почти нормально.
– Я не об этом. Не хочу, чтобы ты чувствовала себя принужденно.
– Пап, прошло уже шесть лет. К тому же у него, кажется, имеется беременная невеста? – С месяц назад мне попалась на глаза статья на каком-то хоккейном сайте с фотографией Кори и девицы на сносях, гордо выставившей большой живот, обтянутый коротким платьем, и кольцо с «булыжником».
– Да, что-то такое есть.
– Значит, и он, и я живем каждый своей жизнью. – Я затолкала бумаги в папку и написала сверху имя Кори, внутренне скривившись при воспоминании, как вместо «о», бывало, рисовала сердечко. С другой стороны, кто в восемнадцать лет сразу умным становится… – Не будем заставлять суперзвезду ждать. – Я закрыла папку и сунула под мышку, но тут же вынула (я порядком вспотела).
Папа нехотя выпустил меня из кабинета.
– По дороге домой поговорим.
– Обязательно. Непременно, – у меня не было ни малейшей охоты мусолить эту тему, но я промолчала.
Кори развалился в кресле в приемной, вытянув длинные ноги и положив одну на другую. Телефон в руке, самодовольная ухмылка на физиономии – не сомневаюсь, просматривал свои аккаунты в соцсетях и читал комментарии женщин, мечтающих с ним переспать, и парней, мечтающих стать таким же, как он.
– Все готово, Кори. Хочешь сперва заполнить бумаги или предпочитаешь тур по спорткомплексу? – лицо у меня сводило от приветливой улыбки.
Он бесстыже долго перелистывал что-то на телефоне, пока мы с отцом стояли перед ним в ожидании ответа. Наконец Слейтер нажал кнопку и убрал сотовый в карман.
– Мне, пожалуй, приватный тур.
Сами по себе его слова смутно отдавали чем-то неприличным, так еще и интонация была подленько-гнусной.
Папа еле слышно скрипнул зубами. Или это я скрипнула, не знаю.
– Прекрасно. Мы скоро вернемся. – Удерживая почти нормальное выражение лица, я пошла к выходу, не оглядываясь, идет ли за мной Кори. – Сперва я покажу тебе спортзал, затем зайдешь в раздевалку и можешь осмотреться на катке…
Не дождавшись ответа, я оглянулась. Кори тащился с телефоном в руках и что-то печатал в нем большим пальцем с таким видом, будто никто никуда не спешит, а я – так вообще ноль и пустота.
Видимо, так для него всегда и было. «Ты теплая дырка, куда можно сунуть, как и все вы», – вот как Кори однажды выразился в пьяном виде, когда я застала его с другой. В нашей с ним постели. Со случайной шлюшкой, с которой он познакомился у бочонка с пивом в рекреации общежития, где мы с ним жили.
Да, в восемнадцать лет вкус у меня был не очень – до Кингстона период дурновкусия у меня затянулся на всю учебу. Сущее безобразие, ведь у меня такой хороший отец, по логике вещей, я должна была выбирать похожих на него… В свое оправдание могу привести заниженную самооценку, неуверенность в себе – и выдохшееся бочковое пиво.
Я не стала ни останавливаться, ни снова проверять, насколько отстал Слейтер, а направилась прямо в спортзал. К сожалению, там никого не было – хоккеисты уже закончили разминку.
– Помню, в колледже ты приходила в спортзал поглядеть, как я тренируюсь, – сказал Кори, вдруг оказавшись совсем рядом – насколько, что его дыхание коснулось моего виска.
Я с силой толкнула дверь, двинув локтем Кори в бок и улыбнувшись от его «уй». Придерживать створку не стала – пусть либо выставит руку и поймает, либо получит дверью по пальцам. Войдя в зал, я остановилась на некотором расстоянии от Кори.
– Во-первых, в воспоминания со мной не пускаться. Никогда.
– Куини, ну чего ты ломаешься, у нас же были и хорошие времена!
– Их можно сосчитать по пальцам одной руки. А когда я застала тебя на какой-то шлюшке в нашей кровати, это начисто стерло все хорошие воспоминания.
– Я тогда выпил!
– Можно подумать, это оправдание!
– Я принял ее за тебя, – заявил он, грызя ноготь.
Как я его ненавидела!
– Яркую-то блондинку? Единственное, чем она меня напоминала, – наличием сисек и «теплой дырки».
Кори с издевкой ухмыльнулся:
– Все такая же стерва, как в колледже? А еще не понимаешь, почему с тобой никто больше пары месяцев не выдерживает!
Я скрипнула зубами. Он нарочно пытается вывести меня из равновесия, ему нужно только одно – реакция, чтобы все профессиональные рамки полетели к чертям. Мне предстоит регулярно видеть его противную морду, поэтому, если я сейчас поддамся, в дальнейшем все будет только гаже.
– Хотя, помнится, ротиком ты умеешь и другие фокусы, способные удержать мужчину.
Я развернулась к нему и одарила приторной улыбкой до ушей.
– Мне кажется, нам необходимо установить основные правила взаимодействия.
Он привалился к закрытой двери. Этот жест был призван показать, что я в ловушке, но я хорошо знаю спорткомплекс, а Кори как раз нет. Однако меня покоробила сама тактика запугивания.
– Я, чтоб ты знала, помолвлен, она беременяшка, поэтому что ты, что другая какая шлюшка, без разницы. Я сейчас типа храню верность.
Господи, какой мудак! Хуже, чем шесть лет назад. Я подняла палец.
– Во-первых, я не шлюшка.
– А я другое слышал.
– Чего-чего?
– Ходит слушок, что ты ухлестываешь за парнями из сборной.
– Уши прочищай почаще! Слушок… Во-вторых, даже будь ты последним мужчиной на земле и будущее нашего биологического вида зависело бы от того, пересплю я с тобой или нет, я бы отказалась от собственной жизни, будущего человечества и всего живого во Вселенной, лишь бы не почувствовать на себе твои поганые лапы.
– В колледже ты мне другое говори…
– Мне хватило шести недель, чтобы выработать на тебя рвотный рефлекс, и то потому, что ты скрывал свой мужской шовинизм, пока мы не начали жить вместе. Держи рот закрытым насчет того, что было.
– Ты про то, как мы…
Я выставила ладонь ему прямо под нос. Меня бесило, как высоко приходится тянуться, потому что Кори верзила, а я невысокая.
– Не договаривай. Ты унесешь это в могилу, слышишь?
– А иначе что? – он ухмыльнулся, нарочно подавшись поближе.
Я попыталась отступить, но сзади оказался какой-то тренажер. Мне было некуда деться, а Кори наелся сегодня чеснока и дышал мне в лицо.
Я обвела рукой нас обоих.
– А твоя беременная невеста в курсе того, что у нас было?
Самодовольство на его физиономии сменилось замешательством. На льду Кори действительно искусник, но среди хоккеистов он скорее аномалия, потому что умишком его природа обделила. Обычно мозги у игроков работают не хуже мускулов, а у Кори все происходит как-то иначе.
– Еще чего!
Я подождала, пока до него дойдет. Пришлось вытерпеть три долгих вонючих чесночных выдоха, прежде чем Слейтеру стало ясно, к чему я клоню. И тогда агрессивный урод, которого я знала и возненавидела еще в колледже, моментально показал свою безобразную голову. Кори подался еще ближе и взялся за края тренажера, перекрыв мне пути к отступлению.
– Угрожать мне вздумала? Посмотри на себя, до сих пор бежишь к папаше под крылышко, когда не всякий пляшет под твою дудку! Столько лет прошло, а ты все такое же ничтожество!
Глава 18
Отойди от моей девушки
Кингстон
День выдался замечательный – я отлично размялся и великолепно потренировался. Сезон обещал быть одним из лучших, и я приписывал это Куини и уникальному сексу. Я очень ждал продолжения.
Насвистывая, я шел к секретарской, надеясь убедить Куини снова переночевать у меня. Завтра днем у нас матч, а я всегда избегал нарушать режим перед игрой, но учитывая, как хорошо мне сегодня игралось, повтор будет не только желателен, но и полезен.
Звуки
