двое и засыпали Сергея вопросами о Миледи. Очень могло статься, что они не додумались до слежки за Миледи и вот теперь спохватились. Все могло быть…
Итак, это было во-первых. А во-вторых, Сергей чувствовал, что никто его беспечным ответам не поверил. А почему ему не поверили – неизвестно. Возможно, Сергей был не слишком убедителен в своих ответах. А может быть, эти двое знали о Сергее, кто он такой на самом деле. Или догадывались. Откуда они могли узнать? А кто ж его ведает? На то они и сотрудники разведки. А может, им о чем-то таком рассказала Вероника. Они взяли ее в оборот, она и рассказала. Да, но она-то откуда могла знать, кто таков Сергей на самом деле? Ничего такого она не знала, она могла лишь догадываться. Но ведь, если разобраться, и догадки – это немало. Особенно если эти догадки аргументированные. Аргументированные догадки всегда влекут за собой подозрения.
– Что ж… – повторил один из мужчин. – А теперь послушайте нас. Мы вам расскажем, как все обстоит на самом деле.
– То есть? – Сергей изо всех сил постарался разыграть удивление.
Должно быть, это у него получилось неважно, неискренне, и оба мужчины лишь ухмыльнулись, глядя на Сергея. Вероятно, они заметили, поняли или почувствовали, что Сергей боится.
– Итак, какова же ситуация на самом деле? – начал первый мужчина. – Вы агент иностранной разведки. Какой именно разведки? Разумеется, русской. Эта самая Вероника, или кто она на самом деле, – тоже. Вы с ней работали на пару. Оттого-то она и продвинула вас в свое время на высокую должность в информационном агентстве. Выше должность – больше доступа к ценной информации. Разумеется, вам необходима была легенда. Прикрытие. И вы стали изображать из себя любовников. Замечательное прикрытие, классическое! Любовники – и все тут! Ну, что вы на это скажете?
– Скажу, что вы ошибаетесь, – пожал плечами Сергей. – Насчет Вероники ничего не знаю, но из меня – какой агент? Если уж вы мной заинтересовались, то, должно быть, знаете, кто я такой и как сюда попал. Я оппозиционный блогер Математик. Это легко проверить.
– Даже слишком легко, – ухмыльнулся первый мужчина. – Это просто-таки бросается в глаза. Оттого-то мы в этом и засомневались. Хотя, конечно, легенда неплохая. Но…
– Какая еще легенда? – скривился Сергей. – Говорю же, вы ошибаетесь.
– В том-то и дело, что не ошибаемся, – развел руками первый мужчина. – Мы просто не можем ошибаться! Потому что Вероника все нам рассказала. Вы думаете, где она в настоящее время? У нас она. В наших руках. Слабая, испуганная, запутавшаяся женщина. Такие сознаются почти сразу.
Сергей прекрасно понимал, что ему сейчас лгут. Даже если Вероника и впрямь в их руках, так и что с того? Не могла она ничего компрометирующего рассказать о Сергее. Не могла, потому что ничего о нем не знала. Откуда она могла знать? Разве что – могла догадываться. Но ведь всякие такие догадки – это еще не доказательства. Значит, эти двое лгут.
– Теперь – о той женщине, которую вы отрекомендовали как Эстер и которая приходит к вам по ночам, – заговорил второй мужчина. – Здесь, знаете ли, тоже не все так, как вы уверяете. Возможно, она и впрямь ваша любовница, но это не главное. Это, опять же, лишь прикрытие. А отсюда возникает вопрос – кто же она такая на самом деле? Может, вы нам скажете правду, господин Математик?
– Я вам сказал так, как есть на самом деле, – угрюмо промолвил Сергей.
– Неужели? – ухмыльнулся мужчина. – Как говорят у вас, у русских, – правда правде рознь. Вот сейчас я скажу вам истинную правду. Эта женщина – ваш связной. Ну, или кто-то в этом роде. Именно ей вы передавали информацию, украденную лично вами и вашей помощницей Вероникой в информационном центре. Мы ничего не напутали и не присочинили? Все так?
В ответ Сергей лишь вздохнул и безнадежно развел руками. Дескать, все совсем не так, все, что вы говорите, – нелепые догадки и вымыслы.
– Ну-ну, – иронично произнес первый мужчина. – У нас к вам предложение. Давайте попытаемся поговорить как профессионалы. Вы профессионал, и мы – тоже. А потому, надеюсь, мы поймем друг друга. И так сказать, найдем общие точки соприкосновения. Сейчас мы вам изложим, какова ситуация на самом деле. А ситуация – скверная. То есть она скверная не для нас, а для вас – вас лично и Вероники. Впрочем, не будем пока говорить о ней, поговорим о вас. Итак…
– Вы, – продолжил второй мужчина, – угодили в очень неприятную историю. У нас имеются основания вас подозревать в шпионаже. Веские основания!
– Вы в наших руках, – вступил в разговор первый мужчина. – И потому как профессионал вы должны понимать, что просто так мы вас не отпустим.
Как только первый мужчина умолк, в разговор тотчас же вступил его коллега. Опять же, это был старый и проверенный способ обработки подозреваемого. В этом способе было главное – не дать подозреваемому опомниться, собраться с мыслями и духом и выстроить защиту.
– Хотим сказать и о другой женщине, с которой вы поддерживали постоянную связь и которую вы не слишком убедительно пытаетесь выдать за одну из своих любовниц. Так вот, мы доберемся и до нее. Это просто. Потеряв вас из виду, она, разумеется, начнет беспокоиться. И рано или поздно явится по месту вашего проживания, как это бывало и раньше. А тут – мы. Дальше, думается, вам все понятно и без дополнительных пояснений. Эта женщина окажется в наших руках, а уж установить, кто она такая на самом деле, особого труда не составит. И пошел разматываться клубочек, как вы, русские, любите выражаться!
– Но уже без вашего участия, – сказал первый мужчина. – Сами понимаете, тогда вы нам не будете нужны. Со всеми вытекающими отсюда и печальными для вас последствиями.
– Ну, так как? – спросил второй мужчина. – Будем находить точки соприкосновения? Спрашиваем вас как профессионалы профессионала.
– Вы проиграли, – сказал первый мужчина. – И это никакая не трагедия и даже не драма. Это заурядная данность. В нашем деле подобное случается. И здесь очень важно, как поведет себя тот, кто проиграл. Проигравший – вы. И потому ваша дальнейшая судьба зависит от вас. Хотите – можете изображать из себя героя. А хотите – можете поступить гораздо более благоразумно. И притом с выгодой для себя самого. Ну, так что вы нам скажете?
Сергей молчал. Он не знал, что ему отвечать и как быть дальше. Он чувствовал себя прижатым к стене. И еще – он боялся.
– Кстати, насчет выгоды, – сказал
