к сумке.
— Идите, идите, я сама все доделаю.
— Точно? — Юлька намотала на руку ремень сумки. — Еще два часа…
— Точно, точно, — вот уж не ожидала, что придется повторять. Анька смылась первой, Юлька накрасила губы, накрутила «гульку» на макушке, пристроила наушники, чтобы не разрушить конструкцию, и неторопливо удалилась. Руснакову снова рвало, Рита отошла в сторонку и ждала, когда все закончится.
— Простите, — мычала алкашка, — простите, пожалуйста. Я больше так не буду. Мне так плохо одной, так одиноко без Вити… Я отработаю, я…
Рита заставила ее встать, взяла под руку. Руснакова сгребла свою кошелку, внутри весело звякнули бутылки. Это было, мягко говоря, невежливо, вернее, просто хамски, но Рита заглянула внутрь. Там обнаружились три чекушки из-под водки и два коньячных мерзавчика, все пустые. «Это что, она тут без меня накидалась?» — осенило Риту. Она еле сдерживалась, чтобы не надавать Руснаковой пощечин, если бы это помогло. Помогло бы выкрутиться и перед кадрами, и перед безопасниками, она сама ведь билась за эту пьяную корову. «Неверно просчитала мотивацию». Вспомнилась упитанная красотка Латова с прекрасным резюме, но поезд давно ушел.
— Пошли, пошли, — Рита из последних уже сил встряхнула Руснакову и поволокла неповоротливый «матрас» прочь. К счастью, той хватило ума заткнуться, но удивленных взглядов они поймали предостаточно. Рите удалось дотащить Руснакову до скверика сбоку от входа в банк, она буквально швырнула алкашку на лавку, бутылки в сумке снова весело зазвенели.
— Риточка, Риточка, — блеяла Руснакова, — простите, я очень виновата…
— Еще раз — и я выкину вас на улицу. По статье. Вас даже селедкой торговать не возьмут.
И ушла наводить порядок в кабинете, доделывать отчет. Руснакова что-то мычала вслед, снова звенела пустой посудой, но Рита думала только об одном: уволить эту гадину будет очень непросто. Во-первых, придется признать свою ошибку, а это очень неприятно, и о сегодняшнем случае скоро заговорит весь банк. А во-вторых, может, это и правда больше не повторится. Ведь не дура же она в самом деле.
Немного полегче стало вечером, когда Рита смотрела самое длинное кино из всех, что они снимали. Ее камера добросовестно отпахала шесть с лишним часов, причем первые полтора изобиловали пикантными деталями. Особенно Рите понравился момент, когда полицейский достал табельное оружие и галантно подал его Мелиссе, и та с присоседившейся Женей вытворяли со стволом бог знает что. После такого смотреть на Олесю с Пофигистом было не так интересно, Рита выключила ролик на половине. Было видно, что «пионерка» отработала как надо, да и клиент заплатил, претензий не было — уже хорошо. Правда, этих денег не хватит, чтобы покрыть гонорар Мелиссы, а ведь надо отдать еще долю Глебу и Жене. Мысль об убытках несколько отравила спокойный вечер, под конец Рита смирилась с мыслью, что придется слега распотрошить содержимое чемодана. А завтра доделать форму четырнадцать, отчет для комплаенс и собрать совещание по поводу переезда.
— А чего тебе тут больше не нравится? — удивился Глеб. — Место хорошее, в центре, всем удобно, а дураков везде полно. Эта курица все поняла, думаю. Кто-то ей дверь порезал, бедняжке. Ты не знаешь кто?
— Без понятия, — Рита прошлась по кухне, где проходило совещание. Женя досматривала сериал с блондинкой, та верхом на красном драконе увлеченно жгла корабли. Рядом бесчинствовали еще две рептилии, зеленая и черная, причем абсолютно безнаказанно по причине отсутствия на кораблях хоть какого-то ПВО. Женя явно болела за черного, которого обстреляли из луков, но стрелы монстру были что слону дробина.
— Она не успокоится, — Рита показала на стену в полной уверенности, что грымза Шувалова вот прямо сейчас, сию минуту прислушивается к звукам с вражеской территории. — Она будет гадить исподтишка или задолбает полицию заявлениями, а те обязаны реагировать. Я не хочу работать на взятки. И представь, если участковый завалится сюда во время съемки. Что ты скажешь клиентам? Они все разбегутся.
Глеб потер подбородок и схватил Женю за коленку. Женя вздрогнула и послала Глеба куда подальше — так увлеклась сериалом. Рита ходила туда-сюда, а в голове кипела каша: и заказов на съемки полно, и сюда клиентов звать опасно, и чертов отчет сам собой не сделался почему-то. Одна надежда, что Руснакова, хоть и после вчерашнего, родила приблизительные данные, их можно сунуть Милютину в зубы, а потом добить уточненкой.
— Нежные все стали, — пробормотал Глеб, — подумаешь, менты. Не открывать, делов-то. Они не могут дверь сломать, им нельзя без ордера.
— На ментов пофиг, а на клиентов? Поставь себя на их место.
Глеб поставил и поморщился.
— Плохой сервис.
— Это уже не сервис, это вообще непонятно что.
Женя закрыла ноут, потянулась, вытянула ноги на полкухни.
— А что ты предлагаешь? — повернулась она к Рите. — Я поняла, что надо съезжать, но куда?
«Если бы я знала». Накрыла вдруг злость на эту парочку, им явно плевать и на бизнес, и на клиентов, и на себя самих, если задуматься, тоже. Еще год-два, и им придется искать себе новое занятие, бизнес специфический, старикам в нем не место, а эти двое уже, честно говоря, скоро выйдут в тираж. Неужели не понимают?
— Нужно другое помещение, больше этого и обязательно в центре, чтобы всем было удобно, — неуверенно произнесла Рита. Эта мысль гвоздем засела в сознании и даже оттеснила на задворки форму четырнадцать, будь она неладна.
— И чтоб никто не догадался, чем мы там занимаемся, — пробормотал Глеб, уткнувшись в смартфон. Женя поджала коленки и сделалась остро-угловатая, точно школьница-переросток.
— Салон красоты, — сказала она, — самое лучшее. Нанять для вида парочку маникюрш и косметолога, реальных, и никто ничего не заподозрит. Как тебе?
«Супер!» — едва не вырвалось у Риты. Идея была отличная, странно, что ей самой такой вариант в голову не пришел. Салон красоты — это в точку, это нормально, что там всегда полно народу обоих полов: мужики тоже следят за собой и тем же маникюром не брезгуют. Гениально.
— Займись, — Рита посмотрела на Женю, — ищи в центре, и чтобы с ремонтом, желательно в нейтральных тонах, белый там или бежевый. Варианты сама смотри, мне покажешь лучший, я сниму его.
— Ты хоть представляешь, какие это деньги? — Глеб оторвался от игрушки в телефоне.
«Да какая разница, лишь бы скорее». Рита улыбнулась, держа язык за зубами. Да сколько бы ни стоил, она сначала снимет, а потом выкупит салон для себя, а эту квартиру сдаст или продаст, на радость Шуваловой. «Вот уж не думала, что так получится», — но это были просто мысли, от осознания, что с квартирой придется расстаться, не было
