здание в конце бульвара, где Архангел занял отличную позицию, уже было изрешечено трещинами и выбоинами от крупнокалиберного оружия и ракет. Вскоре стали очевидны неудачи синдикатов. Единственный мост, который вел в сторону его логова, легко простреливается. А все остальные подходы, включая подземные, как выяснили инженеры, заблокированы или разрушены.
— Э-гхе, мягкотелые! Живо за работу! Выстроились здесь! После обстрела идете на штурм, и чтобы я не видел, как вы бежите назад, черти! Сам вас завалю! — кричал на новобранцев кроган.
— Надеюсь, этот Архангел стоит того… — тяжело вздохнул Шепард, — СУЗИ, есть способ связаться с Архангелом?
Не успел он получить ответ, как загрохотал воздух. Ракеты со свистом пронеслись из залповых комплексов, а затем оглушили раскаты от взрывов. Канонада длилась минуту, потом в наступившей тишине по всем каналам сообщили о начале штурма. Кучка новобранцев в хаотичном строе устремилась в мост. Первые выстрелы прозвучали не сразу. От тридцати до середины моста добралась чуть больше половины, но к концу никого не осталось.
— Впечатляет, — услышал Заида Шепард.
Опытный наемник будто наслаждался, видя, как всех положили на мосту идеальными выстрелами.
— Дерьмо! От них никакой пользы! — прорычал рядом кроган и устремился со своей группой на мост.
— Не тужься, старик, береги сердце! Дай дорогу профессионалам.
Со стороны улицы к мосту подошла дюжина в крепких бронекостюмах — бойцы «Затмения».
— Арх, и вы тут? Надеюсь, Архангел вас поимеет.
Бойцы «Затмения» поочередно включили мощные кинетические щиты и приготовив светошумовые гранаты, цепью двинулись на мост, перед этим накрыв мост дымовыми. Толку от него было не много, из-за мощной вентиляции между уровнями.
— Они хороши, — буднично комментировал Заид, глядя, как они выстреливали светошумовыми, придерживаясь определенного интервала.
Едва они достигли середины, выдвинулся отряд Шепарда. Они держались чуть поодаль от остальных. А пока их принимали за обычных охотников за наградой, им ничто не угрожало, кроме Архангела. До самой встречи Джон ни сном, ни духом не догадывался, кто скрывался за этой личиной. И только при встрече, его узнал старый друг. Им оказался Гаррус Вакариан.
На стычке с синдикатами здорово досталось абсолютно всем, однако всё же обошлось, несколько новых шрамов, порция панацелина, неделя на койке под присмотром Чаквас.
— Как же я рад тебя видеть, Гаррус, — навестил его Шепард на корабле.
— Я тоже, Шепард. Вижу, смог встать на ноги? — криво усмехнулся Гаррус, морщась от боли. Половина его лица была скрыта за питательной маской.
— Да. «Цербер» помог.
— Понятно.
— Капитан Шепард, — в медотсек прибежал взволнованный Джейкоб.
— Что случилось?
— Миранда. От неё нет вестей.
— Может, она задерживается…
— Нет. Пропал её маячок.
— Проклятье. Так и знал. СУЗИ, можешь отследить её последнее местонахождение?
— Выполняю… Сделано. Высылаю координаты на ваш инструментрон.
Шепард открыл карту и сверился с данными. Маячок Миранды пропал час назад где-то в северном районе нижнего уровня. СУЗИ смогла подсказать, что это за место — хранилище.
«Забрать груз…» — вспомнил слова Миранды Шепард. У него пока не было причин для беспокойства. Возможно она не захотела, чтобы её отследили. А ценный груз был для Призрака. Оттуда и такая скрытность. Но всё же решил проверить стоило.
— Так. СУЗИ, не прекращай попытки связаться с ней и проверь каналы других банд на Омеге.
— Думаете, её схватили местные? — спросил с надеждой Джейкоб.
— Не знаю. Нужно проверить хранилище.
Глава 11 Как тесен мир II
Ментальный аспект способностей, позволяющих влиять на мысли живых существ с помощью Силы, самый, скажем так, «скользкий» путь. Чаще всего эти способности применяются для принуждения или выведывания какой-либо информации путём невербальной манипуляции на разум, что помогает решать вопросы ненасильственным путём — звучит и вправду неплохо, но на деле всё не так однозначно. Воздействие на разум имеет определенные сложности, как с точки зрения морального кодекса, так и с банального психического здоровья не только того, на кого воздействуют, но и на самого джедая.
Любое вторжение в волю живого существа ведет к соблазну воспользоваться открывшейся слабостью, подчинить жертву себе, или изменить ту или иную частичку в личности. Поэтому нам всегда твердили, что запрещено использовать ментальные способности в личных целях. Уличенные за подобным деянием подвергались высшей мере наказания от трибунала Совета. Практически всегда наказание — отречение от Силы и ссылка в места не столь отдаленные. Ментальные способности разрешается применять лишь в крайних случаях, если это может предотвратить ужасную катастрофу или привести к большому благу. А вот трактовать в каких случаях это допустимо — это совсем другой разговор. Потому и принято считать, что лучше всего не прибегать к этому или прибегать в легкой форме.
Ведь, кем бы ни являлся разумный на твоём пути, он также является живым существом, со своей жизнью, волей, личностью. А малейшее изменение в его разуме может привести к самым непредсказуемым последствиям. Он же не может быть просто злым или заклятым врагом, чтобы так просто наплевать на него. Может, он просто выполняет свой долг, свою работу, у него нет другого выхода; может, у него есть семья или другие близкие; возможно он заботится о ком-то так же, как и его близкие беспокоятся о нем, ждут его дома живым и невредимым, таким, как они его знают и любят.
Никогда не стоит забывать, что если бы вы встретились при других обстоятельствах, возможно, вы стали бы друзьями или союзниками. И что тогда делать? Манипулировать разумом других живых существ, невзирая на всякие последствия, может только тот, у кого нет чести и тот, кто считает себя выше остальных, для которых чужая жизнь — ничто. А я как раз и клялась, что буду бороться против таких. Но, как бывает в реальности, иногда приходится пересматривать свои взгляды. А эти догмы джедаев, которые хорошо звучат на бумаге, в жизни работают не совсем так, как хотелось бы.
За прошедшую войну мне доводилось участвовать во многих допросах мандалорских офицеров и всяких предателей с применением Силы. Когда сама являешься свидетелем всех ужасов, сотворенных их руками, сомнений по поводу ментального допроса не возникают, важен только результат, от которого зависит жизнь тысяч и тысяч невинных. А что сейчас? Стоит ли наплевать на сохранность рассудка у женщины передо мной? У меня нет сомнения насчет её принадлежности к «Церберу», но является ли она их «важным» членом? Является ли она хладнокровным фанатичным террористом? Впрочем, всё зависит от её ответов.
Я наблюдала, как внутри её стальных глаз идет буря размышлений. Но кем бы она ни была, она должна понимать, ей не удастся нас обмануть.
— Адво…
