– Сам смени. Я собираюсь остаться здесь, с Дианой.
Его дерзкое замечание повисло в воздухе подобно блестящему клинку. Холт медленно повернулся к сыну, и Диана затаила дыхание, увидев его холодный как лед взгляд.
– Ты здесь не в качестве компаньона Дианы, – с убийственным спокойствием заявил Холт. – Ты – на работе. Обычно я увольняю людей, не выполняющих свои обязанности. Ты этого добиваешься, Гай?
«Нет! Ты ни в коем случае не должен предъявлять ему такой ультиматум!» – пронеслось в голове Дианы.
Она заставила себя почти беспечно рассмеяться.
– Зачем же относиться к словам Гая столь серьезно? Он совсем не это имел в виду. Просто мысли вслух, не так ли, Гай?
Угол рта и щека Гая вспухли и посинели. Он повернулся так, чтобы Диана не могла видеть эту сторону его лица. Бросив угрюмый взгляд на Холта, он неохотно кивнул.
– Да, конечно. Пойду сменю Руби.
– Во фляжке, что ты оставила Руби, было много воды? – спросил Холт Диану.
– Примерно треть, – ответила она.
– Тогда тебе лучше взять с собой еще одну, – посоветовал он Гаю.
Запасные фляжки стояли рядом с Дианой. Она выбрала самую полную и протянула ее Гаю. Он не сразу ее взял и долго не отрывал хмурого и озабоченного взгляда от лица девушки.
– Почему ты все время становишься на его сторону? – В его тихом напряженном голосе сквозило неприкрытое огорчение.
– Не будь смешным, Гай. Дело вовсе не в этом, – ответила она как можно тише, чтобы Холт не услышал.
– Но всего минуту назад…
– Минуту назад тебя чуть не уволили. Разве ты этого хотел? – парировала Диана.
Взгляд его помрачнел, лицо сделалось жестким, как у его отца.
– Нет, – вздохнул он и взял фляжку. – Как раз этого я и не хотел. – Гай наконец отвернулся от нее и пробормотал: – Увидимся позже.
8
Диана наблюдала, как Гай взбирался по самому крутому склону каньона и исчез там, где они пару часов назад оставили Руби. Вернувшись к тарелкам, она поймала на себе изучающий взгляд Холта. Выражение его лица оставалось по-прежнему холодным и мрачным. Он несколько секунд смотрел ей в глаза, а затем не спеша отвернулся.
– Спасибо, Диана, – с издевкой произнес он. – Я оценил.
И вновь окинул ее ледяным взглядом.
– Предполагается, что я должен быть благодарен тебе за вмешательство?
– Если бы не я, Гаю пришлось бы уехать, – возразила она. – Зачем вы угрожали ему увольнением? Это же просто ультиматум. И как, по вашему мнению, он должен был отреагировать? Он мог бы не сдержаться, а это для него равносильно самоубийству.
– Самоубийству? – Холт надменно вскинул бровь. – Если бы Гай больше не работал на ранчо, то и не жил бы там. Как долго бы продержался твой интерес к нему, если бы его не было рядом?
Рот Дианы приоткрылся от негодования.
– Ах, так вы, значит, намеренно провоцировали его?! – набросилась она на Холта. – Это просто издевательство!
– Ну, еще научи меня, как я должен обращаться с собственным сыном, – саркастически заметил Холт. – Что ж, может, тогда мне удастся заставить его плясать под свою дудку?
– Может, и удалось бы, если бы вы хоть немного понимали его.
– Как долго ты собираешься держать Гая на крючке, прежде чем перерезать леску? – насмешливо поинтересовался Холт.
– Я не играю с ним, – возразила Диана.
Он не обратил ни малейшего внимания на ее возражение и продолжал рассуждать:
– Когда ты перережешь ее, а ты обязательно это сделаешь, он упадет. Как я должен поступить? Ждать, когда тебе надоест играть с новой игрушкой и ты разобьешь ее, а мне оставишь собирать осколки? Нет уж, я сделаю все, чтобы остановить тебя.
– А что я могу? – возразила Диана. – Мне совсем не хотелось, чтобы Гай влюблялся в меня.
– Влюблялся? Ты – языческий божок, Диана. Он боготворит тебя. Он даже не осмеливается тебя любить. И разве ты сама не потворствовала его чувствам, когда соблазняла его?
– Неправда, я этого не делала.
– Но не станешь же ты утверждать, будто Гай соблазнил тебя. Он не осмелился бы даже прикоснуться к тебе без твоего позволения. Ты в любой момент могла остановить его одним словом. Гай никогда бы не применил к тебе силу. Почему ты этого не сделала?
– Я знала, что Гай хочет меня, но не подозревала, что он влюблен. Если бы я об этом догадывалась… – Диана в растерянности отвернулась. В горле ее стоял ком, мешавший говорить.
– Так почему ты занималась с ним любовью? – спросил он.
– Я пожалела его.
Не успели эти слова слететь с ее губ, как стальные пальцы Холта легли на ее плечо. Он резко повернул ее к себе. Диана увидела его разозленный взгляд, его искаженное гневом лицо.
– Ты пожалела его?! С какой стати?!
Все ее существо противилось его прикосновению. Результат нетрудно было предвидеть. Ее антипатия была такой же сильной, как в юности. В глазах Дианы бушевало пламя.
– Я пожалела бы всякого, кому достался такой отец! – Она вложила в ответ всю накопившуюся ненависть.
Теперь уже оба ее плеча попали в стальные капканы. Пальцы Холта грубо сжимали ее тело. Он притянул ее к себе, заставив приподняться на цыпочки. Она вцепилась руками в его вздувшиеся бицепсы, пытаясь оттолкнуть от себя. Его лицо было совсем близко, худое и суровое, первобытно жестокое и мужественное.
– Ах ты, злобная маленькая сучка. – Его голос был негромким и зловещим, как отдаленные раскаты грома. – Гай, конечно, считает тебя богиней, а ты просто слеплена из глины, грязной податливой глины, которую любой может мять, как хочет.
Сердце ее тревожно забилось. Резко повернувшись, Диана выскользнула из его рук, порвав при этом рукав блузки. Она стянула разорванную ткань, взглянув на него в упор широко раскрытыми глазами.
– Думаешь, Гай поверит, что на этот раз была моя очередь неловко упасть? – гневно спросила она.
Холт, ничего не отвечая, угрожающе шагнул вперед, и Диана отпрянула, пожалев, что намеренно разозлила его.
Диана бросилась бежать – не только-от него, но и от себя. Но не успела она сделать и десяти шагов, как Холт догнал ее. Диана попыталась вырваться, но, запнувшись о его ноги, потеряв равновесие, она повалилась на землю, увлекая за собой Холта.
Придавленная весом его тела, она отчаянно извивалась и выворачивалась, стараясь освободиться. Но Холт держал ее, пресекая все попытки выскользнуть из-под него. В поисках опоры пальцы Дианы отчаянно цеплялись за каменистую почву, но необыкновенная сила Холта не позволяла ей сдвинуться ни на сантиметр. Он перевернул ее на спину, и в этот момент она умудрилась бросить пригоршню песка ему в лицо, на мгновение ослепив безжалостного противника.
Но Холт пришел в себя прежде, чем Диана успела высвободиться из его железных объятий. Он крепко сжал пальцами ее запястья и вытянул руки девушки над головой, продолжая прижимать ее к земле веем своим телом. Диана видела, как Холт часто моргает и трясет головой, чтобы избавиться от последних попавших в глаза песчинок, но она не жалела о том, что сделала.
