрела на Толу. А ведь она специально не давала мне эти инфо-листы. Не хотела, чтобы я читала. Сплетни рассказывала, но от прессы оградила. Зачем? Допрос с пристрастием пришлось отложить. При Лиси многого не скажешь, значит, отложим на потом. Тем более, подруга и не думала уходить, а уже усаживалась за стол и посматривала на меня с интересом.
– Рассказывай! – тут же почти приказала девушка, как только я села напротив. – Что у тебя с императором?
– В отличие от тебя и Коэн Агосто, у меня нет ничего общего с императором. – качнула головой, немного успокоившись.
Тола права, я-то знаю как обстоят дела на самом деле, и Ксеофан тоже. А раз он до сих пор не запретил писать сомнительные сенсации, то ему они безразличны. А пока я учусь в академии, про меня все забудут.
– Что, совсем? – умоляюще смотрели на меня зелёные глаза напротив.
– Совсем, – улыбнулась такой непосредственности. – Лучше расскажи как прошёл разговор с Алексией?
