- Ох, Боже это не для меня... ох... дай мне силы...
Бог прислушивался к ее мольбам и силы ей давал, чтобы приготовить обед и ужин. У Алены это настолько хорошо получалось, что все последующие разы после неудачных копаний в огороде, мы распределили обязанности - я и Катюха в огороде, Алена готовит еду. Всем сразу стало легко и весело, и после этого проблем с помощью у нас не возникало.
- Дуйте уже, - буркнула я, сама получая удовольствие от предстоящей встречи. - Я картохи нажарю...
- А мамка твоя, не из Найденовых?
Я даже телефон выронила от неожиданности - знакомый алкаш сидел рядом и внимательно смотрел на меня красными глазками.
- Из Найденовых. И что? - я подняла телефон и трижды прокляла этот день. - Вы что, преследуете меня?
- Нет - я домой еду, - мужик смотрел на меня с явным удовольствием. - А мамку не Раиса звали?
- Раиса. Какое это имеет значение? - значит этот придурок точно из местных.
Мне захотелось, чтобы в этом "пазике" стоял мотор из какого-нибудь гоночного авто и мы домчались до поселка за пять минут. Терпеть этого алкаша полчаса - сил не было.
- Ага...ага... - закивал он, морща лоб. - И чего, от рака померла?
Теперь меня это стало просто бесить.
- Вы нормальный? - прошипела я. - Может какие-то границы иметь нужно???
- Какие границы? - удивился он и нагнулся ко мне, от чего я отпрянула к окну. - Я же ведь знаю, что к тебе две бабы едут... вот и у меня друзья есть. У Савелия самогон знатный, Аркадий кабана забил. Пасху-то отгуляем...
Он увидел мое выражение лица и прервал намерение выдать речь:
- А ты не старайся, все так и будет.
Пока я хлопала ртом, как рыба без воды, он помахал ручкой какому-то мужику с двумя сумками и пересел к нему, весело рассказывая о сахарной браге.
- Я в шоке, - все, что удалось прошептать мне и автобус тронулся, разгоняя вокзальную пыль.
* * *
Катька с Аленой прибыли через час после того, как я перешагнула порог своего дома. Я увидела их еще издалека, медленно чапающих по дороге, с полными сумками. По одну сторону дороги цвели яблони, похожие на принаряженных девушек, а по другую ровным строем стояли домики, отчего наша последняя улица так и называлась - Яблоневая.
Собаки неистово лаяли, возбужденные их приближением, и любопытные бабы глазели через свои заборы, гадая, к кому это гости. Но как только мои подруги подходили ближе, раздраженно плевались, - ни та, ни другая, не обладали покладистым характером и уже успели погрызться с половиной улицы.
- Маня!!! Манюха!!! - Алена замахала свободной рукой, завидев мою голову между кустами сирени. Собаки забрехали еще сильней. - Еле доехали в твою глухомань!
Подруги добрались к моей скамейке и плюхнулись на нее, еле дыша.
- Если бы не природа - никогда бы не поняла твоей жизни в этой деревне! - Алена обмахивалась газеткой, надув блестящие губки. - Катюх, скажи ей...
- А может мы и сами сюда переедем? - Катюха провела взглядом трактор, в котором сидел Вовка Кореец (его бабка была якутка и основательно наградила внука узкими глазами и смуглой кожей, за что его так и прозвали. ) - Экземпляры тут...ну-у...хорошие такие...
- Он женат. Успокойся, - остудила я пыл подруги. - Ну, с наступающим, красавицы мои!
Мы крепко обнялись, немного всплакнули, и я потащила их в дом, понимая в этот момент, что мне их сильно не хватало.
- Переодевайтесь и к столу, - я сняла с плиты шипящую сковородку и понесла ее на улицу, под навес. - Все готово.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Вот умеешь ты настроение поднять! - весело воскликнула Алена, стаскивая лифчик возле открытого окна, которое выходило на задний двор. - И картошка у тебя вкусная!
- Ты бы не маячила перед окном! - крикнула ей Катюха. - Сейчас какой-нибудь деревенский мачо увидит твои "прыщи" и неровен час воспылает страстью!
- Ой! Кто бы говорил! - обиженно протянула Алена, но от окна отошла. - Можно подумать у самой грудь пятого размера!
- Да кто ее здесь увидит? - я с удовольствием слушала веселую перебранку своих подруг. - Лес кругом!
- Вот прячется в лесу какой-нибудь маньяк и наблюдает за твоим стриптизом, - не унималась Катька.
Она уже переоделась и тащила на стол миску с салатом и плетенку с хлебом.
- Я тебя умоляю! - Алена показалась в дверях с бутылкой водки. - Какие здесь маньяки? Им-то и взяться здесь неоткуда!
- Так у меня вино в погребе! - я уже чувствовала, как пересохло во рту. - Мы что, водку до обеда пить будем?
- А почему бы и нет? - пожала плечами подруга. - Кто это придумал, что водку по утрам пить нельзя? А до вина мы еще доберемся, праздники на носу.
Я тяжело вздохнула и присела на скамейку, накрытую цветастым половиком.
- Ну, тогда поехали.
* * *
- Ишь как тебя разобрало, Михаил Степанович, - ухмыльнулся мужик, в видавшей виды синей рубашке. - Молодуха какая сна лишила?
- А чего уж, - сидевший напротив, худощавый, с крупными кистями мужчина криво улыбнулся. - Молодачка в соку, самое то. Чувствую, что радость она мне подарит, силу мужскую поднимет.
- Мало тебе баб в Оленевке было? - его собеседник, лысый, с выпирающим кадыком, достал из под стола бутыль с самогоном и стукнул им о деревянную поверхность. - Теперь решил за Вишневое взяться?
- В хорошем все же месте наш хутор стоит, - протянул Михаил Степанович и подхватил вилкой огурец с тарелки. - Всю жизнь мне отец покойный говорил: "Построен хутор наш на сильном месте - под землей удивительная мощь ворочается, а на самой земле когда-то дороги пересекались. Большой перекресток был здесь, сын, и пользовался он дурной славой... Люди пропадали, скот исчезал, а когда в обоз молния ударила и убила десять человек, перестали вовсе по этой дороге путники ходить..."
- Да знаю я эту историю, Степаныч, - сидевший напротив, плеснул самогон в стаканы. - Чай и сам всю жизнь тут прожил и отцы наши крепко дружили...
- Так я к чему веду - вокруг хутора нашего четыре деревеньки, - закивал, соглашаясь, Михаил Степанович. - Всех баб уж перепробовали, а до Вишневого все руки не доходили, Аркаша. А сегодня в автобусе такую бабенку увидал, что все внутри зашевелилось. Она правда заартачилась, зашипела как кошка, но это дело поправимое. Подруги к ней сегодня приехали, и вам будет чем поразвлечься.
- О как! - Аркаша потер руки в предвкушении предстоящей забавы. - Миша, а землю с кладбища ты принес? Чую я, что дождь будет, так потом на погост не влезешь.
- А как же...а как же, - мужчина развел руками. - Я завсегда об этом забочусь. А где же Савелий? Сколько ждать можно?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Он в Вишневое пошел, курей черных купить, - Аркаша поднял свой стакан. - Давай-ка пригубим, Михаил Степанович...
- Ага, давай, давай...
Мужчины выпили и принялись за закуску, а во дворе хлопнула калитка. Через минуту из-за угла появился коренастый мужчина с холщовым мешком, в котором орали куры. Его мощные руки были покрыты густыми рыжими волосами, которые на голове имели более светлый оттенок - из-за солнца и пробивающейся седины. Один его глаз закрывало мутное бельмо и от этого его взгляд казался жутковатым.
