составляли огневики, некроманты тоже были — четверо, но больше в качестве целителей. И то их вызвали сюда хитростью и с другого региона. Они, наверное, сейчас проклинали всё и вся, за то, что их затащили в такую заварушку.
«Наверное, опять использовал эту свою кровяную технику», — подумал Христ и заставил голема присесть на колено, чтобы коснуться здоровой рукой земли. Та впитывала в себя почву, перекачивая её по дуге через плечи к локтю повреждённой конечности. Новая «плоть» наращивалась, и вскоре гигант полностью вылечился. Однако в месте касания образовался кратер — такова цена восстановления.
«Странно», — отметил про себя Бенкендорф, анализируя происходящее даже под колоссальной магической нагрузкой. — «Почему их группа всегда держится особняком?»
Барятинский с момента прибытия вместе со своими подчинёнными встал на край левого фланга и прорывался не в общем строю. Далее уже обогнал всех и продолжал этим заниматься.
«Мальчишеская удаль?» — предположил Христ и приказал голему топать к ребятам — фланги были зачищены, остался последний рывок. — «Нет, Артём никогда не отличался безрассудством».
Всё, что барон до этого делал, прямо говорило: если он чем-то рискует, то не просто так.
«Почему же ты не хочешь стыковаться с остальными?» — гадал земляной маг, а его чудище неотвратимо шло навстречу вылезшему из Бреши Вожаку.
Стальной гриф с длинной пластинчатой шеей показал из смолянистого полога сначала свою голову и, чуть ли не проползая под низким для него проходом, вылез в мир людей. Ростом он был в пять метров, а с шеей — все восемь.
Тридцатиметровые Бреши не все такие вредные, большая их часть закрывалась без присутствия магов экстра-класса. Как правило, основная проблема в них — это большие размеры, и тут нужно было много клириков и пророщенных священных камней. Но вот конкретно эта Брешь существовала дольше остальных благодаря своим специфическим созданиям — те действовали как стая и нападали на агрессоров сообща, стоило обидеть хотя бы одного члена их пернатого братства.
Из-за этого долго не получалось перебить их поодиночке, а специфическая защита в виде стального оперения не давала нормально атаковать их другими стихиями кроме как огнём. Бронептицы неудобный враг, и если в группе нет грамотного клирика с паладином, то ликвидаторы не выдерживали напора.
Исполинский грифон издал клич, по которому остатки воинства стремглав помчались к нему, как цыплята к наседке. Он прикрыл их крыльями, как бы показывая, что защищает, и в следующее мгновение полуметровые перья встали дыбом.
— Командуй защиту! — едва не выматерившись прокричал Христ.
— ЗАЩИТА! ВНИМАНИЕ! ЗАЩИТ… — помощника разрезало пополам случайным листом стали, долетевшим до самого тыла.
Паладины и клирики успели выставить манащиты и загородить ликвидаторов, но те, кто стоял слишком далеко, не смогли спрятаться и их распилило. Человек пять умерли на месте, ещё троих покалечило.
Группа Барятинского укрылась за металлическими некроморфами, а вот Христ после смерти подававшего надежды адъютанта выставил каменный барьер перед собой и напряг последние силы.
Голем побежал. Гриф всё метал и метал острые перья, заставляя защитников уйти в глухую оборону. Увидев, что на него несётся каменный колосс, он расправил крылья и выпустил в атаку броне-«малышей».
Вожак подумал уже покинуть опасную зону, но неожиданно обнаружил, что его что-то держит за ногу!
Это был тот самый огненный голем Барятинского, исчезнувший с поля сражения и прокравшийся к Грифу со спины. Он крепко вцепился в незащищённую лапу и расплавил самого себя, а заодно и сжёг до костей плоть монстра.
Гриф в последний раз вскрикнул, и тут трёхпалая рука христовского голема схватила его за глотку. Сминая металлические пластины, она переломила шейные позвонки, а в довершение исполин замахнулся и пробил в туловище монстра с такой силой, что каменная рука разлетелась вдребезги. Внутренности Грифа пострадали ещё больше, и птица, осев, повалилась на землю.
Вместе с ней рассыпался на камни и защитник людей, погребая собой врага.
Когда паладины перебили остатки птичьего воинства, Христ дал команду конопатчикам, и те на гружёных гигантских конях ринулись к Бреши, чтобы начать читку и очистить от ереси западный участок Бастиона. Впервые люди за последние пять лет в этой области смогли взять под контроль такой большой участок земли.
«А всё политика», — злобно сжимая кулаки, думал Бенкендорф.
Отступники хрен бы ему дали вот так спокойно стоять и колдовать. Люди пострашнее монстров — им не нужно одерживать честную победу, а лишь вмешаться в самый ответственный момент. Всякая мразь, что мнила себя хозяевами здешних мест, смела диктовать условия целой стране. Своей стране.
Их можно было уничтожать, приводить серьёзные армии, но отступники объединялись и каждый раз срывали закрытие жизненно важных Брешей. Их финансировали не только продажные аристократы, ниточки тянулись и за рубеж, к тем, кто не хотел укрепления позиций Российской империи.
Артефакты, снаряжение, деньги, транспорт — всё это щедрой рукой поставлялось отступникам. Им даже арендовали некромантов шестого шага, чтобы проводить обряды Сопричастности! След вёл к Скандинавам и к нашим заморским «друзьям». Грязно играли, исподтишка, но мы тоже отвечали по-своему, огрызались.
«А теперь, освобождение первого клочка Бастиона всколыхнёт целую кучу говна, но мы уже готовы», — оглядывая побоище, подумал Христ. — «Пускай приходят».
Через два часа на рассвете в этой области прогремел взрыв. Круг зелени стремительно пополз в стороны, образуя место силы, которое станет центром нового военного поселения. Когда он закончил формироваться, по всей округе раздался победный клич.
Глава 13
Кольцо интриг
Вологодский губернаторский дворец, тремя днями позднее.
— За проявленную самоотверженность, отвагу, твёрдость характера и непоколебимость перед лицом врага орденом Святого Георгия IV степени награждается начальник губернского охранного отделения Бенкендорф Александр Христофорович, — объявил всем собравшимся губернатор Вологды граф Н. М. Толстой и вручил открытый футляр с наградой. Там лежала декоративная реплика, а во втором дне уже сам артефакт в виде небольшого квадратика на булавке, который удобно прикреплять к одежде, чтобы не выделяется на поле боя.
За этими словами последовали аплодисменты собравшихся дворян и военных. Все сычовцы были приглашены на церемонию награждения и сейчас от души отбивали ладони, гордые за своего экс-командира. Да, Христ знатную комбинацию провернул, ничего не скажешь — даже меня грамотно впутал, зная, что я захочу работать на все стороны сразу. Хитёр, ничего не скажешь.
Я понимал, почему он не хотел посвящать в детали своего плана окружающих. Тут стандартная схема: ограниченно даёшь ту информацию, которую исполнителю положено знать, а всю картину держишь только у себя.
Также
