саду. Держась за руки и прогуливаясь вдоль бесконечных рядов цветущих и нецветущих, но тоже очень красивых растений, они много разговаривали и строили планы.
– Как ты думаешь, девочкам трудно будет расставаться с друзьями? – спросил Терстон, когда они с Тери поднимались на смотровую площадку Реюнион‑Тауэр.
Тери была в восторге, что взмывает наверх на скоростном лифте вместе с мужем. Подъем занимал шестьдесят восемь секунд. Смотровая площадка была одним из самых ее любимых мест в детстве и юности.
– Я думаю, что сначала они очень огорчатся, но надеюсь, им тут понравится и со временем они найдут в Террелле новых друзей. Не могу дождаться, когда мы им все расскажем и покажем, – ответила Тери.
– Я тоже.
После экскурсии по Далласу Терстон и Тери поехали в Террелл, где она снова с удовольствием выступила в роли гида. Новость о том, что Тери Кантор выкупила свое ранчо, разлетелась быстро, как в любом маленьком городке. Куда бы они ни пошли, люди говорили ей, как рады, что она решила вернуться домой. Тери с Терстоном сходили в ее старую школу, на арену, где проходили занятия по родео и где Тери заарканила своего первого теленка.
Видя, как Терстон с удовольствием знакомится с жителями Террелла, она поняла его скрытый мотив. Он часто и подолгу отсутствует по долгу службы и должен быть спокоен за свою семью. И он действительно успокоился, наблюдая, как тепло жители городка встретили ее возвращение домой. Большим плюсом было и то, что неподалеку жили родители Флиппера.
А Тери была просто счастлива и с волнением ждала встречи с Флиппером и Свон за обедом. Друзья пришли в восторг, услышав, что она вернула ранчо, которое принадлежало ее семье в течение многих лет. У Флиппера и Свон была и своя прекрасная новость – они ждали первенца. Тери была очень рада за них. Ей никогда не забыть, как Флиппер рисковал своей жизнью, нырнув в почти затопленную шахту ради их с Терстоном спасения.
Позже, когда они уже возвращались из Террелла в Даллас, Тери попыталась связаться по телефону с родителями Терстона и узнать, как дела. Когда никто не ответил, она встревоженно взглянула на мужа.
– Как‑то странно это.
– Что странно? – уточнил Терстон.
– Я не могу дозвониться до родителей.
– Ну и что. Сейчас у нас там ранний вечер, и девчонки вполне могли выманить куда‑нибудь дедушку и бабушку, например, в пиццерию. Ты же знаешь, какими манипуляторами они могут быть.
Тери усмехнулась.
– Мне ли не знать. Впрочем, девчонки вьют веревки из тебя, а со мной такие номера не проходят. – Она вздохнула. – Скажу честно, хоть мне очень и понравилось, как мы провели сегодняшний день, я скучаю по детям.
– Я тоже. И все же нам нужно почаще вот так проводить время вдвоем. Как тебе, кстати, идея романтических свиданий?
– Заманчиво. Думаю, мы без труда найдем кого‑нибудь, кто согласится иногда присмотреть за детьми и подзаработать.
Вернувшись в отель, они не отказали себе в удовольствии посидеть в лобби и съесть по большой порции мороженого. Когда же Тери и Терстон добрались до своего номера, он открыл перед нею дверь, пропуская вперед.
– Мамочка! Папочка!
Изумленная Тери вскрикнула, крепко прижимая к себе дочерей. Она благодарно расцеловала безотказных родителей Терстона и повернулась к мужу:
– Это ты все устроил?
Он усмехнулся, пересек комнату и обнял Тери за плечи:
– А как ты думаешь? Я же видел, что тебе хоть и нравилось мое общество, ты отчаянно скучала по детям. Как и я. Вчера, когда ты легла спать, я позвонил маме с папой, и мы договорились, что они с детьми прилетят сюда.
– Понятно, почему ты весь день выгуливал меня, – сказала Тери, улыбаясь.
– Нет, я выгуливал тебя потому, что хотел провести вдвоем со своей любимой женой побольше времени, – ответил Терстон, наклоняясь, чтобы поцеловать ее в губы.
– У нас действительно теперь есть ранчо, мамочка?
– И лошади?
– И мы будем выращивать еду на грядках?
– А друзья у нас будут?
Вопросы сыпались один за другим, и Терстон вместе с Тери обстоятельно отвечали на каждый, хотя иногда приходилось прибегать к выражениям типа «поживем – увидим».
– Когда же мы сможем увидеть ранчо? – спросил отец Терстона, и Тери уловила восторженные нотки в его голосе.
– Завтра, папа, – ответил сын, обнимая жену за талию. – Я поговорил с теперь уже бывшими владельцами, и они сказали, что с удовольствием покажут вам и ранчо, и окрестности.
– Ты там жила, когда была маленькая? – спросила Тия у матери.
– Да. – Тери с трудом удерживалась, чтобы не рассказать Тие об их с Терстоном решении подарить ей на день рождения лошадь, но она понимала, что это должно стать сюрпризом.
Учебный год заканчивался через три недели, и они решили использовать это время для подготовки к переезду – выставить свой нынешний дом на продажу и начать упаковывать вещи. Терстон и Тери рассчитывали окончательно переселиться на ранчо к началу нового учебного года.
В эту ночь Терстон и Тери легли спать обнявшись. Он договорился в отеле, чтобы девочек с дедушкой и бабушкой разместили в соседнем номере. Очень трудно было отказать Таше, когда она выразила желание спать с мамой и папой. И тут Терстон удивил всех, не поддавшись на уговоры своей любимицы. Нельзя сказать, чтобы Таша была довольна его решением, но послушно пошла за сестрами.
– Спасибо, дорогой, – поблагодарила его Тери, когда они остались одни. – Ты сделал мне настоящий подарок.
– Ты скучала по ним, но и я тоже, – объяснил он свой поступок. – Да и родители хотели взглянуть на ранчо.
– Твои родители просто замечательные. Они так хорошо ладят с внучками.
– Согласен. У меня такое чувство, что мы будем видеть их намного чаще, если не постоянно, когда переедем на ранчо.
– Я надеюсь на это. У нас теперь будет много места в доме. А если захотят, могут жить отдельно в коттедже.
Терстон крепче прижал жену к себе и склонился поцеловать ее, но она его остановила:
– Ты же понимаешь, что рано или поздно мы услышим стук в эту межкомнатную дверь. Наша малышка не из тех, кто соглашается со словом «нет», особенно если его произносит любимый папочка.
Он ухмыльнулся.
– Понимаю, поэтому не будем терять время попусту. – Терстон снова поцеловал ее, и вскоре Тери растворилась в этом мужчине. Она всецело принадлежала ему. Сейчас и навсегда.
Эпилог
Пять месяцев спустя
Бейн Уэстморленд открыл дверь и улыбнулся паре, стоявшей на пороге. С прибытием Терстона и Тери все члены команды были в сборе.
