всех эллинов без меня перебили.
— Или они нас, — улыбнулась в ответ. — Как она?
— Юлка? Как обычно, командует. Только… — Глеб задумался, словно решая, стоит ли мне об этом знать.
— Только?
— Нет, ты, Ксюш, ничего такого не подумай. Тут с этой битвой такое началось! Ужас! И занятия в нашей группе отменили, пока лорд Кремер и ты не восстановитесь. Только, мне кажется, что между Юлкой и магистром, будто черная кошка пробежала.
— Кремер еще здесь? — сердце забилось сильно-сильно. — Как он?
— Нормально, — пожал плечами парень. — Потрепали его, конечно, больше, чем тебя. Но он восстанавливается быстрее. Так что на ногах окажетесь одновременно.
Безумно хотелось его увидеть. Но если я пока никак не могу добраться до него, значит, и Весту это пока не под силу.
— А далеко он лежит?
— Так в соседней комнате и тоже спит почти все время. Магистр распорядился, чтобы вас рядом держали. Наверное, чтобы ему удобнее было вас навещать. Да сам так ни разу и не выбрался, лишь целителей на доклад вызывает и расспрашивает подробно. Где ему? Столько дел навалилось. Крутится, как белка в колесе.
— Что-то уж больно много ты знаешь о делах этой белки, — подозрительно прищурилась я.
— Так он это… — Глеб смутился и опустил глаза. На его щеках проступил румянец. — Магистр назначил меня своим помощником, а еще Едемских взял. Но они больше в архивах сидят, какие-то списки составляют. А Юлка отказалась. Элазар ей предложил, а она… В общем помогает на призывном пункте.
— Где? — удивленно спросила я.
— На пункте, на призывном. Война же. Теперь, после открытого нападения, самая настоящая. Объявлена всеобщая мобилизация магов. Говорят, даже среди людей одаренных ищут.
— А всех моих друзей Элазар решил под крыло взять, значит?
— Ну, а чо сразу под крыло-то? Магистр говорит, что только нам и доверяет, потому что у тебя это… как его… Интуиция развита! Вот! — потом помолчал и как-то нерешительно спросил: — Или… Ты считаешь, что я это… Ну, не достоин, в общем?
— Что? — Господи, вот я дурочка! Нашла при ком Фонтея критиковать. Для Глеба работа у самого чародея — это же ожившая мечта, чудо, которое не сотворит даже самая крутая магия. — Даже думать так не смей! Ты — один из самых достойных магов, которых я успела узнать. Слышишь? И не верь никому, кто скажет иное. Дело даже не в том, какой ты маг. Дело в том, что ты — человек, понимаешь? Самый настоящий человек, а еще надежный друг.
— Оказывается, все маги тоже люди, — озвучил последнюю новость магического мира Глеб и заржал. — Представляешь? Они столько веков нос задирали, ограждаясь от людей, а сами люди. Смешно же…
Мне смешно не было, но я все же улыбалась, глядя на счастливое лицо парня, и на душе становилось теплее. Но вдруг он перестал веселиться и серьезно так посмотрел на меня.
— Ксюш, я тут это… Уже говорил лорду Кремеру, теперь тебе сказать хочу…
— Говори.
— В смысле, не сказать, а повиниться… В общем, если бы не я, то с вами ничего не произошло бы, вот.
— Это как? — ничего не понимая, взглянула на Глеба. Интересно, как бы он помешал эллинам напасть? Вычислил бы кричащего собственными силами и придушил бы еще в клетке?
— В тот день, когда на вас напали… Лорд Элазар переместился со мной на развалины древнего храма в горах. Ксюша, ты не представляешь, сколько там магических следов! И не таких, как сейчас, а древних! Мощных! Столько лет прошло, а они сияют ярче, чем современная магия.
— В какой храм? — неужели мы готовились к путешествию и все зря?
— Что? Да, нет! — Глеб улыбнулся. — Это не тот храм, в который мы собираемся. Там нет гефов. Магистр говорит, что вокруг гор, где раньше стоял этот храм, а теперь находятся его развалины, стоит противомагическая защита. То есть никакая магия не может пройти заслон, и даже гефы с их артефактами не могут туда проникнуть. В общем, я это все к чему? Если бы лорд Элазар не был со мной, он услышал бы призыв Кремера и пришел бы вам на помощь. И это… Я виноват. Прости.
Даже растерялась на минуту. Вот честно, не знала, что и сказать.
— Глеб, ты ни в чем не виноват, — я откашлялась, собираясь с мыслями. Спать уже хотелось неимоверно, но и отпустить друга без добрых слов не могла. Чувство вины не самое лучшее, что сейчас ему необходимо для того, чтобы поверить в себя. — Если Элазар пошел с тобой, значит считал, что в храме опаснее, чем на полигоне. Даже Сильвестр считал кричащего сказкой. Никто не ожидал его появления. И потом, наверняка, Фонтей подстраховался. Я его слишком хорошо знаю, чтобы поверить в то, что он просто ушел с тобой в недоступное для магии место и ничего не оставил.
— Оставил. Он оставил кольцо с частичкой себя. В случае опасности оно должно было перенести магистра к вам, но почему-то перенесло его слишком поздно.
Вот и весь ответ. Действительно ведь оставил. Только артефакт должен был почувствовать угрозу. А какая угроза может быть в Юлкином бюсте? Там, простите, даже апокалипсис пропустишь, не то, что атаку армии эллинов. А кто-то слишком поздно вспомнил об артефакте. И уж если кто и виноват, но это точно не Глеб.
Позднее появление деда это, конечно, объясняло, но никак не проливало свет на реакцию самой Жавуриной. Эх, придется мне с ней поговорить.
Глаза закрывались. Я зевнула, прикрыв рот ладонью.
— Ой, — подскочил со стула Глеб. — Ты спи, Ксюша, а я это… Пойду я. Выздоравливай. И еще раз прости.
— Не за что мне тебя прощать, потому что в случившемся твоей вины нет.
— Я рад, правда. Тогда, пока?
— Пока. Деду привет передавай, — сказала я, уже фактически отключаясь.
В следующий раз, когда я проснулась, рядом сидела очень славная магиня в зеленой целительской форме. Девушка проверила повязки, заставила съесть пресный, но, видимо, жутко полезный обед, состоящий из чего-то протертого зеленого, похожего на суп, суфле из мяса, по вкусу напомнившего нечто среднее между кроликом и курятиной, а так же сладкий густой фруктовый напиток, который больше смахивал на пюре. Докатилась, Ксюшенька!
