в нужное место? — спросил Кольцов, выходя из машины и разминая спину.
— Дайте еще раз взглянуть на карту, — попросил Чары. — Да, все правильно… Мы сейчас вот в этой точке. А вот здесь, прямо на юге, должен быть тоннель. Туда и пойдем. Если идти прямо, то не так и далеко.
— А что, можно идти и криво? — спросил Кольцов.
— Можно, — спокойно ответил Чары. — И криво, и вверх, и даже назад. А что вы хотите — горы! Они ровных путей не признают.
— Тогда пошли, — отчаянно махнул рукой Кольцов.
Поклажи у всех троих была самая малость. Так — небольшие рюкзаки с провизией и прочными веревками (Чары заранее объяснил, что без веревок в горы хоть и вовсе не ходи), на поясе — фляжки с водой и ножи, пожалуй, и все. Да, еще Мартьянов и Кольцов захватили с собой пистолеты и по три запасные обоймы к ним. У Чары также было оружие — охотничий нарезной карабин.
— Где-то здесь должна быть тропа, — сказал Чары.
— Какая тропа? — не понял Мартьянов.
— Может, звериная, а может, человеческая, — пояснил Чары. — Скорее всего, человеческая.
— Откуда бы ей тут взяться? — не согласился Кольцов. — Места вот какие дикие. Просто-таки первобытные. Что здесь делать людям?
— Ну, так ведь вы сами говорили, что тоннель может быть открыт, — сказал на это Чары. — А если вход в него открыт, то по тоннелю могут ходить люди. Туда и обратно… А где люди, там и их следы. Человеческая тропа… А поскольку здесь самое короткое расстояние к тоннелю, то здесь же нужно искать и человеческие следы. И зверь, и человек всегда выбирают самые короткие расстояния.
— А что, логично, — сказал Кольцов в некотором смущении. — Что ж, будем искать тропу и следы на ней. Чары, а ты разбираешься в следах?
— Я же пограничник, — просто ответил Чары.
Тронулись. Впереди шел Чары, за ним Мартьянов, замыкал шествие Кольцов. Вначале ничего похожего на тропу видно не было — сплошь камни, росшие на них кусты, мох на северной стороне камней, бурые, въевшиеся в камень потеки…
Первым некое подобие следов заметил Мартьянов. Точнее сказать, это были не следы как таковые, а небольшая кучка камней. Мартьянову показалось, что камни сложены искусственным образом. Действительно, природа или стихия так сложить камни не могли. Звери тоже. Значит, люди?..
— Стоп! — негромко произнес Мартьянов.
Чары остановился, то же самое сделал и Кольцов.
— Что такое? — спросил Кольцов.
— Горка из камешков, — указал Мартьянов. — Видите?
— Действительно горка, — сказал Кольцов. — Интересная горка… Будто кто-то нарочно сложил ее…
— Вот и я о том, — сказал Мартьянов. — Проверим?
Кольцов ничего не сказал, он осторожно подошел к горке и остановился возле нее на некотором расстоянии. Ворошить горку сразу же, без предварительной подготовки, было делом опасным. Мало ли что могло под ней скрываться? Вначале Кольцов целых два раза обошел вокруг горки, разглядывая ее. Затем присел над ней и осторожно взял один камешек. После этого он принялся по одному убирать камешки из горки. Мартьянов и Чары молча наблюдали за его действиями.
— Вот, — сказал он, — обычная куча камней, сложенная чьими-то руками. Похоже, никаких взрывоопасных сюрпризов здесь нет… Хотя что-то здесь все же имеется… Интересно, что это? А, понятно! Пустые банки из-под консервов. И еще — всякие бумажки типа оберток и упаковок… Кто-то, значит, позавтракал или пообедал и припрятал ненужную тару… Скажи, Чары, ваши мирные горцы прячут пустые консервные банки после того, как позавтракают?
— Что здесь делать нашим мирным горцам? — спросил Чары. — Сюда они не ходят, здесь граница. И вообще — дикие места.
— Ну, тогда и туристы сюда также не ходят, — кивнул Кольцов. — По той же самой причине — в связи с дикостью мест. Туристам подавай цивилизацию…
Подошел Мартьянов и взял пустую консервную банку и полиэтиленовую упаковку.
— Чары, что здесь написано? — спросил он.
— Не по-нашему написано, — сказал Чары и кивнул в сторону границы. — По-ихнему написано.
— Значит, и консервы оттуда же, — усмехнулся Мартьянов. — А это наталкивает на кое-какие размышления.
— Меня — тоже, — кивнул Кольцов.
— Вы думаете, это контрабандисты, которые ходят через тоннель? — спросил Чары.
— А кто его знает, — пожал плечами Кольцов. — Может, они, а может, кто-то другой… Пока же мы имеем то, что имеем. А имеем мы следы человеческого пребывания. И кормежку из-за кордона. А отсюда — осторожный вывод: если не через тоннель, то, спрашивается, каким таким путем она сюда попала? Что-то мне подсказывает, что надо бы нам осмотреть это место повнимательней. Но только осторожно.
Осмотр, впрочем, ничего не дал — за исключением, разве что, двух кучек человеческих экскрементов.
— Хм, — прокомментировал находку Кольцов. — А субстанция-то относительно свеженькая! В крайнем случае — суточной давности. Из чего, опять же, проистекает вывод: кто-то шастает по этим диким местам довольно-таки регулярно. В режиме туда и обратно… Послушай, Чары: а может, это и есть та самая тропа?
— Она и есть, — подтвердил Чары.
— Да уж, тропа! — иронично произнес Кольцов. — Прямо-таки проспект Карла Маркса в районном центре!
— Она самая и есть, — повторил Чары. — По всем приметам. Только без светофоров и красивых бордюрчиков!
— Ну, тогда потопали по этой тропинке прямо на юг! — махнул рукой Кольцов. — Но только осторожно. С соблюдением всех мер предосторожности. А то мало ли какие путешественники нам могут встретиться…
И они пошли дальше. Шли в обычном порядке: впереди — Мартьянов, за ним — Чары, последним — Кольцов. Все трое старались ступать неслышно, насколько это было возможно в горах. Как только где-нибудь в отдалении раздавался какой-то звук, Мартьянов, Чары и Кольцов тотчас же укрывались за камнями с оружием на изготовку. Впрочем, каждый раз это были, если можно так сказать, всяческие отвлеченные звуки: грохот падающего камня, голос какого-то невидимого зверя, шум ветра, который в горах звучит совсем иначе, чем на равнине. Люди на тропе не встречались.
Идти было трудно, а для Мартьянова и Кольцова так и вовсе непривычно. До этого им в основном приходилось путешествовать по ровным местам, а это совсем не то, что путешествие в горах. Поэтому вскоре по предложению Чары порядок путешествия поменялся. Чары шел впереди, а Мартьянов и Кольцов — за ним. Руководствуясь лишь одному ему известными соображениями и приметами, Чары безошибочно выбирал самый короткий и легкий путь — разумеется, насколько это применимо к путешествию в горах.
Еще трижды путешественники наталкивались на человеческие следы, причем это были совсем недавние следы. В первый раз это была смятая пачка от сигарет, во второй раз — обертка от шоколада, а в третий раз — кусок
