их оберегать и лелеять! Все должно оставаться точно так же, как было до вашего ареста. Это непременное условие. Никто ничего не должен заподозрить. Вы по-прежнему будете встречаться с вашей Миледи и передавать ей информацию. Это будет очень интересная информация!
– Понимаю, – кивнул Сергей. – Вот только правды в этой интересной информации будет очень мало. А может, ее и вообще не будет.
– Ну, это уже не ваше дело! – резко ответил один из мужчин. – Ваше дело – в точности выполнять наши указания. Хотя, по сути, вы правы.
– Да, кстати, – сказал один из мужчин. – Какой у вас псевдоним?
– Красавчик. – Сергей невольно усмехнулся.
– Хм… Что ж, для вашего руководства вы по-прежнему останетесь Красавчиком. А вот мы станем называть вас как-нибудь иначе… Разумеется, не Математиком – это пройденный для вас этап. А скажем, Интегралом. А что? Вполне подходяще, учитывая, что вы гениальный математик.
* * *
Вот так Сергей и стал работать на иностранную разведку, так он и поменял свою сущность. Хотя поменял ли? Скорее всего, он волей случая стал самим собой истинным. Это до того он был не самим собой, а лишь играл определенную роль.
Впрочем, сам он на эту тему, можно сказать, не размышлял. Лишь однажды, почти сразу после того, как его выпустили из застенков, перекрасили и перенацелили, ему неожиданно припомнилась Инна. Она была все такая же – грустная, поникшая, в огромных очках и с печальными глазами. «Сережа, для чего это тебе нужно?» – будто бы спросила она. Сергей припомнил, что однажды уже такое было – она ему так же неожиданно припомнилась и задавала такой же вопрос. В первый раз он отмахнулся и от Инны, и от ее вопроса. Отмахнулся он и сейчас – во второй раз. И даже ощутил некую досаду. Сейчас ни воспоминания об Инне, ни ее безмолвные вопросы были ему не нужны, они были некстати, они будили в нем какие-то смутные тревожные ощущения…
Во всем же остальном все у Сергея было по-прежнему. Явившись после своего короткого ареста в свое жилище, он велел госпоже Грин срочно отыскать Миледи. Та явилась, и Сергей во всех подробностях рассказал ей, что с ним приключилось в последние дни. Разумеется, о самом главном, то есть о том, что он теперь работает на иностранную разведку, он умолчал.
– Значит, они вам поверили? – спросила Миледи.
– Скорее, мне удалось их обмануть. Или, может, убедить их в том, что я действительно есть тот, кем стараюсь казаться. Они-то интересовались не столько мной, сколько Вероникой. Ну, а поскольку я поддерживал с ней отношения, то попутно зацепили и меня. Зацепили, а потом отпустили. Так что – воюем дальше!
Неизвестно, поверила ли ему Миледи. Отчего-то Сергею показалось, что не поверила, и это его встревожило. Ему надо было, чтобы она поверила. И она, и госпожа Грин. Потому что если кто-то из них хоть в чем-то усомнится, тогда – все. Тогда Сергея ждет печальный конец. И потому он будет изо всех сил стараться, чтобы обе женщины ему доверяли. В конце концов, иного выхода у него нет.
– Где сейчас Вероника? – спросила Миледи.
– Не знаю, – развел руками Сергей. – Во всяком случае, на работе ее нет, дома тоже, и на телефонные звонки она не отвечает.
– Ладно, – не сразу сказала Миледи.
Как и обычно, она провела у Сергея всю ночь, а наутро он проводил ее до подъезда и усадил в такси. Машина тронулась, и скоро ее не стало видно, а Сергей все стоял и смотрел ей вслед. Смутные предчувствия его не оставляли – ему по-прежнему казалось, что он так и не сумел убедить Миледи в истинности рассказа о том, что с ним приключилось.
Глава 14
Это было не совсем обычное совещание. Во-первых, оно проходило за закрытыми дверями, то есть было секретным, и потому круг его участников был весьма узок. Если говорить точнее, то в совещании принимали участие всего три человека: генерал-майор Рябошапка, полковник Курилович и еще один полковник – Русаков. А во-вторых, необычной была сама тема совещания. Это была весьма безрадостная, можно даже сказать, тревожная тема.
– Стало быть, так, ребятушки, – невесело сказал генерал Рябошапка.
Несмотря на свое высокое звание и такую же высокую должность, он тем не менее оставался человеком простым и выражался, соответственно, простыми словами. Генерал Рябошапка даже по внешнему виду не был похож на генерала, а больше походил на обычного русского мужика. Тем не менее должность у него была и ответственная – он занимал важный пост в Службе внешней разведки. И вот сейчас под его началом проводилось важное секретное совещание.
– Такие, стало быть, дела, ребятушки, – повторил генерал Рябошапка. – В общем, сейчас я вас введу в курс дела. А дальше – будем решать. И не закончим нашего совещания до тех пор, пока не решим, как же нам быть дальше. Потому как откладывать решение никак нельзя. От этого может случиться огромный вред нашему делу, а значит, и нашей стране. Вот такая, стало быть, беда…
Такая многословная прелюдия сразу же насторожила Куриловича и Русакова. Из опыта они знали, что генерал Рябошапка хоть и изъясняется простонародными оборотами, но при этом обычно бывает краток и немногословен. А тут – целая вступительная речь. Значит – дело серьезное. Поневоле насторожишься.
– А дело вот в чем, – сказал генерал Рябошапка. – Есть, понимаете ли, у нас за рубежом разведчики. Трудятся, так сказать, не покладая рук и с риском для жизни во благо Родины. И есть среди них один разведчик, которого кличут Красавчиком…
– Да, есть такой, – кивнул полковник Курилович. – Помнится, мы с вами вместе собирали его в путь-дорогу. Давали, так сказать, напутственные советы.
– Давали… – горестно сказал генерал. – Да только, судя по всему, наши советы не пошли ему впрок. Оттого-то я вас и собрал…
– А что такое? – спросил полковник Русаков. – Неужто он попал под колпак?
– Если бы так! – вздохнул генерал. – Тогда и маеты нам было бы меньше. И всяческих терзаний тоже…
– Я не понимаю… – пожал плечами полковник Курилович.
– Это потому, – сказал генерал, – что я вам ничего еще не пояснил. А вот когда я все поясню…
И он пояснил на этот раз кратко, доходчиво и без всяких горестных сантиментов – как и полагается разведчику. Вначале агент Красавчик действовал так, что лучше и не придумаешь. Он успешно легализовался в одной из западных стран, быстро и ловко внедрился в соответствующие структуры и вскоре начал поставлять информацию. Да притом какую информацию – ценнейшую!
