– Что?
– Твоё слово? – подсказал Лам.
– Тогда вот что, – Кар рывком принял сидячее положение, скрестив ноги по-турецки, как и остальные, – Как стемнеет, начнём движение. Пусть люди отдохнут и перекусят тем, что есть. Костров не разводить.
– Может всё-таки запалим несколько, хоть клеа вскипятить? Да и степняки не будут ждать подвоха, – осторожно заметил Ламмар.
– Хорошо, но никаких каш не варить, всё равно поесть не успеем.
Сотники разошлись по своим подразделениям, а Карраэлгар растянулся на земле там же, где сидел, мгновенно провалившись в чёрный провал сна.
Растолкал его Лам:
– Пора, командир!
Кар взглянул на Запад, на далёкую горную гряду, за которой скрылась Алэма. Светила уже не было видно, но его блики ещё озаряли небосвод, и было достаточно светло.
– Рано разбудил, – буркнул тош-дауартин, волею случая оказавшийся последним командиром легиона.
– На том свете отоспишься, – усмехнулся Ламмар, – На-ка, лучше, перекуси, – и протянул прокоптившееся древко стрелы с нанизанными на него ломтиками мяса.
Не шашлык, конечно, но есть вполне можно.
– Я ж говорил, ничего такого не готовить, – укоризненно заметил Карраэлгар, хотя у самого чуть слюнки не потекли. Ведь с утра маковой росинки во рту не было.
– Ешь лучше, – сунул ему в руки "шампур" Лам, – Как не перекусить перед дорогой, а то народ ноги протянет от голода.
– С набитым брюхом много не навоюешь, – возразил Кар, хрумкая поджаренное мясо.
– Так я сказал, чтоб не наедались. Только по две таких "вязанки". Что они здоровому мужику? Так, на один зуб. А то это вяленое мясо так усохло: или зубы поломаешь, или живот скрутит в самый неподходящий момент. А это так и тает во рту. Заодно и клеа попей, а то в горле, поди, давно пересохло.
Как только ночь опустилась на землю, драдмарцы вновь тронулись вперёд. В авангарде шли всадники Карраэлгара на своих тачпанах. Тучи закрыли Омлу, и у них был хороший шанс сойти за разъезд табиров. Однако у самого лагеря нашёлся кто-то глазастый. Истошный крик был подхвачен сотнями глоток. Поздно, Кар со своими воинами ринулся к центру лагеря, где был раскинут светлый шатёр. Из него как раз появился в сопровождении свиты статный воин в доспехах. Тут же несколько стрел лязгнули по его панцирю, не причинив никакого вреда, но одна засела в ноге. Хан… или кем он там был у кочевников… склонился, а подлетевший тош-дауартин ударил его мечом. Остальные драдмарцы рубили и топтали свиту. Отряд пронёсся по лагерю, словно смерч, сея всюду смерть и ужас. Но едва всадники вылетели из стойбища, как на небе, будто по заказу, вновь появилась луна.
Тем лучше, стало легче продолжать путь. Всадники Карраэлгара отловив ещё тачпанов, перебрасывали пехотинцев к следующей теснине, где Лам со своими тынджарами тут же занял оборону. Кочевники, находившиеся у драдмарцев в тылу, не сразу поняли, что добыча ускользнула. Когда же до них это дошло, поднялись суета, шум и крики. Табиры настигли арьергард, но встреченные залпом стрел и арбалетных болтов, поспешили убраться восвояси.
Авангард имперцев двигался совершенно свободно. Ни на какое сопротивление не было даже намёка. Видимо, обломав себе зубы накануне и потеряв вождя, а то и не одного, кочевники совсем не горели желанием расставаться со своими жизнями ради призрачных целей.
В предрассветных сумерках отряд вышел ещё к одной долине. Она была достаточно широка, но не так длинна, как та, где накануне произошла ожесточённая битва. Здесь Карраэлгар дал воинам долгожданный отдых. Новый день только начинался, и не было особой надежды на то, что он будет чем-то легче предыдущего.
– Ну ты чего, собрался весь день спать? – вновь разбудил Кара Лам, сунув ему прутик с только что пожаренным мясом.
Командующий скривился, похоже у начальника пехоты подобный способ пробуждения своего начальника входил во вредную привычку.
– Не рано? – поёжившись от холодного ветерка, указал Карраэлгар на стелющуюся от реки плотную мутно-белую пелену тумана.
– В самый раз, по ней и проскочим.
– Тогда начинай.
И вновь быстрый марш. Переброска пехоты на заморённых животных. Чего ради их жалеть, людей бы кто пожалел.
Драдмарцы без потерь достигли следующей теснины. Маячившие впереди табиры предпочли за лучшее отступить. Раненых везли следом. Сзади оставался лишь арьергард, который кочевники пока не решались тревожить. Но что с ним будет посреди долины. Конный отряд Кара, увеличившийся почти до двух сотен, готовился прийти ему на помощь.
Прозвучал зычный рёв трубы, и движение началось. К счастью, степняки, уже наученные горьким опытом, не стали переть на рожон, ограничившись обстрелом своих врагов из луков. Драдмарцы огрызались.
Арьергард только подходил к теснине, а передовой отряд уже двинулся дальше. Всадники опять были впереди. Туман почти рассеялся. Кочевники, не вступая в бой, держались на почтительном расстоянии. Дальше прибрежная полоса резко расширялась, отступать по ней и дальше без отдыха под обстрелом степняков было смерти подобно. Однако, шагах в пятидесяти от прохода, из которого вышли драдмарцы, протекал ручей. Кар подъехал ближе. Довольно широкое русло уходило круто вверх. Тачпаны на камнях все ноги переломают, но пехота должна пройти. Лам выслал вперёд десяток, но сверху засвистели стрелы.
Правда, никто не был ни убит, ни ранен.
– Предупреждают, – подумал Карраэлгар, – Весьма любезно с их стороны.
В отличие от него Ламмар не стал предаваться размышлениям. Резкие слова команды и его лучшие бойцы – три десятка тынджаров, полезли на скалы. То быстро подтягиваясь на руках, то, где надо, ставя "лестницы" из щитов, они быстро достигли середины подъёма.
– Кто вы и что вам надо?! – прокричали сверху на имперском.
– А сам то ты кто?! – зычно выкрикнул командовавший подъёмом Лам.
Лаэрииллиэн Эрвендилтоллион… Это был он собственной персоной… представился, предводители драдмарцев не остались в долгу. Княжеские воины прекратили восхождение, застыв кто где стоял.
Переговоры были недолгими. Беглецам позарез нужно было место для длительного отдыха. Они нормально ни ели, ни спали уже которые сутки и на ногах держались только одной силой воли. Эльфийский же владыка сразу понял, какая чаша весов перевесит в его споре с ниртом Золтого леса, если на ней окажется несколько сотен беглых имперцев.
Арьегард ещё не успел дойти до ручья, не то, чтобы сделать хоть шаг по его руслу, как позади него из теснины с воем вырвались табиры. Они яростно кинулись вдогон, но несколько залпов эллиенских стрел, которые с гор летят оч-чень далеко, их быстро остудили.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
