ткани, похожий на косынку.
— Это нашейный платок, — сообразил Кольцов. — Такие платки носят бандиты на Кавказе. Я видел… Удобная вещь. Раз — и натянул платок на лицо до самых глаз. И попробуй разбери, кто перед тобой. Не помню, как они называются… А да неважно. Важно другое — мы на правильном пути. Идем по тропе. Чары, я прав?
— Прав, — отозвался Чары. — Это тропа.
— Ну, тогда идем дальше, — выдохнул Кольцов.
И они пошли дальше. Через каждые полчаса они делали короткие остановки, чтобы перевести дух. И еще чтобы Мартьянов мог отметить в блокноте пройденный путь — нечто вроде приблизительного плана местности, сообразуясь с которым в следующий раз можно было бы без особого труда пройти по этому же пути. Кто пойдет по нему в следующий раз, о том Мартьянов не задумывался. Мало ли кто? Например, специальный отряд, который будет послан к тоннелю, если, конечно, тоннель и впрямь существует. Там будет видно.
— Главное в горах — не сбиться с тропы, — назидательно произнес Чары во время очередного короткого отдыха. — Иначе — беда. Заблудишься и пропадешь. Погубят тебя горы. Горы — они разумные и коварные. Они не уважают тех, кто не понимает их и не знает их характера. Так говорил мне мой отец. А ему — его отец. Значит, так оно и есть.
— Разумные горы… — задумчиво повторил Мартьянов. — А ведь и вправду… У меня такое ощущение, что за мной постоянно кто-то наблюдает. Присматривается ко мне, словно изучает…
— Конечно, присматривается! — с уверенностью сказал Чары. — Они и присматриваются. Кто же еще? Здесь больше никого и нет.
…Примерно через два часа они вышли к небольшой долине. Вдалеке послышался звук, напоминающий журчание воды.
— Река, что ли? — недоверчиво спросил Кольцов.
— Нет, — ответил Чары. — Не река. Река — она звучит по-другому. Это родник. Опасное место.
— Почему опасное? — спросил Мартьянов.
— Потому что это главное место для отдыха, — пояснил Чары. — Там бывают люди. Разные люди — хорошие и плохие.
— Например, бандиты-наркокурьеры, — уточнил Кольцов. — Понятное дело…
К роднику подходили, соблюдая все меры осторожности, прячась за камнями и укрываясь в расщелинах. Впрочем, никого поблизости не было видно и слышно. Вскоре показался и сам родник. Он был небольшим, но чрезвычайно шумным, и бил прямо из скалы. Из родника вода стекала в озерцо. Вокруг озерца росла трава и небольшие кусты. Среди них виднелись камни — большие и малые. Небольшие камни были гладкими, будто отшлифованными. Вообще местность была уютная и красивая какой-то особенной, первобытной красотой.
Ровно полчаса Мартьянов, Кольцов и Чары не выходили из укрытия, наблюдая за долиной и ожидая, не покажется ли кто-нибудь поблизости. Но похоже, что никого, помимо самих Мартьянова, Кольцова и Чары, рядом не было.
Трое путешественников осторожно вышли из укрытия и подошли к озерцу.
— Вода-то какая чистая! — сказал Кольцов. Он наклонился и зачерпнул воду ладонью. — Просто удивительно, какая чистая! — он осторожно отпил из ладони глоток. — И какая вкусная!
— Вода в горах — самая вкусная в мире, — авторитетно сказал Чары.
— Это точно, — согласился Кольцов. — Даже спорить не буду.
— Почему камни рядом с водой такие гладкие? — спросил Мартьянов.
— Потому, что на них сидели, — ответил Чары. — Много людей сидело. Многие тысячи лет сидели люди. Прикасались к камням руками. И камни стали гладкими.
— Значит, и этому роднику тоже много тысяч лет? — задумчиво спросил Мартьянов. — Удивительное дело… Все проходит, все меняется, а родник — живет… И нет ему никакого дела до человеческой суеты. Ни до нас, ни до контрабандистов…
У родника они отдохнули основательно почти час. И уже совсем было собрались идти дальше, как вдруг Чары насторожился и привстал с камня.
— Что такое? — с недоумением спросил Кольцов. — Что это ты всполошился?
— Там люди, — указал Чары на юг. Много людей… Я их слышу… Они идут сюда.
Кольцов и Мартьянов переглянулись. Сами они не слышали никаких посторонних звуков.
— Далеко? — спросил Мартьянов.
— Нет, недалеко, — ответил Чары, — через пятнадцать или двадцать минут они будут здесь.
Не сговариваясь, Мартьянов, Кольцов и Чары бросились в укрытие. Минут, наверно, двадцать пять никого не было видно и слышно, никто не подошел к роднику, и Кольцов как самый нетерпеливый уже исподволь начал сомневаться — не ошибся ли Чары в своих сверхъестественных предчувствиях.
Но оказалось, что не ошибся. Вскоре со стороны юга из-за скалы вышли два человека. Они остановились, повертели головами, прислушались и подошли к озерцу. Оба были вооружены короткоствольными автоматами, у обоих за плечами были большие брезентовые ранцы — судя по всему, чем-то туго набитые. Мартьянов, Кольцов и Чары находились от этих людей не так и далеко — всего в каких-то тридцати метрах — и поэтому без особого труда могли разглядеть двух неизвестных. Оба они были бородаты, на одном были темные очки, на них была военная форма без каких-то знаков различия.
Один из пришельцев — тот, который был в темных очках, — еще раз осмотрелся и неожиданно издал звук, напоминающий протяжный крик какого-то зверя. Прокричал он трижды. Безусловно, это был специальный сигнал, потому что вскоре из-за нависшей скалы к роднику начали подходить другие люди. Все это были мужчины, одетые в универсальную военную форму, с оружием и все теми же брезентовыми ранцами за спиной. Всего Мартьянов насчитал двадцать девять человек, и с помощью пальцев он сообщил об этом Кольцову. Тот кивнул — он насчитал столько же.
Очень было похоже на то, что эти двадцать девять человек как раз и являлись теми самими наркокурьерами, которые доставляли через границу и далее по российским городам наркотик «тоннель». А коль так, то, скорее всего, существовал и сам тоннель.
Тем временем бандиты-наркокурьеры — или кем они были на самом деле — устроили у родника привал. Мартьянов с досадой закусил губу. Бандитский привал — это было плохо. Это означало, что бандиты расположились здесь надолго. А коль так, то в любой момент они могли обнаружить и Мартьянова с товарищами. И тогда все пропало. Втроем отбиться от двадцати девяти вооруженных автоматами людей было нереально, особенно когда у твоей команды лишь два пистолета, совсем немного патронов к ним и охотничий карабин. Оставалось надеяться, что бандиты не учуют, что за ними наблюдают, и вообще привал их будет недолгим.
…К счастью, так и оказалось. Примерно через сорок минут они начали собираться. Сборы также были недолгими. Вначале в путь отправились два бандита — разведка. Затем, когда издалека послышались три протяжных звериных крика, ушли и остальные.
Для верности Мартьянов, Кольцов и Чары просидели, не двигаясь, в
