заглянул его младший брат. Он шел с товаром в дальние селенья. А у Аракана в доме было в ту пору пусто. Не то, что брата угостить, даже кота покормить нечем. И он решил: Маракан теперь уже стал на ноги, взрослый кот, пусть сам себе добывает пропитание.
— Возьми его с собой, — попросил он Саракана. — Унеси куда-нибудь подальше, чтоб не нашел обратной дороги. Жалко мне Маракана, да приходится расставаться.
А Маракан во время этого разговора сидел в углу на овчине и глаз не сводил с хозяина. Когда Саракан подошел к нему, чтобы взять его на руки, кот выгнул спину, поднял хвост трубой, приготовился к схватке.
— Ах ты, негодяй несчастный! Брысь отсюда! — погрозился Саракан.
— Вовсе я не негодяй! — обиделся Маракан. — И несчастным ты меня не зови. Я — предвестник счастья!
Маракан говорил гордо и, к великому изумлению братьев, человеческим голосом.
— Это что ж такое? — воскликнул Аракан.
— Если ты предвестник счастья, что ж не осчастливил своего хозяина? — спросил Саракан.
— Время не пришло! — ответил кот.
«Может, он дело говорит?» — подумал Саракан. И взял с собой кота, но не для того, чтоб где-нибудь бросить, а чтоб помогал ему торговать, раз уж умеет говорить человеческим языком.
Прибыли они в большой город. У Саракана здесь были кунаки. Они отвели ему горницу для товара. Сложил Саракан вещи, оставил кота, пошел искать покупателей.
Ходил до вечера. А вечером, услышал, как поднялся в городе небывалый шум и крик.
— Что случилось? — спрашивал Саракан у прохожих.
— На город напали полчища крыс, — отвечали ему. — Они грызут все, что встретят на пути. Их тысячи тысяч и сколько мы их ни убиваем, меньше не становится!
— О, Аллах! — ужаснулся Саракан. — А я оставил у кунаков свой товар. Что теперь с ним будет?
— Беги скорей! — посоветовали люди. — Может, хоть что-нибудь спасешь.
Побежал Саракан со всех ног, а навстречу стаи зубастых крыс: пожирают на ходу и припасы, и одежду.
Не переводя духа добрался Саракан до дома своих кунаков, открыл дверь. И что же? Лежал его товар целехонек, а кругом задушенные крысы валялись. Это были подвиги Маракана. Он всех крыс в доме перевел и отправился с тем же во двор, а потом и на улицу. Ночь напролет воевал храбрый Маракан. Всех крыс извел, а которые уцелели, те из города убежали.
Прошел по всему городу слух о грозном воине Маракане — истребителе крыс. Люди шли к Саракану на поклон с гостинцами.
— Отпусти, сделай милость, к нам своего Маракана на денек-другой! Пусть похозяйничает в наших кладовых и подвалах. Может, там еще где крысы остались.
Саракан отпускал кота, и тот усердно трудился. Не только крыс — мышки ни одной в кладовых и подвалах не уцелело. Радовались люди. Несли Саракану кто деньги, кто разные подарки. Разбогател Саракан. Вернулся домой с хурджинами, полными добра.
Отдал он Аракану заработанные котом деньги, поделился подарками:
— Вот бери! Правду сказал твой Маракан. Время пришло, и он тебя осчастливил. Живи теперь припеваючи!
Долгие годы после этого жил Аракан со своим котом, ни беды, ни нужды не ведая. Но все на свете старится. Постарел Аракан. Подкралась и к Маракану старость.
Однажды Аракан пошел погостить к брату. Он, как всегда, оставил Маракану еду, но задержался в гостях. А Маракан все съел и сильно проголодался. Воевать, как прежде, с мышами и крысами он уже не смог. Но все же удалось ему поймать одну старую мышку.
Есть ее Маракан не стал. Он даже угостил ее кусочком сала.
— Я теперь не ем ни крыс, ни мышей, — сказал он. — Я собираюсь совершить паломничество в Мекку, очиститься от старых грехов. Но, прежде чем пуститься в дальний путь, я хотел бы попрощаться со всем мышиным родом. Созови всех сюда!
Старая мышка поверила Маракану. Он говорил таким умильным голосом. Кликнула всех своих родичей. Пришли они.
— Есть еще где-нибудь мыши? — спросил Маракан.
— Нет, — откликнулась старая мышка. — Все тут! Маракан угостил мышей салом, велел им закрыть все мышиные норки, а сам запер окна и двери. Потом он стал перед мышами и сказал:
— Я хотел проститься с вами перед отъездом в Мекку и попросить прощения за то, что губил вашего брата несчетно и нещадно. Но этой ночью кто-то из вас прогрыз мои новые чарыки, в которых я думал отправиться в путь. Признавайтесь, кто этот злодей?
Никто из мышей не признался потому, что чарыков тех они и в глаза не видели. Тогда Маракан передушил всех мышек до одной. Подкрепился, положил в сумку с десяток мышей на дорогу и пошел искать хозяина.
Дорога лежала через лес. Была она не близкой, а тут, как назло, похолодало. Принялся Маракан теплое убежище искать. Нашел лисью нору. Залез в нее, высунул пушистый хвост наружу и уснул.
В это время вернулась с охоты лисица. Она несла в зубах курочку. Положила ее у входа в нору и только собралась закусить, да увидела: в норе змея шевелилась (она приняла хвост Маракана за змею). Испугалась лисица. Бросила курицу и убежала. Пошла она к волку.
— Что делать, волк, что делать? — причитала она жалобно. — В моей норе поселился черный змей Аждаха. Нет у меня теперь дома, негде мне, сироте, приютиться!
— Пойдем, я его уничтожу! — пообещал волк.
Пошли. Но когда волк увидел торчавший из норы хвост Маракана, он задрожал.
— Знаешь, лиса, — сказал волк, — я никогда не имел дела со змеями и не хочу иметь, по правде сказать. Давай кликнем медведя, а?
Отправились они вдвоем медведя разыскивать. Медведь охотно согласился помочь.
— Вот увидите, я разорву этого змея на куски! — погрозился медведь.
Пошли они втроем: впереди медведь, за ним волк, сзади лиса. Но чем ближе подходили к лисьей норе, тем медленнее топал медведь. А потом и вовсе отстал, поплелся позади всех.
— Не люблю я драться со змеями! — признался он.
Но все же до норы они добрались. И тут Маракан громко всхрапнул во сне. Медведь первым кинулся улепетывать. За ним побежали волк и лиса.
Бежали, бежали, сели под скалой передохнуть. Стали гадать, как бы змея из норы выманить, чтоб хоть издали поглядеть на него. Решили развести костер и сварить мясной суп.
— Змей, почуяв запах мяса, непременно выползет из норы, — уверяла лисица.
— Я пойду за мясом, — решил медведь.
— Я дров наберу, — сказал волк.
Лиса побежала добывать большой котел. Медведь зарезал в ханском стаде быка. Волк натаскал гору хвороста. Лиса украла в ханской кладовой огромный котел. Разожгли костер, поставили
