ограничивал, так что доступ к семейным ресурсам у меня оставался и в Кремле. Не прошло и пары секунд, как перед государем возникли проекции видеозаписей.
— Предлагаю вам самому убедиться, где правда, а где сказки, ваше императорское величество, — озвучил я. — Что же касается портала, то я удивлён, как много времени вашим лучшим умам потребовалось, чтобы восстановить связь. И получилось это лишь по той причине, что представительница нашего рода переговорила с богиней Смерти. Знаете, очень красочно характеризует, насколько Российская Империя реально готова к межмировой экспансии.
— Ты бы сделал это быстрее, конечно же, — улыбнулся монарх. — Только почему-то не сделал. Есть, Ярослав, только один критерий для оценки человека. Рассуждать может любой дурак. Имеют значение только совершённые поступки. Или их отсутствие в твоём случае.
Я усмехнулся.
— Велите казнить меня за то, что я не решил задачу, которую вашим учёным не удалось решить? — напрямую спросил я. — Вряд ли, в таком случае вы бы не пригласили меня на разговор. Вместо этого в моём доме сидели бы господа из государственной безопасности. Впрочем, всё это не имеет никакого значения. Я не был против вас, ваше императорское величество, и не буду. После нескольких месяцев разлуки, когда ни я, ни мои семья не знали о том, что случилось по другую сторону портала, я сижу здесь, а не прячусь от взора государственной безопасности.
— Об этом я и хотел поговорить, — нахмурив брови, пригрозил государь. — Князевы очень многое получили от богини Смерти. Мара, Морвель, как бы там её ни называли.
Я кивнул.
— Кое-что и мне доступно, ваше императорское величество, — не стал скрывать я. — Однако это не значит, что можно погостить в Аэлендоре и обрести божественные силы. Дарья, например, вообще получила свои знания от сущности, находясь на Земле. Так совпало, что мы родственники, но давайте будем честны, вряд ли Смерть пошла бы к постороннему человеку. Ведь в таком случае полученной информацией могли воспользоваться в корыстных целях. А теперь мы имеем то, что имеем. Моя сестра была заинтересована в повторном открытии портала, и Смерть даровала ей знания, как это сделать.
— Вот даже как? — хмыкнул он и огладил подбородок. — Считаешь, у нас нет шанса привлечь её на свою сторону?
— Вы можете попытаться, ваше императорское величество, — легко пожав плечами, ответил я. — Но ничего не приходит бесплатно. И на мне, и на Дарье лежат определённые обязательства. Хотя моя сестра уже их исполнила, вернув нам связь с Землёй, но я всё ещё остаюсь должником.
Он приподнял бровь, внимательно наблюдая за мной. А я молчал, спокойно глядя на собеседника.
— И в чём же состоит твой долг перед такой сущностью? — уточнил он негромко.
Я улыбнулся в ответ.
— Угрозы Российской Империи наши отношения со Смертью не несут, — заверил я. — К богам Аэлендора у этой сущности много вопросов, и я по мере сил должен выбивать ответы из их ушастых последователей. Но я могу продемонстрировать, что получил от неё, и дальше вы будете уже более предметно думать, как идти на диалог с сущностью, которую не поймёте.
— Почему я не пойму?
Я опустил голову, и тут же поднял её уже с ликом Жнеца. В моей руке материализовался серп, на лоб наполз капюшон чёрного балахона. Ауру я удерживал с помощью воли, но чуть подал её вперёд.
Государь рванулся из кресла, дежурные гвардейцы дёрнулись к оружию. Вокруг императорских рук мгновенно возникли магические круги. Но я продолжал сидеть неподвижно, глядя в глаза императора. Сила сущности кружилась вокруг меня, заставляя гвардейцев дрожать от ужаса, и едва не касаясь монарха. Не касаясь, но давая ощутить, какая малость отделяет его от окончания земного пути.
Он шарахнулся прочь, меняя заклинания с атакующих на защитные. Выставив руки перед собой, император уже открыл рот, чтобы что-то сказать. Возможно, скомандовать охране открыть огонь, но я убрал облик Жнеца и всё воздействие сущности. Впрочем, гвардейцы всё равно держали меня на мушке.
— Я — Жнец, слуга Смерти, ваше императорское величество, — разводя руками, произнёс я. — Я не могу ни передать этот дар, ни научить им пользоваться. Мы говорим не о богине, местечковой сущности уровня страны или планеты. Смерть, которая дарует мне знания и силу, это олицетворённое ничто, пустота, в которую мы все однажды придём. Ей не нужно ни золото, ни влияние. Вы готовы вести переговоры с силой, которую даже не способен объять своим ограниченным разумом смертный?
— Нет, — выдавил из себя напуганный до предела император.
— Вам следует выпороть советников, которые опираются на досужие сплетни, ваше императорское величество, — произнёс я, поднимаясь из кресла. — И я надеюсь, вы не станете распространяться о том, что здесь произошло. Не думаю, что церковь будет рада узнать, что боги, которых христианство называло демонами, всё ещё есть на Земле и способны творить чудеса, недоступные смертным.
Он собрался быстро, взял себя в руки и теперь совсем не напоминал того человека, который только что осознал пропасть между своими силами и возможностями по сравнению с сущностью, которая пожирает абсолютно всё во вселенной.
— Нет, такие новости лучше приберечь для очень узкого круга посвящённых, — всё же произнёс он. — И тебе не придётся никуда бежать. Я лишь хотел, чтобы мы откровенно поговорили.
Я кивнул.
— Мы и поговорили, ваше императорское величество, — напомнил я. — Надеюсь, больше подобных вопросов не возникнет. Князевы были и остаются верны Российской Империи, государь. Я могу идти?
Император несколько суетливо кивнул, и я покинул его кабинет. Такая реакция неудивительна, я ведь прекрасно понимаю, что именно испытал государь. Не каждый способен вынести дыхание Смерти.
К счастью, его императорское величество, устоял. А что касается слухов о Князевых, так с этим я разберусь обязательно. В конце концов, меня ведь приглашали в клуб высших аристократов. Самое время его навестить.
Глава 14
Земля, Российская Империя, Москва, Кремль, покои императора.
— Как всё прошло, ваше императорское величество? — наливая янтарный напиток в бокал, спросил Борис Емельянович.
Государь поднял на главу государственной безопасности взгляд покрасневших глаз. Тот не стал больше задавать вопросов, поставил посуду перед монархом и по его жесту занял свободное кресло.
Император протянул руку к бокалу — медленно, сосредоточенно, чтобы не видел безопасник, как трясутся от пережитого стресса руки. Дыхание
