…Харн… …Он гнал своего крылатого бизона с такой скоростью, что весь путь, который они преодолели за два дня, он покрыл за половину, задержавшись только на каменной тропе в недрах Самоцветной Горы. Там увеличить скорость передвижения еще больше просто невозможно, расплатиться за неосторожность разбитой о камни головой и свернутой шеей не хотелось. А он желал быстрее вернуться к своей Алике, а не застрять тут навечно бездыханным.
Теперь Харн находился в степи. Вот-вот должен показаться утес, где обосновалась стая омо. Странно, что эти кожаные крылатые великаны, такие чувствительные к темным энергиям, позволили соседствовать целой башне темных рядом со своим гнездом. Вероятно, не обошлось без экранирования.
То, что один из омо откликнулся на зов Алики, его уже не удивляло. Она совершенно уникальна и необычна. У него появилась идея, как, выполняя поручение, постараться удивить ее и сблизить их еще немного, а за одно подтвердить свои намерения и свою благонадежность. Но сначала колдуны…
…Алика…
…Ксио – единственное пристанище для посетивших Вечный Лес. Город был окружен каменными стражниками для защиты леса от гостей и гостей от леса.
Ксио покорил мое сердце своей неотразимостью, оживленностью и яркостью. Эти исключительные формы домов, где вся жизнь начиналась со второго этажа. Это шумное население, которое не сидело на месте. Эта праздничная атмосфера, от которой хотелось улыбаться. Это чудесное настроение, растекающееся по всем улицам. Сплошное вдохновение.
Небольшая площадь в самом центре являлась сосредоточием столпотворения и концентрацией веселья и суеты. И, на минуточку, на земле, а не выше первого этажа. Сюда нас привел беловолосый светлый служитель, пообещав незабываемые впечатления.
Здесь раскинулись и местная ярмарка, где можно было купить и отведать все, что душе угодно; и развлечения для скучающих и любопытных «покорителей» Вечного Леса. Здесь же проходили соревнования, выявляющие самых смелых, сильных или ловких, где себя во всей красе показывали все желающие.
Все же чаще встречались обычные люди и разнообразные раяны. Правда, совершенно неожиданных подвидов – от оленей и зайцев, до лис и енотов. Мне было чуждо лицезреть человекоподобных животных воочию. Но, определенно, эта раса вызывала ощущения сказки и какого-то иного уровня волшебства. Даже крылатые сиды или наги не вызывали ни у меня, ни у дочери такого восхищения или желания коснуться, в качестве проверки на подлинность.
Лияр за время прогулки поведал мне, что темный или светлый дар открывался только у людей, уравновешивая физиологическое превосходство других расовых представителей этого мира. И если раньше одаренных рождалось много, то сейчас дар – редкость.
По-моему, сам командир начал осознавать, какую же внесла поправку сама природа, уберегая своих детей от жесточайшего противоборства, перестав их наделять силой.
Во время его рассказа мы втроем проходили мимо отдельно столпившихся людей, которые наблюдали с недоверием и пиететом, за ссутулившейся и сидящей на расстеленном коврике светлой фигурой.
Когда мы подошли поближе, нам удалось разглядеть в фигуре женщину – раяну, укутанную в светлые одежды с головы до ног, открытыми были только яркие зеленые глаза с серой шерсткой вокруг них, да руки, покрытые такой же серой шерстью.
Она аккуратно раскладывала серыми пальчиками с черными коготками большие карты с картинками перед внимающим ее человеком. Он то бледнел, то краснел, пока она выкладывала новые и новые карты. Определить, к какому подвиду относилась раяна – провидица, мне так и не удалось.
Я дернула Лияра за руку и спросила еле слышно:
– А кто это?
Но меня услышал не только служитель ордена, но и сама раяна. Ее зеленые глаза пронзительно уставились на меня, а затем она указала на меня черным коготком и произнесла глубоким и сильным голосом:
– Наконец-то. Ты. Следующая.
И никто из толпы не возмутился. Все зорко следили за ее ловкими руками, уже раскрывающими карты перед мужчиной, и молчали.
Я сгорала от любопытства, никакой опасности не ощущала. Мой разум был кристально чист, а темный дар в груди ворочался лишь от ожидания чего-то необычного и интересного. Теплая ладошка дочери в моей руке не давала мне сорваться и подбежать к таинственной раяне. Но один из нас все-таки был в своем уме.
Лияр развернул меня лицом к себе и быстро – быстро стал вводить в курс дела:
– Если мне не изменяет логика (а она мне не изменяет), это одна из смотрительниц судеб. И если я не ошибаюсь (а я не ошибаюсь), то тебя она и ждала. Ее предсказания невероятно точны, не хуже расчетов. У нее есть возможность учесть неизвестные данные. Ее предсказание может помочь.
Кажется, в словах командира я расслышала нотку зависти к определенным умениям смотрительницы судеб.
Лияр хотел добавить что-то еще, но человеческий мужчина освободил место и скрылся в толпе несколько подавленным. Настала моя очередь, и я, не отпуская руку Сони, направилась к раяне.
Смотрительница судеб прожигала сочными зелеными глазами Лияра, оставшегося позади, и властно приказала:
– Подойди и ты, командир.
Так, мы втроем оказались сидящими на ковре перед ней – загадочной смотрительницей судеб.
Вблизи она казалась еще не постижимей. Мало того, что она была одной из сказочных раян, так еще и вокруг нее чувствовались завихрения, чуждые моему дару. Ощущалось, словно время текло совершенно по-особенному, рядом с этой маленькой серенькой женщиной с крупными и красивыми глазами, скрывающую свое лицо или мордочку.
– Начнем с тебя, дитя, – прошептала она, глядя на мою дочь.
Соня во все глаза смотрела на необычную притягательную женщину и ожидала ее слов с почти открытым ртом. Из колоды карт смотрительница судеб вытащила три карты рубашками вверх.
– Какая тебе приглянулась больше всего? – спросила раяна.
Соня выбрала одну из них, и та отодвинула выбранную карту в сторону. Такому же отбору подверглись еще две карты. В конце замотанная в светлую ткань женщина вскрыла отобранные карты. Перед Соней оказалось три изображения: гроза с молнией, сердце на фоне раскрытой книги и на последней карте – зеленый луг, залитый солнечным светом.
– Что ж, дитя, все беды остались позади. Самое главное испытание ты уже прошла с достоинством. В этом мире тебя ждет благоприятное будущее: учеба, любовь, душевный покой и даже исполнение несбыточного…
Соня слушала, так и не закрыв рот, и вряд ли до конца осознавала, что говорила смотрительница судеб. Дар провиденья ее необычайно силен: «В этом мире»
