— Нехорошо, однако, смеяться по этому поводу.
— А ещё более я веселился по поводу того, что вы приняли Серпента за любовника его и моей сестры, — усмехнулся Луп. — Комедия на грани трагедии и полного фарса!
— Ну, что же, бывает. Ошибка в объекте… — мрачно произнёс я и скорбно поник головой.
— Да не расстраивайтесь вы так, — Луп сочувственно похлопал меня по плечу. — Всё будет нормально.
— Вы думаете?
— Я уверен. Слушайте, пойдём те прогуляемся. Проветрим мозги. Отвлечёмся от проблем. Здесь неподалёку имеется какой-нибудь ресторанчик или приличное кафе?
— Есть один неплохой ночной клуб. В принципе, он уже, наверное, открылся. Время послеобеденное.
— Ну и прекрасно. Вперёд?
— Только вперёд и вперёд, даже если мы вынуждены идти назад, — усмехнулся я.
— Ах, как хорошо сказано! Истина на все времена и во всех Мирах!
ГЛАВА 11
День мудреца длиннее, чем день глупца.
Сенека.
Клуб был полон пока меньше, чем наполовину, но во внутреннем пространстве его уже зрело нетерпеливое и загадочное ожидание появления новых посетителей и музыкантов, которые должны были принести с собой нечто свежее, неожиданное, непредсказуемое и очень интересное, то, что скрашивает нашу вполне обыденную и достаточно скучную жизнь и рождает в ходе неё определённую интригу. Но она, эта вечно ускользающая дама, увы, чаще всего имеет свойство оголять и вскрывать двойное дно у всех явлений.
— Вы о чём? — ухмыльнулся Луп.
— Хватит подслушивать! Надоело! — буркнул я и продолжал молча размышлять.
И так… Вот посмотрел ты на незнакомую красивую женщину, изысканно одетую, томно и утончённо цедящую какой-то коктейль, курящую тонкую и ароматную сигарету, подчёркивающую красоту изящных длинных пальчиков их обладательницы, и сразу в твоей голове рождаются причудливые, странные, сладкие и самые неожиданные ассоциации. И кажется, что жизнь данной таинственной особы наполнена каким-то загадочным, потусторонним и непонятным тебе смыслом, и что живёт это существо в другом измерении и по каким-то недоступным тебе законам и правилам, суть которых никогда не удастся разгадать и осознать.
Вот, посмотрел ты на незнакомого брутального мужчину, слегка небритого и мрачно скучающего, облаченного во что-то не совсем понятное, но сверх модное, небрежно опрокидывающего в себя какой-то изысканный коньяк, и сразу в твоей голове рождаются определённые мысли по поводу его удивительной, сумрачной и скрытой от суеты постороннего мира, личности, глубины которой познать и изведать не дано никому.
Но всё намного проще, чем кажется. Познакомишься ты вдруг случайно с прекрасной незнакомкой, которая издалека ещё вчера вызывала у тебя трепет, восторг и обожание, и при первой же встрече, немного выпив и расслабившись под ритмы страстного танца, она вдруг предложит тебе выйти на улицу подышать свежим воздухом и полюбоваться звёздами и полной луной, а после твоего восторженного согласия вдруг с необыкновенным искусством сделает тебе в близлежащих зарослях кустарника минет. А уже всего через несколько дней она смертельно надоест тебе, потому что ты выяснишь, что она дура, имеет цыплячью грудь и не бреет волосы в подмышках и в пахово-лобковой области.
Тоже касается и таинственного, загадочного мачо, которым ты ещё недавно восхищался, и на которого пытался во всём походить. Познакомитесь вы с ним случайно поближе, пообщаетесь поплотнее, и, снова же, через несколько дней тебе всё станет предельно ясно. Не стоит твой новый знакомый ни гроша ломанного, как в буквальном, так и в переносном смысле. Живёт на иждивении какой-то стареющей дамы, не интересуется ничем, кроме модных показов, жёлтых историй о жизни богемы и псевдо знаменитостей. Необразован, неумён, не имеет чувства юмора и хоть какой-то самокритичности, пошл, развязен, неприятен, груб, циничен, непрактичен и ко всему тому труслив.
О, как часто мы создаём в своих головах образы ложных кумиров и лелеем ошибочные и пустые идеалы, не стремясь достичь в реальной жизни истинных и настоящих!
— Твои размышления, конечно, интересны, но довольно банальны и слишком заумны, — усмехнулся Луп.
— Мы уже на «ты»?
— А почему бы и нет? Всё равно рано или поздно люди всегда приходят к такому стилю общения.
— Скажи, пожалуйста, а что на этом свете не банально?
— Банально всё! — воскликнул Луп. — Но я, например, от признания данного факта интереса к жизни не теряю! Суечусь, дёргаюсь, мечусь, пытаюсь проникнуть в глубинную суть предметов и явлений. Да, осознаю, как всё просто, банально и смешно. Ну и что? Простое и ясное — основа сложного. Незамысловатость — самый верный путь к постижению истины. Бесхитростность — прямая дорога к доверию. Обожаю банальность за то, что она служит главной причиной сохранения мозгов в их первоначальной, простой, ясной и незамысловатой ипостаси и сути!
— Ну, ты и загнул! — рассмеялся я. — Жаль, что рядом с нами не присутствуют восторженные, слегка истеричные, сопливые и на всё готовые, и не совсем половозрелые дамы, которые с огромным экстазом кончают от таких и этаких заумных рассуждений!
— Ты тоже загнул, однако!
— Счёт 1–1.
— Согласен.
— Что будем пить?
— Предлагаю остановиться на пиве. Что-то мне захотелось сегодня побаловать себя этим пенным напитком под раки!
— Вернее будет сказать, — раки под пиво.
— Мне кажется, что и то, и то выражения правильны и вполне приемлемы, — рассмеялся Луп.
— Наверное. Но, если проанализировать…
— Слушай, о чём мы разговариваем!? — возмущённо и нервно перебил меня собеседник. — В кои веки встретились два могучих и великих Воина, и вот, нашли тему для разговора!
— Согласен, — усмехнулся я. — А что, я уже удостоен чести быть могучим и великим Воином? Вроде бы пока я никаких особых побед на ратном поле не одерживал. Не совсем понятен мне этот момент.
— Уважаемый, ты придуриваешься, или действительно являешься таковым индивидуумом, то есть, — настоящим придурком? — ухмыльнулся Луп.
— И то, и то одновременно.
— Молодец! Ты мне нравишься, — небрежно хлопнул меня по плечу Луп, и в результате его удара из кружки пива, которую держал я, не пролилось ни капли напитка.
— Ты мне тоже, — примерно с той же силой в ответ хлопнул я по плечу собутыльника, и из его кружки пиво слегка пролилось на стол.
— Молодец, — напрягшись и поморщившись, буркнул Луп.
— Я хочу задать тебе один вопрос, Луп, очень важный, — я отпил пиво, отсоединил от огромного багрового рака не менее огромную клешню и с неописуемым удовольствием стал её посасывать.
