фиолетовых, жёлтых, голубых.
– Боже, как здесь всё стильно оформлено, – восхищается Стелла. – А картины безумно интересные и необычные. Мне потребуется целая вечность, чтобы полюбоваться и разглядеть каждую.
– Согласен, – киваю я. – Только не забудь про меня, милая, – обнимаю её за талию и едва касаюсь губами виска. – Ты затмеваешь всю красоту, поверь, – говорю я восхищенно ей на ухо и замечаю, как лёгкий румянец появляется на её щеках.
Она смотрит на меня довольными и смущёнными глазами. – Тогда любуйся сегодня только мной.
– Что я и делаю, – отвечаю, довольный её предложением.
– Или просто стой рядом и любуйся картинами, собственно, зачем мы сюда и пришли, – переводит она своё внимание на картину перед нами.
– Первый вариант мне больше подходит, – хитро я улыбаюсь. Она в свою очередь легонько толкает меня локтем в бок, тихо посмеиваясь.
– Не хочешь что-нибудь выпить? – спрашиваю я, ища глазами официанта, после перевожу взгляд на Стеллу.
– Наверное, – пожимает она плечами.
– Может, шампанского? – предлагаю я. Она согласно кивает мне в ответ.
– Тогда оставлю тебя ненадолго, – говорю я и иду, чтобы найти официанта и взять шампанское своей прекрасной спутнице и себе.
* * *
Мне, безусловно, нравится этот вечер, хотя бы по одной простой причине – я его провожу со Стеллой. Она меня одаривает своей красотой, очарованием и вниманием. Хотя, надо признать, она ко мне более холодна, нежели я к ней. Скорее всего, она просто открыто не демонстрирует свои истинные чувства. По крайней мере, я знаю, что не безразличен ей, и это успокаивает и греет мою душу. Иначе, зачем она здесь со мной?
На протяжении пары часов мы со Стеллой смотрели работы моего приятеля, пили шампанское и живо обсуждали картины, которые были перед нашими глазами. Любовь к живописи нас немного сблизила сегодня вечером.
Конечно же, я представил Стеллу своему приятелю Алехандро как свою спутницу и подругу, а как уж он понял всё на самом деле, меня меньше всего волнует. Это только между мной и Стеллой и больше никого не касается.
Мне пришлось ненадолго оставить Стеллу, чтобы обсудить с глазу на глаз несколько важных вопросов с Алехандро – в его кабинете, без посторонних глаз и ушей. Быстро закончив разговор с приятелем, я решил найти свою прекрасную спутницу. Я не хотел, чтобы она заскучала или, тем более, убежала раньше времени без меня. Обойдя половину выставки, я нашел её рассматривающей одну из картин из серии «Женщины и краски».
Стелла внимательно рассматривала одну из картин, на которой был изображен профиль женщины с огненными волосами, обращенный к небу. К выгнутой шее изображенной огненной женщины приникли губы брутального мужчины, руки которого обвивали её голову, а её руки касались его мускулистой спины. Их тела были нарисованы крупными мазками разных цветов, что создавало иллюзию, словно эти два тела созданы из разных предметов и составляющих.
Задумчиво разглядывая картину, Стелла маленькими глотками потягивала шампанское из бокала в своей руке.
Я сегодня немало выпил бокалов, стараясь не думать о том, что Стелла рядом со мной и никуда не убежит, даже если не подпустит слишком близко. Эта мысль искушала и пьянила меня. А прямо сейчас, завороженный этой картиной и этой женщиной, я понимал, что горю от желания обладать ею.
«Да, старик. Искусство и алкоголь ударили тебе в голову», – смеётся надо мной мой разум.
Эта женщина действовала на меня словно опий, дурманя и застилая пеленой мой разум, лишая меня возможности думать о чём – либо. Все мои мысли были лишь о ней.
Я тихой поступью подхожу к Стелле со спины, беру её за руку и разворачиваю медленно к себе. Я чувствую, как её тело затрепетало, но ее глаза настолько прекрасны и невинны, что мне становиться стыдно и совестно пожирать её своими голодными глазами. Потому что я действительно голоден, и мой голод зовётся «Стелла».
– Пойдем, я тебе что-то покажу, – говорю я ей на ухо. Она ничего не отвечает, а просто согласно кивает. Я веду её по галерее, сам не знаю, что ей собираюсь показать и, пытаясь прямо на ходу придумать какой-то план действий.
Мне просто нужно уединиться с ней, поэтому я решаю, что нужно найти потаенный уголок, где бы нас никто не заметил. Заметив один из них, я делаю два шага назад, ступая в темноту, и увлекаю за собой Стеллу. Оказавшись вдалеке от посторонних глаз, я разворачиваю Стеллу лицом к себе и прижимаю её спиной к стене, надвигаясь на нее, словно тень. Мы оказываемся в темноте, лишь лёгкая светотень пробирается к нам, но не выдаёт нашего присутствия в этом закутке.
Не теряя ни секунды, я обхватываю её лицо руками и провожу большим пальцем по её губам. Она молчит и лишь выпускает едва различимый стон. Я впиваюсь в её губы, не спрашивая разрешения, потому что мне безумно хочется её целовать, и она не отталкивает меня.
Её губы вкуса шампанского и шоколада, которые я хочу ощутить ещё сильнее, поэтому углубляю наш поцелуй, пробираясь сквозь её сладкие губы, и она мне отвечает. Мы целуемся страстно и неистово, словно у нас могут отобрать этот момент – каждую секунду.
Стелла обхватывает меня руками за шею, а я ещё сильнее прижимаюсь к ней своим телом, сообщая о своем желании обладать ею прямо здесь и сейчас. Хотя я понимаю, что это не произойдёт. Увы. Но у нас есть этот поцелуй, и мы теряемся в нем всё сильнее и глубже, пока не слышатся приближающиеся к нам шаги. Я вынужденно отрываюсь от неё, чтобы не поставить, прежде всего, её в неудобное и глупое положение.
В темноте я различаю, что глаза Стеллы закрыты, и она едва дышит. Я чувствую то же самое, поэтому обхватываю её голову руками и начинаю осыпать её короткими поцелуями, покрывая ими её щеки, губы, лоб – каждый кусочек ее кожи, который мне открывается.
Она тяжело дышит, но не просит прекратить. Это для меня словно зеленый сигнал светофора, означающий её податливость мне. Или как минимум желание быть со мной, а не бежать без оглядки.
– Наверное, нам стоит вернуться в галерею, – говорю я Стелле, когда она открывает глаза и сжимает свои распухшие от поцелуев губы. – А то я за себя не ручаюсь, – честно признаюсь я ей.
Уголки её губ поднимаются, расплываясь в довольной улыбке.
– Я тоже, – говорит она, быстро притягивая меня к себе и целуя меня быстро, но страстно. После она берёт меня за руку и, выглянув из закутка, где мы находимся,
