На утро я запланировал снятие повязок и пластыря с задней стопы и левого глаза. Восстановление потерянных пальцев, по-моему, вполне могло подождать. Но план опять пошёл кувырком. Всё началось с сильнейшего ветра. А около полуночи пошёл дождь.
Вблизи временного драконьего лагеряСамо по себе задание не казалось запредельно трудным. И непогода играла на пользу безымянному военнослужащему Ас-Лока. Худощавый боец без знаков различия (хотя вообще-то был в звании старшины) неспешным шагом приближался к цели. Диверсант был до последней степени внимателен. Он знал, что стража имеется. Он также знал, что даже при всей драконьей зоркости увидеть его невозможно, разве что часовой возникнет на расстоянии вытянутой руки. Услышать осторожные шаги тем более никто не мог: слух у драконов хуже человеческого, и вдобавок шум дождя глушил всё и вся. Главная трудность состояла в точной привязке к местности: целью была не просто диверсия, а вполне определённая пещера со вполне определённым местоположением, а главное, со вполне определёнными обитателями.
Судоп берёг своих людей. Разумеется, ему и в голову не приходило приказать забраться в саму пещеру. Но вот ориентиры её имелись. Разведчик обходил холм и считал про себя: «…Третья, четвёртая, пятая…»
Вот и она. Но подходить нельзя, даже сквозь дождь слышны тяжёлые шаги. Патруль. Затаиться и ждать. А теперь можно и действовать. Впрочем, приближаться всё равно не стоит.
Из глубокого кармана появился амулет: простенькая прямоугольная серебряная пластина с рунами по краям и некрупным кварцем посередине. Разумеется, инструкцию по обращению с этой ценностью разведчик заучил наизусть. Направить центральную руну на вход, нажать сначала правую руну, потом левую. Сосчитать про себя до трёх, потом спрятать амулет в карман.
Никакого видимого эффекта, как и говорили на инструктаже. Ни шагу вперёд. Повернуться и таким же тихим (насколько возможно) шагом удалиться. Ни в коем случае не ослаблять внимания! Опытный диверсант помнил, как часто и легко погибали его товарищи только оттого, что начинали чувствовать себя в безопасности. Нет, идти сторожко, даже с учётом того, что погода по-прежнему благоприятствовала: дождь не только не ослабел, но, наоборот, усилился, разве что ветер стих.
Может, сказалось везение. Может, сыграло умение. Как бы то ни было, разведчик беспрепятственно дошёл до тёмных вод Воларры. Разумеется, он не вышел точно к намеченному месту, но знал, где именно надо подойти к зарослям тростника, в которых укрывался маленький чёлн на одного человека.
Через минуту ритмичный плеск вёсел удалился в восточном направлении. Впрочем, всё равно его слышал только гребец.
Работа была сделана, и притом хорошо. Осталось лишь не простудиться. Обычно начальство выставляло вернувшимся из поиска разведчикам добрый кувшин крепкого вина. Имея большой опыт, старшина не сомневался ни в кувшине, ни в его содержимом.
Уже потом, анализируя с холодной головой происшедшее, я понял, что не чистая удача нас спасла, а армейский обычай, согласно которому командир должен вставать раньше других. Тем утром я именно это и сделал.
Почему-то зрение подняло тревогу раньше, чем прочие органы чувств. Хотя дождь всё ещё шёл и трава была прибита, но… рядом со входом в пещеру появился круг диаметром ярдов десять, в котором трава поникла несколько больше, чем вне его. Вывод прозвучал грознее колокола громкого боя: «Чёрное пятно»! И только после этого до сознания достучалось ощущение потоков магии смерти.
Наверное, я находился в ступоре не менее секунды. В голову не лезла ни одна мысль. В мозгах, строго говоря, было вообще пусто. И вот это ощущение пустоты встряхнуло. Командир я или как? Угу… Обойти «Пятно» не получится, пространство между ним и каменной стеной около метра. Взлетать тоже рискованно. Я повернул голову к своим:
– Боевая тревога! Фиорра, ко мне! Всем прочим оставаться на местах!
Вряд ли кто из десятка, кроме нас двоих, мог почувствовать эти потоки. Так и оказалось.
Голос Фиорры был неестественно хрупок:
– Это то, что я подумала?
– Оно. Согарр, сюда!
Мой зам в мгновение ока перенёсся ко входу в пещеру.
– Смотри, видишь этот круг? Там, где трава мёртвая?
– «Чёрное пятно»… Тёмный ему вдоль и поперёк… Против нас, стало быть?
– А против кого ж ещё? Учти, перелететь его нельзя. То есть можно, но с риском задеть, и тогда никто не спасёт…
Я так и не узнал от Моаны, можно ли вообще оживить того, кто попал под магию смерти. Имелось подозрение, что на такое даже она не способна.
– …Ставлю задачу: ты знакомишь всех с этим зрелищем. Поочередно. Почувствовать не сумеют, так пусть хотя бы увидят. Я пойду уничтожать. Фиорра, идёшь сзади меня. Твоя задача – смотреть за изменением потоков. Сейчас видишь?
– Ну… э-э… вроде как…
– Ладно. Работаем!
Подходящий кристалл у меня был в браслете. Но больше я рассчитывал на дождь. Он должен был ослабить интенсивность этой магии.
Шаг вперёд. Зацепить поле площадью около квадратного метра, наложить противодействие. Остановиться.
– Фиорра!
Наша универсалка, не будь дура, сбегала за хворостинкой и начала отмечать:
– Вот здесь изменение… там есть, то есть нет… одним словом, потоки чувствую вот до сих, а тут их уже нет…
– Правильно, теперь то же самое сделаем слева…
За моим хвостом сгрудились решительно все, даже Рриса. Полосу шириной в метр я очистил, затратив не более получаса. Теперь перерыв.
– Таррик!
– Я!
Уж этот будет следовать приказам до буквочки.
– Твоя задача: вот отсюда подняться вертикально вверх и пролететь вдоль склона на север. Так ты гарантированно не попадешь под действие этой мерзости. Кстати, на высоте в двадцать ярдов уже безопасно. Дуй в темпе к штабной пещере. Смотри внимательно, нет ли и там пятна. Если есть – возвращайся. Если нет – найди сотника. Пусть даже он спит, во что не верю, буди. Скажи, что сведения конфиденциальные. Доложи, что перед входом в нашу пещеру создано «Чёрное пятно». Особо упомяни, что его все мои увидели как круг, где трава умерла, ну, и я тоже. Скажи также, что я могу чувствовать потоки этого рода магии, хотя ей и не владею. Добавь, что потоки дождевой воды смывают «Пятно», более того, частично уже смыли, а поскольку дождь продолжается, то рассчитываю, что он уничтожит всю эту магию. Сообщи также, что пока пятно не пропадёт полностью, никому не разрешу вылет. Если спросит, как тебе удалось обойти «Пятно», расскажи, как взлетал.
Если Таррик успеет, то никто из посторонних не попадётся в эту ловушку. Впрочем, есть ещё второй и третий десятки…
– Да, ещё. После разговора с сотником быстро лети в пещеры ко второму и третьему десятку. Тоже гляди в оба! Объясни вкратце ситуацию. Потом возвращайся. Приземление осуществлять точно в обратном порядке! Приказ ясен?
– Так точно!
Я даже не особенно лукавил: там, где протекали дождевые ручьи, поле и вправду сильно ослабло, хотя и не сошло на нет. Тем меньше мне работы. Мысль об уменьшении трудозатрат оказалась верной. Без дождя я бы очищал поражённый участок никак не меньше пяти часов. А при дожде на это ушло часа три с половиной, приблизительно, конечно, поскольку солнца видно не было.
Наконец из моей пасти вылетело:
– Уф! Кажется, всё.
Фиорра с авторитетным видом добавила:
– Подтверждаю. Никаких следов.
И тут же мои соратники самым грубым образом нарушили субординацию: принялись вопить и бить меня хвостами и лапами. Мои познания в магии смерти превозносили до небес, не слушая оправданий вроде: «Ребята, так ведь настоящий специалист снёс бы всю эту пакость одним движением когтя». В азарте мои бойцы даже забыли, что завтрак безнадёжно пропущен.
Теперь наверняка вызовет сотник, а если и не вызовет, то мне самому надо к нему явиться. Да и других дел полно.
– Так. Вот вам, соратники, ещё подтверждение. – Я прошёлся по тому месту, где было «Пятно», вызвав радостные улыбки. – Выходить и вылетать из пещеры можно безбоязненно. А теперь воспользуемся этим. Фаррир, Рриса – вы останетесь, остальные ненадолго удалитесь.
Согарр и Гирра припечатали меня понимающими взглядами.
– Рриса, будем снимать пластырь с глаза… вот этак…
Пациентка не удержалась:
– А!
– …и повязки тоже.
Фаррир подавился восклицанием. На него глядели два фиолетовых глаза. Зрячих глаза.
– Посмотрите сначала одним глазом… Теперь другим… Разница есть?
Отрицательный жест гребнем.
– Пройдитесь. Выглядит хорошо…
И в самом деле хорошо: ни малейшей хромоты. Значит, связки тоже зажили.
– …А теперь разверните крылья, только не до конца, наполовину.
