по горло.
— Хорошо, госпожа Пак.
Поклонившись Джан Ди, выхожу из кабинета.
Но не успеваю спуститься, как меня тут же останавливает секретарь Сон. По её взволнованному виду понимаю, что на меня снова хотят повесить либо особо ответственную, либо особо бессмысленную работу. С ней по-другому не бывает.
— Су Джин, — произносит она, поправляя очки и едва удерживая в руках три толстые папки с документами. — Ты сейчас должен меня заменить, пока я не вернусь, — она кивает на свою стойку. — Мне срочно нужно сбегать к юристам, потом забежать в экономический отдел, плюс звонили…
— Я вас понял, — чтобы не засорять память всем её маршрутом по лабиринтам этого прекрасного здания, перебиваю её и с готовностью соглашаюсь на просьбу.
— Так, — она собирается с мыслями и перехватывает поудобней одну из папок. — И ещё проследи, чтобы никто не входил в кабинет, пока Джан Ди работает. Если кто-то перешагнёт порог её кабинета, она нам головы оторвёт. Госпожа Пак строго-настрого запретила кого-либо впускать.
— Но я только что оттуда, — обернувшись в сторону двери, констатирую факт.
Чжи Юн кривит губы.
— Это была вынужденная мера. Если она в таком состоянии ещё без своего любимого кофе останется, то… — секретарь замолкает, поджимает губы и сглатывает. — В общем, в гневе она очень страшна. Так что, пока меня не будет кто бы то ни был — не впускать ни в коем случае!
На последней фразе она делает особый акцент.
— Всё понял, готов приступать, — отвечаю девушке и даю понять, что действительно всё понял.
Задание по обороне входа от вторжения любого рода противников, я проходил ещё в свой первый рабочий день. И если новой драмы не случится, то его можно посчитать как временем, которое я могу потратить лично для себя.
Оставшись в зоне своей ответственности, обхожу стойку и сажусь на место секретаря.
[Десять минут спустя]
Пока в офисе продолжала царить рабочая атмосфера, я, вставив наушник в одно ухо, прослушивал новую мелодию, которую подготовил и записал накануне.
Эту песню знал практически каждый в моём мире, и я вполне мог её кому-то продать, но… Меня же, чёрт подери, айдолом сделали. Нет, всегда оставалась потенциальная возможность, что эти глупцы одумаются. Но что, если нет?
Меня же и взаправду могут, придав ускорению, забросить на сцену. А там, что делать? Выступать с песнями, сочинёнными четырьмя парнями трудноопределимого возраста?
— Перспектива очень сомнительная, да и удовольствия никакого, — полушёпотом проговорил я, размышляя вслух.
Так что рассматривать теперь нужно не только то, что я могу продать, но и то, что потенциально смог бы исполнить.
Внезапно что-то изменилось на уровне внутренних ощущений, а рабочий гул на несколько тонов убавил громкость. Кажется, что даже принтеры стали как-то реже пищать, отчего я стал слышать особо отчетливые шаги.
Поднимаю голову и вижу мужчину лет пятидесяти, который направляется прямо в мою сторону. Серьёзный взгляд, целеустремленная походка. По тому как он держался, а главное — как на него реагировали, сразу понимаю, что он с верхних этажей. Явно не менеджер среднего звена.
Моя догадка ещё раз подтверждается, когда я замечаю застывшего посреди офиса руководителя Пхэ. Его ошарашенный взгляд направлен в сторону моей стойки и прикован к незнакомцу. От волнения руководитель аж взбодрился и выпрямился, словно опоссум, заметивший пролетающую хищную птицу.
«Все ясно», — делаю мысленную оценку ситуации и прихожу к единственно-возможному выводу. — «Чжи Юн это как-то специально делает!»
Понимая, что свою задачу по героической обороне стратегического прохода, всё равно придется повторить, поднимаюсь со своего места. И когда мужчина уже вплотную подходит ко входу в кабинет, делаю первую атаку в сторону нападающего — глубоко кланяюсь и произношу:
— Прошу прощения, но госпожа Пак просила никого к себе не пускать. И без предварительной записи я должен уточнить у руководства возможность встречи. Могу я узнать, как именно вас представить?
Мужчина, услышав мой голос, застывает на месте, уже протянув свою руку к дверной ручке. Затем он оборачивается в мою сторону и сводит вместе брови.
Руководитель Пхэ, который уже с блаженной и натянутой улыбкой, упругой походкой мчался в нашу сторону, тут же останавливается, а после, ещё больше побледнев, разворачивается на сто восемьдесят градусов и быстро ретируется в сторону своего места.
Впрочем, его поведение не было таким уж удивительным.
Ведь после моей фразы в части офиса, где находился кабинет Джан Ди и логистический отдел, стало невыносимо тихо. Словно все притаились так, будто сейчас вот-вот начнётся нечто невообразимое.
Я же спокойно стоял перед незнакомцем и выжидал его ответ. Он, в свою очередь, несколько секунд посверлил меня холодным взглядом, потом в его глазах блеснула задумчивость, а затем я и вовсе заметил в них интерес.
Наконец, он кивнул мне.
— Ладно, — произносит он с интонацией, подразумевающей нечто большее, чем слова. — Скажи ей, что к ней пришел Пак Дон Хо.
— Секунду, — наклонившись, я нажимаю кнопку интеркома, и оттуда моментально доносится раздражённый голос Джан Ди.
— Чего тебе?
— Госпожа, с вами хочет встретиться господин…
— Да хоть премьер-министр! — перебивает она в гневе. — Я сказала, чтобы ко мне никого не пускали!
Вызов резко обрывается. Я оборачиваюсь обратно к посетителю с извиняющейся улыбкой.
— Простите, но ничем не могу помочь.
Краем глаза я замечаю, что сотрудники отдела логистики совсем вжались в свои кресла, а моя соседка стала подталкивать себя каблуками, отъезжая понемногу от места, где я обычно сижу.
А вот по уничижительному взгляду мужчины, я понял, что всякий интерес к дальнейшему диалогу у него пропал. И классика жанра намекала, что пришло время для той самой сцены под названием: «Да ты хоть знаешь, кто я?»
— Мальчик… — начал он тоном, не предвещающим ничего хорошего.
— Господин Пак, — вежливо перебиваю я, — Давайте мы не будем устраивать сцен. Все мы здесь взрослые люди, и вы должны понимать, что я всего лишь исполняю свою работу.
Драма драмой, но здравый смысл ведь должен быть у людей?
Ладно в первый раз я столкнулся со сравнительно молодым придурком, но этому-то куда? Своими словами я косвенно и пытался ему намекнуть, что ему, банально, не по статусу стоять тут и что-то доказывать обычному парню на месте секретаря.
И я не ошибся.
Пак Дон Хо окидывает меня оценивающим взглядом и, чуть усмехнувшись, делает шаг в сторону. Он достаёт из
