– Много нам подарков нужно купить? – спросил он, лавируя в потоке автомобилей.
– Тридцать семь, – четко отозвалась Полина.
– Сколько?!
– По числу сотрудников.
– А что у вас обычно дарят? Чай, кофе, шоколад? – Иван искренне надеялся, что отделается одним-двумя видами подарков, и ему не придется выбирать презенты для каждого лично. Это же сизифов труд, и до Нового года не управиться!
– Что-нибудь новогоднее. В прошлом году были праздничные скатерти, а еще раньше – настольные светодиодные свечи.
– А не проще подарить сертификат? – с надеждой предложил Иван.
– Какой же это подарок? – возразила Полина. – Это же откуп. Ни внимания, ни фантазии.
– Хорошо, – сдался Иван, сворачивая на парковку у магазина. – Какие идеи есть в этом году?
– Я еще в прошлом году предлагала, но тогда Владимир Семеныч не одобрил… Сказал, что ребячество. – Полина запнулась, и Иван с улыбкой взглянул на нее. Его помощница раскраснелась и стала совсем юной и трогательной, как Снегурочка на детском утреннике.
– И что же это? – В нем проснулось любопытство.
– Наборы елочных игрушек, – сказала Полина и торопливо добавила: – Знаете, такие красивые, ручной работы. Домики, зайчики, шишки… Не то что эти безликие китайские шары! Они даже не бьются, представляете?
– Непорядок, – кивнул Иван, с трудом скрывая улыбку.
– Смеетесь? – поняла Полина. – Да вы сами подумайте! В елочных игрушках самое важное что?
– Красота? – предположил Иван.
– Воспоминания! – неожиданно пылко сказала Полина. – Вешаешь их на елку и вспоминаешь – вот эта белочка из детства, а эти часики появились в тот год, когда школу заканчивали, тогда еще небывалый снегопад был, а этот домик тебе подарил дорогой сердцу человек… – Она вдруг смутилась, раскраснелась еще больше и сделалась необычайно хорошенькой. Иван внезапно подумал, что повезло этому человеку, который дорог сердцу Полины, и мысленно пожелал своей помощнице личного счастья.
– И берешь эту игрушку в руки – бережно и осторожно, – продолжила Полина, – и боишься ее разбить, потому что она хрупкая и тем особенно дорога. А эти новомодные одинаковые шары что! Не греют ни сердце, ни душу. Воспоминаний не хранят, а уронишь – им хоть бы что.
Она замолчала, смутившись, как будто наговорила личного и теперь жалела об этом.
– А знаете, – пришел ей на выручку Иван, у которого слова Полины тоже отозвались в сердце, – у меня дома хранится целая коробка старинных елочных игрушек. Некоторые еще моим бабушкам принадлежали, а большую часть мама покупала. Она считала, что каждый год нужно покупать хотя бы одну елочную игрушку – на память.
– Правда? – по-детски обрадовалась Полина и счастливо взглянула ему в глаза.
– И я тоже не понимаю эту моду на одинаковые шары. Так что идемте выбирать игрушки на долгую память нашим добрым коллегам! – Иван припарковался, покинул машину и помог выйти Полине. Она на миг вложила руку в его, и у Ивана на душе вдруг стало тепло, как будто синичка скользнула в ладонь.
В торговом центре, с фантазией украшенном к празднику, царило оживление. Парили над головой метровые снежинки, взмывая к стеклянному куполу. Перила с первого по последний этаж обвивали сверкающие гирлянды, манили новогодней сказкой витрины магазинов. Покупатели переходили из павильона в павильон, постепенно обрастая покупками, упакованными в нарядные коробки с бантами. Перед большой, в красно-золотых бусах и шарах, елкой стояла очередь из желающих сделать селфи.
– Раньше люди снимали друг друга, а теперь – себя, – заметила Полина, и Иван внимательно взглянул на нее – она озвучила его мысли.
– Можно угостить вас кофе, Полина? – Ему вдруг захотелось сделать ей приятное. – А то вы меня постоянно кофе балуете.
Иван увлек помощницу к витрине кофейни, и они заказали два латте навынос – с новогодним вкусом.
– Конечно, кофе не настолько хорош, как тот, который готовите вы, – признал Иван, сделав глоток.
– Это лучший кофе, который я когда-либо пила, – возразила Полина.
Они направились наверх, к огромному детскому магазину – Полина объяснила, что там самый большой выбор елочных украшений. Когда они поднимались по эскалатору, навстречу им ехала счастливая семья – отец держал на руках вихрастого мальчика, похожего на него, а на мужа и сына с нежностью смотрела красивая молодая женщина. Они почти поравнялись, когда женщина радостно замахала:
– Полина!
– Вера, Олег, с наступающим! – так же искренне обрадовалась Полина. – А это ваш Антошка? Вылитый папа! – Она повернулась и стала смотреть им вслед, когда эскалаторы разминулись.
– С Новым счастьем, Полина! – прокричал Олег, и Иван запоздало узнал того самого мужчину, который недавно встречал Полину с работы, а потом признавался ей в любви в ресторане.
– Спасибо, что помирила нас! – Вера счастливо поцеловала мужа и на прощание махнула рукой. – Будь счастлива!
– Осторожней, Полина. – Иван помог ей сойти с эскалатора, придерживая за локоть. – Вы разве не встречаете Новый год с Олегом? – спросил он растерянно.
– Конечно, нет! – с возмущением возразила Полина и даже локоть выдернула, едва не расплескав кофе в стаканчике. – Олег ведь женат. У него сын, как видите.
– Значит, он с женой тогда поругался, а вы их помирили? – уточнил Иван, чувствуя себя глупее некуда.
– Иногда двум любящим людям нужно, чтобы кто-то подтолкнул их друг к другу, – улыбнулась Полина. – Я просто оказалась в нужное время в нужном месте.
– У вас доброе сердце, Полина.
Помощница как-то особенно пристально взглянула на него, и в ее голубых глазах сверкнула серебристая искорка.
– Что, Полина?
– Идемте выбирать подарки. – Она отвела взгляд и быстро направилась к магазину игрушек.
В детском магазине приближение Нового года чувствовалось особенно сильно. Звучала в динамиках зимняя песенка из любимого с детства советского мультфильма. Прямо у входа посетителей встречала большая елка, на разлапистых ветвях которой висели мягкие игрушки – старые добрые Чебурашка, кот Матроскин и лев Бонифаций, новомодные Фиксики и злые птицы. Под елкой громоздились коробки в подарочной упаковке.
– Как думаешь, что в них? – Двое одинаковых мальчишек подбежали к елке и схватили по коробке, перегородив проход Ивану и Полине.
– Пустая! – разочарованно потряс коробкой один из близнецов.
– И эта тоже! – с досадой отозвался второй.
– Захар! Фома! – С другого конца зала к ним спешила запыхавшаяся мать. – Немедленно положите коробки на место.
Близнецы синхронно опустили на пол коробки и задвинули их пинком под елку. От двойного удара Чебурашка и Бонифаций встревоженно закачались, а красная злая птица, сидящая наверху, спикировала прямо на макушку одному из мальчишек.
