случится с пространственно-временным континуумом?
Из этого следовало, что я не могла контролировать насекомых, без того, чтобы прошлая я не ощутила этого, но я всё ещё могла ощущать этих самых насекомых.
Проскочив по секретному проходу, я направилась вниз, к василиску.
Закрыла себе глаза повязкой. Последним, что мне требовалось, была бы шальная искорка, которая высветила бы всё и смерть по причине полной некомпетентности.
― Безграмотная говорящая, ― прошипел василиск. ― Ты пришла не по расписанию.
― Я хотеть твоя позволить мне принести не хищник остаться здесь рядом.
― Чего? ― спросил василиск. ― Я едва тебя понимаю.
Когда дело доходило до важничанья в вопросе языка, он был ещё хуже французов. Иногда мне казалось, что василиск немножечко сноб.
― Насекомые, ― сказала я. ― Большие, с огненными задницами.
― Огненные задницы, ― скептически отозвался василиск. ― В самом деле?
― Да, ― подтвердила я. ― Огонь из задниц.
― Если они нападут на меня, я их съем, ― сообщил василиск.
― Я контролировать, ― последовал мой ответ. ― Оставаться спокойны.
― Держи их в дальней пещере, ― прошипел василиск. ― И пусть сидят тихо. Я пытаюсь поспать.
Достигнув соглашения, я отправилась обратно наверх. Нашла туда иной путь, приводящий в заброшенный женский туалет. Он был немного лучше первого, и не требовал выхода в Запретный Лес.
Я отправилась на час назад, так как не знала, сколько времени займёт убеждение змеи. Переговоры заняли намного меньше, чем предполагалось, и я решила удвоить кормёжку василиска, чтобы у него не было желания пойти перекусить ночью.
Увеличив метлу, я снова наложила чары хамелеона. Вылетела из замка и следующие двадцать минут потратила, накладывая на клетки заглушающие чары.
Тому были две причины.
Во-первых, Каркаров точно услышал бы, если бы соплохвосты рано вырвались на свободу. На этот счёт точно будут вопросы, но в теории он будет слишком занят, сражаясь с первым соплохвостом, и потому не заметит остальных.
Во-вторых, позже вечером я собиралась устроить соплохвостам побег. И мне нужно было, чтобы авроры не пытались их остановить во время этого деяния.
Как только я ощутила, что другая я покидает это время, так сразу же снова ухватила соплохвостов своей силой прежде, чем они впали в безумие.
Скрыв маховик времени и метлу в вентиляции, я снова присоединилась к вечеринке, а соплохвосты в это время пробивали себе путь наружу через задние части клеток.
К тому времени, когда вечеринка сошла на нет, соплохвосты были уже у скрытого в Запретном Лесу входа в Тайную Комнату, пробираясь внутрь.
Все они обоняли и ощущали змею, но я держала их смирными. Они были способны впадать в спячку, о чём не ведал Хагрид.
Когда вечеринка стихла, я отправилась спать.
Скрыв себя чарами хамелеона, я уменьшилась, став насекомым, и пролетела через вентиляцию к выходу. Вернулась к обычному размеру, всё ещё оставаясь невидимой, и схватила свою метлу.
Прилетела туда, откуда сбежали соплохвосты. Авроры были бдительны, но они не заметили, что клетки за их спинами пусты.
Помогло и то, что это были скорее ящики, чем клетки. Я заставила Хагрида поверить, что вид людей делает соплохвостов беспокойными, тогда как при блокированном поле зрения они будут более смирными.
В их природном состоянии, даже запах людей приводил соплохвостов в возбуждение.
Всё это я проделала именно на такой вот случай. Предвидела, что нечто подобное может случиться. Волшебники были глупы, но всё же не полностью лишены здравого смысла.
Ни при каких обстоятельствах мне не разрешили бы держать кого-то вроде соплохвостов рядом с моими детьми; после убийства директора всё стало ещё хуже.
Давным-давно я нашла заклинание, стирающее следы.
Наколдовала его, бормоча так тихо, как только могла. И всё же один из авроров крутнулся на месте.
Прежде чем он успел перейти к колдовству, я устремилась вперёд, выходя из радиуса действия заклинания, обнаруживающего людей.
Затем я ещё несколько раз наколдовала заклинание, стирающее следы.
Насекомые, способные выжить на холоде, наблюдали за всеми направлениями.
Надо будет поручить своим людям поработать над массовым согревающим заклинанием. Скажу им, что это для групп людей, но на самом деле такое заклинание идеально подойдёт моему рою. Прямо сейчас мне пришлось бы накладывать согревающее заклинание на каждое насекомое отдельно, и всё это потребовало бы слишком много времени.
Преимуществом было то, что соплохвосты находились поблизости, и холод беспокоил их не так уж и сильно, за исключением того, что они становились чуть более вялыми. Внутреннее тепло позволило бы им выжить при погоде, которая убила бы полярного медведя.
Если бы Волдеморт и его люди напали, то у меня теперь имелась собственная армия, с которой можно было их встретить.
Но они не напали, и я вернулась к себе без единой царапины.
Неужели Волдеморт поумнел и начал спрашивать, будут ли нападения на меня успешными? Если так, то у меня проблемы, потому что это означает, что он нападёт только в том случае, когда, скорее всего, сможет убить меня.
С другой стороны, пророчества были ненадежными. Пророки этой вселенной, как правило, были менее точны, чем лучшие из наших Умников. Как бы то ни было, ни в одном пророчестве нельзя было быть уверенным наверняка.
На следующее утро Гермиона встретила меня у дверей в Большой Зал, который снова превратился в место, где можно позавтракать.
― Что происходит? ― спросила она. ― Авроры повсюду, и никто ничего не говорит.
― Каркаров мертв, ― ответила я тихо. ― Пытался провести диверсию с соплохвостами, чтобы они убили меня... или может всех в нашем классе. Министерство размышляет, считать ли это объявлением войны.
― Что? ― взвизгнула она.
Я не знала, насколько тут стоит напускать тумана. Всё утро подслушивала толкующих между собой авроров.
― Министр Норвегии прибудет сюда, чтобы ответить на обвинения в нападении на британских детей, ― сказала я. ― Теперь наконец-то ясно, что Дурмштранг находится в Норвегии.
― Он пытался убить нас?
― Или, может, только меня, ― нетерпеливо ответила я. ― Говорила же тебе, что он Пожиратель Смерти. Он пытался заставить нескольких своих учеников меня отравить.
Глаза Гермионы расширились.
― Ой, забыла тебе об
