тихо произносит профессор. — Это… глупости. Идите, развлекайтесь. Танцуйте.
Роберт ухмыляется — почти хищно. В его взгляде нет сомнений. Он делает еще шаг, сокращая расстояние с Динарой. Он вошел в роль инквизитора. И назад пути не будет. Его рука поднимается и ложится профессору на затылок.
– Ты что творишь? – начинает она, но тут же замолкает.
Жест Роберта почти нежный, но я-то знаю, как знают и все, знакомые с инквизиторами – ничего нежного в допросах нет. Они болезненны и вскрывают душу. Роб запускает ментальную магию. Динара вздрагивает, губы ее дрожат.
— Как… это возможно?.. – шепчет она. – Роб, ты же простой…
– Инквизитор, – заканчивает Роберт за нее и погружается в чтение мыслей.
Но тело Динары обмякает, глаза закатываются, и Роберт еле успевает подхватить ее, не дав упасть.
Она теряет сознание прямо у Роба на руках.
– Допрос пошел не по плану, – говорит Роберт, встречаясь со мной взглядами.
– Она в порядке?
– Да, – кивает. – Наверное.
– Что ты сделал?
– Ничего. Только начал мысли читать. И, кое-что странное.
– Что же?
– Она думала обо мне.
– Что это значит?
– Думала о том, как же сильно я изменился и что-то вроде того. Думала о том, что в тот день, когда мы с тобой встретились, в Академии инквизитором был я. Она только сейчас это поняла.
Вспоминаю как Роб читал мысли Динары, и как она не узнала в инквизиторе своего ученика.
– Но она из будущего, – говорю я. – Этого нельзя отрицать.
– Из будущего. Точно.
Роберт берет Динару на руки, легко, как пушинку, но сам глаз не сводит с меня.
– Надо бы перенести ее в местечко потише, – говорит Роб. – Разберемся, когда придет в себя.
Это верно. Вот только попробуй похить профессора в разгар бала-маскарада. Оглядываюсь, вроде никто не следит.
– Ну ладно, – пожимаю плечами. – Где мы ее спрячем?
Глава 35
Академия пуста, все в зале празднуют маскарад, а мы тащим уже связанную Динару по коридорам. Я до сих пор не верю, что это она. Моя Динара. Профессор, к которому я обращалась за советом. Та, кому я доверяла. Теперь она предательница, почти моя убийца. Может, есть хоть шанс, что мы ошиблись? Может… Я должна с ней поговорить, должна услышать все от нее самой.
Я злюсь. На нее. На себя. На этот мир.
Лицо Роберта серьезное, напряженное, а во взгляде читается уверенность. Мы сворачиваем за угол. Попробуй спрячь преподавателя в Академии!
– В коморке за актовым залом, – говорит Роб. – Туда никто не сунется искать.
– Но шум…
– Поставим водный барьер против шума. Ее никто не услышит.
– Есть в этом что-то… Жестокое.
– Диана.
– А что? Это же Динара. Это профессор, благодаря которой мы знаем о порталах все. Она столько нам дала, и теперь…
– Ты проверила ее карманы? – спрашивает Роб.
– Ты меня вообще слушаешь?!
– Проверяй карманы. Если она припрятала портальный камень, то быстро смоется, уж поверь мне.
Проклятье. Лезу в карманы, и правда. Один портальный камушек, второй, третий, четвертый… Переглядываемся с Робертом.
– Предательство это больно, – говорит он. – Но нельзя быть легкомысленными.
Фыркаю. Зато ты вон какой нелегкомысленный!
Мы снова сворачиваем, на этот раз к лестнице, и вдруг я слышу шаги. Быстрые и шаркающие они звучат эхом в ночной Академии. Скорее вжимаюсь в холодную колонну, стараясь слиться с камнем. Роб делает то же самое. И мы видим его. Малыша. Смешного лаборанта, который бегал за ректором Говоруном, неудачника без магии, который намеревается перевернуть и разрушить весь мир. Затаив дыхание наблюдаем. Серый плащ до пола, котомка на плече. Шаг быстрый. Губы сжаты в линию, взгляд сосредоточен. Он идет так, будто уже несет в себе конец света.
– Что с ним? – шепчу я. – Разве он не должен начать свои дела только через два года?
– Я не знаю.
Роб да не знает? Я стискиваю зубы. Гнев захлестывает меня, жаром поднимается к лицу. Этот «Малыш» едва не уничтожил нас всех в прошлой жизни, мы спаслись чудом и то не все. До сих пор во мне живет то чувство страха, и вот теперь все повторяется, но слишком рано.
– Что-то изменилось, – шепчу я. – Все не так, как было раньше.
Малыш идет к выходу.
Я прикусываю губу так сильно, что чувствую кровь. Все во мне хочет выскочить из-за колонны и кинуться на него, разорвать его собственными руками, отомстить сейчас, пока не стало слишком поздно. Но держусь, мы должны быть умнее.
— Сначала Динара, — говорит Роб. — Потом он.
Но у нас нет времени взламывать вход в коморку за актовым залом. Нет времени бежать туда.
– В мою комнату, – говорю быстрее, чем успеваю все обдумать. – Спрячем ее там.
– Уверена?
– Она связана. И без портальных камней. Динара не сбежит.
Роб треплет волосы, качает головой.
– Да я не о ней думаю, – признается он, – твоя соседка! Вот Шарлотта удивится, когда заявится после ночи и обнаружит на соседней койке профессора.
– О, поверь мне, – ухмыляюсь я. – Шарлотта сегодня ночью не вернется. Она танцует с Заком, а эти двое… Поверь, просто поверь. А, если вернется, то точно не раньше нас.
Роб кивает, доверяя. Наконец мы тащим Динару в мою комнату, распахиваем дверь и бросаем профессора ко мне на кровать, и накрываем одеялом – на случай, если кто-то все же зайдет, возможно, случайно. Связана крепко, если проснется – не сбежит.
– Пора, – Роб берет меня за руку.
Мы выходим, и дверь за спиной щелкает. И снова тишина коридоров. Мертвая, вязкая. Кажется, стены дышат. И в дали тихо-тихо доносятся шаги.
– Мы успеваем, – говорит Роб. – Я слышу его.
Я стискиваю кулаки. Мы не имеем права упустить Малыша. Надо остановить его раньше, чем он вырастет. Остановить раньше, чем он начнет осуществление своей миссии. Но это так странно, ведь день Иллюзорной Кометы, в который он попытается уничтожить магию, случится только через три года… Зачем Малышу что-то предпринимать уже сейчас? Да, ему нужно время на подготовку, но не столько же…
Все так странно и непонятно, это же прошлое, прошлое должно повторяться, если только в него
