— прохрипел он, — что некоторые секреты не умирают вместе с их хранителями.
С этими словами Дорохов покачнулся и рухнул с обрыва в бурную реку. Холодные воды приняли его, унося прочь от преследователей, к неизвестной судьбе.
* * *
После ликвидации ключевых фигур, опасных для ее планов, Аврора Сергеевна почувствовала, что наконец-то обрела полную свободу действий. Российский филиал «Общества» теперь принадлежал ей, эликсир молодости был в ее распоряжении, а император, убежденный в отсутствии угрозы, подписал указ о прекращении активного расследования.
Для всех наступило временное затишье — обманчивый покой перед бурей, которую Аврора готовила с холодной расчетливостью истинной Романовой.
* * *
Императорский указ прибыл в мой особняк с курьером высшего приоритета. Я как раз заканчивал восстановительные упражнения для восполнения магического резерва, когда Себастьян доложил о прибытии гонца в парадной форме.
Конверт, запечатанный личной печатью императора, весил неожиданно много. Внутри оказалось сразу несколько документов: собственноручно подписанное Алексеем Сергеевичем благодарственное письмо за «исключительную службу и личное мужество при спасении подданных империи», указ о прекращении расследования дела «Общества Вечного Огня», в связи с «устранением основной угрозы», предписание о двухмесячном отпуске «для восстановления здоровья», и — самое неожиданное — чек на необычайно крупную сумму.
Такая сумма могла бы обеспечить безбедную жизнь среднему дворянину на пару лет вперед.
— Интересно, — пробормотал я, перечитывая указ. — «Основная угроза устранена»? Кто-то очень постарался убедить императора, что дело закрыто.
— Будешь оспаривать решение? — поинтересовался Виктор, просматривавший документы через мое плечо.
Я задумчиво покачал головой.
— Нет. По крайней мере, не сейчас. Кто-то хочет убрать меня из игры, но делает это так вежливо и щедро. Было бы невежливо отказываться от такого царского подарка. И двухмесячный отпуск… Даже не знаю, чем заняться. Я никогда не был в отпуске. Но, думаю, пора.
Виктор усмехнулся.
— Могу предложить тебе несколько книг о том, чем обычно занимаются нормальные люди на отдыхе. Думаю, рыбалка, охота, светские рауты…
— А сам-то их читал? — я поморщился. — Я полагаю, у ликвидатора Бюро тоже нечасто бывает отпуск.
В этот момент в кабинет стремительно вошла Анастасия, как всегда, без стука и предупреждения. Сестра выглядела воодушевленной, в руках она держала увесистый том с закладками.
— Максим, я нашла! — она плюхнулась в кресло напротив, раскрывая книгу. — Имение, что пожаловал тебе император — это «Соколиное гнездо». Оно принадлежало Власовым, но перешло в казну после смерти последнего наследника. Место удивительное! Горный воздух, минеральные источники, и, что особенно интересно для меня, уникальная флора с редчайшими видами растений!
Ее энтузиазм был заразителен. Я поймал себя на том, что улыбаюсь.
— И что ты предлагаешь?
— Ехать туда, конечно же! — Анастасия захлопнула книгу. — У меня как раз каникулы, месяц свободного времени. Горный воздух пойдет на пользу и тебе, и Виктору, — она кивнула на хромающего помощника. — Да и Василиса говорила, что после твоего ранения тебе нужен особый режим…
— Василиса слишком много болтает, — проворчал я, но идея начала казаться привлекательной.
Действительно, почему бы не отправиться подальше от столицы? Можно будет спокойно проанализировать ситуацию, восстановить силы и продумать дальнейшие действия.
— Хорошо, — решил я. — Мы отправимся на Урал. Но не просто отдыхать — это будет… стратегический отход для перегруппировки.
Анастасия закатила глаза.
— Как скажешь, братец. Называй это хоть военной операцией, лишь бы согласился. Когда выезжаем?
— Завтра на рассвете, — я поднялся из-за стола. — Себастьян! Подготовить экипажи для дальнего путешествия. Василиса! Собрать все необходимое. Виктор, ты едешь с нами.
— Я не могу взять отпуск, — усмехнулся Виктор. — Формально рядом с тобой я всегда на работе.
— Называя это хоть военной операцией… Ну ты понял. Собирай вещи, — улыбнулся я.
Сестра чуть не запрыгала от счастья, Виктор тяжело выдохнул, я же просто был воодушевлен.
* * *
Утро выдалось ясным, словно сама природа одобряла наше решение. Три экипажа двинулись как только мы были готовы: первый, небольшой, для нас с Анастасией, Виктора и Василисы, второй, значительно больше — для Себастьяна и остальных слуг, третий — для багажа и провизии.
Я сидел напротив Анастасии, рассматривая проплывающие за окном пейзажи. Виктор расположился рядом с сестрой, а Василиса тихо сидела у противоположного окна, изредка поправляя складки на своем дорожном платье.
— Быть может, расскажете что-нибудь интересное о себе, господин Виктор? — неожиданно нарушила молчание Анастасия. — За все время, что вы работаете с моим братом, я так и не слышала, чтобы кто-нибудь обращался к вам по имени-отчеству. У вас нет отчества?
Виктор слегка напрягся, но быстро овладел собой.
— Вы наблюдательны, госпожа Анастасия. Действительно, у меня нет отчества. По крайней мере, официально зарегистрированного.
— Как так? — удивилась Анастасия. — Даже у самых бедных крестьян есть отчества.
— Не у всех, — тихо ответил Виктор. — Дом Тихой Клятвы, где я вырос, это, по сути, приют для сирот определенного… склада. Некоторых детей находили брошенными, без каких-либо указаний на происхождение.
— Вы не помните своих родителей? — Анастасия подалась вперед, на ее лице читалось искреннее сочувствие.
— Нет, — качнул головой Виктор. — Первые воспоминания — учитель в черном, учивший нас основам магии определения. И книги, много книг.
Я уже знал часть этой истории, но никогда не расспрашивал Виктора подробно, уважая его право на приватность. Однако сейчас, видя, что он не против поделиться, я тоже проявил интерес.
— А фамилия? У тебя должна быть фамилия.
Виктор усмехнулся.
— Фамилия осталась только в документах Дома. Когда я покинул его стены, мне выдали новые бумаги. Просто «Виктор», агент Судебного Бюро. Так проще для некоторых… специфических заданий.
— Это ужасно! — воскликнула Анастасия. — Человек без имени, без родословной. Как будто вас… стерли.
— Насчет стирания — это громко сказано, — Виктор слегка улыбнулся. — В Доме Тихой Клятвы меня обучили всему, что я знаю. Дали крышу над головой, еду. Многие сироты мечтали бы о такой судьбе.
— И все же, — настаивала Анастасия, — каждый человек заслуживает имени. Полного имени.
— Оставь его в покое, Настя, — я покачал головой. — Не всем нужны громкие титулы и родословные до десятого колена, как у нас с тобой.
Виктор благодарно кивнул мне, но Анастасия не собиралась сдаваться.
— Вы же должны как-то подписывать официальные документы, — заметила она.
— Раньше обычно
