рыбацких лодок. Над ними в лучах утреннего солнца сверкает памятник итальянским морякам, воздвигнутый между Первой и Второй мировыми войнами. Дойдя до конца мощенной булыжником улицы, я нахожу торговый порт. Как и военный, он находится за забором и охраняется.
Пулеметов, слава богу, не видно. Рыболовецкие суда пришвартованы вперемежку с роскошными яхтами, на борту некоторых виднеются бассейны, а на одной – даже вертолетная площадка.
«Иса Минали» стоит за ограждением, и я не смогу попасть на корабль, пока не пройду паспортный контроль. Как и в случае с чужой кредиткой, мое сердце уходит в пятки. Сейчас пограничник потребует показать визу. Ничего подобного! Он проштамповывает паспорт, желает мне buon viaggio и подзывает следующего пассажира. Ура! Я на пути в Египет!
Капитан «Иса Минали» представляется как Джузеппе. Непонятно, имя это или фамилия. По его словам, с учетом благоприятных погодных условий мы подойдем к Суэцкому каналу меньше чем за два дня. Он также сообщает, что вайфая на борту нет. Мысль остаться без связи изрядно нервирует, но выбора нет, и член экипажа по имени Иоахим проводит меня в крошечную каюту, стены которой покрыты изморозью. Я выражаю искреннее удивление.
– У нас рефрижераторное судно, – поясняет Иоахим. – Все каюты по эту сторону граничат с морозилкой.
Он уходит, подмигнув напоследок и предложив согреть меня в любое время; ловить его на слове я не намерена. Бросив рюкзак на койку с тощим поролоновым матрасиком, я запираю каюту и выхожу на палубу – как раз вовремя, чтобы бросить прощальный взгляд на прекрасный Бриндизи, первую контрольную точку в моем путешествии, где все прошло гладко. Надеюсь, не последнюю.
Я провожу почти весь день на палубе, стараясь не путаться под ногами у моряков и снимая сверкающее Средиземное море для инстаграма. Никогда в жизни не видела столько оттенков синего цвета!
Когда начинает темнеть, я нахожу укромное местечко и читаю письма. Томми рассказывает, как Фрэнк Винал приходил за первой арендной платой. Когда Мерв выразил удивление, что за деньгами пришел сам Винал, а не его «племянник», тот обиженно ответил, что Доминик неизвестно зачем отправился в дурацкую бессмысленную погоню за химерами. Когда Мерв удивился совпадению и признался, что я тоже подалась в бега, противники начали сравнивать информацию. Винал побелел от злости, убежденный, что Доминик пошел в «Экслибрис» специально, чтобы пренебречь своими семейными обязанностями. Он громко пожаловался на мое дурное влияние и вышел, хлопнув дверью.
Ни на секунду не задумавшись, я пишу Томми как можно более обнадеживающее письмо, упирая на то, что я, разумеется, не имею никакого влияния на племянника Винала, дважды нажимаю кнопку «отправить» и лишь тогда вспоминаю, что на судне нет вайфая. Я смогу отправить письмо только через два дня.
Подавив разочарование, я перехожу ко второму письму – от ассистентки Терезы Пауэлл. В ответ на мой вопрос, что они собираются делать с перепутанными бумагами, та раздраженно сообщает, что перед прохождением таможни в Порт-Саиде я должна связаться с господином (господином!) Мэдисоном, поскольку прислать другие визы они не успеют.
Учитывая, что все время своего пребывания в Бриндизи я безуспешно искала господина Мэдисона, мне это совсем не нравится. Поскольку я не могу ответить ни на одно письмо, я закрываю крышку ноутбука. Остается только любоваться закатом. Пахнет морем, свежестью и чуточку рыбой, что совсем не напрягает. Мне следует наслаждаться каждой минутой – я сижу на солнышке впервые за много недель, даже месяцев – зима в Нью-Йорке выдалась затяжная, – только меня терзает подозрение, что Доминик Мэдисон смылся и выбросил мои визы в Средиземное море.
Тяжело вздохнув, я решаю вернуться в каюту и собрать до кучи проспекты о круизном лайнере для работы над следующим отчетом.
Спускаясь по железным ступенькам в утробу корабля, я замечаю, что рыбный дух усилился, а когда подхожу к своей каюте, мимо пробегают несколько матросов. Иоахим с двумя гаечными ключами в руках кричит мне на бегу, что накрылась морозильная камера в одном из трюмов.
– Зато у тебя стена разморозилась, – ободряюще бросает он и убегает.
После этого мои приоритеты меняются. Остаток круиза я провожу в тщетных попытках избавиться от запаха рыбы. В каюте совершенно невозможно находиться, и я с помощью Иоахима перетаскиваю свою постель в укромный уголок на палубе, где писала письма. Не могу назвать это идеальным местом для жизни, но оно хотя бы защищено от ветра, и воздух здесь немного свежее, чем в других частях смердящего корабля.
Следующая контрольная точка – порт Суэц. Отгоняя мысли о Доминике и запахе гниющей рыбы, я убиваю время, расписывая все прелести пересечения Средиземного моря на борту «Бриллиантовой императрицы». Меня ничуть не мучает совесть, что я в глаза не видела этого совершенства. Главное – победить Доминика.
Ночью, лежа в уголке на палубе под кучей одеял, я вытаскиваю из чемодана томик Жюля Верна. Учитывая обстоятельства, он неплохо сохранился. Я достаю спрятанные между страниц наклейки, купленные в каждой стране, и, повинуясь внезапному импульсу, приклеиваю их на чемодан. Оранжевый и зеленый цвета итальянского триколора добавляют разнообразия красно-бело-синим Юнион Джеку и французскому флагу.
Старая наклейка, похожая на автомобильный номер Аляски, тоже здесь, но я стараюсь на нее не смотреть. Провожу пальцами по контурам флагов. Пройдено три страны, а сколько еще осталось! От этой мысли тревожно сжимается сердце. Я заметила, что в темноте найти Новую Роми всегда труднее, чем при свете дня.
«Иса Минали» скользит мимо турецкого берега в постепенно теплеющей звездной тьме. Чтобы успокоиться, я сажусь и принимаюсь за письмо дядюшкам. Отправлю, как только доберусь до Египта.
Глава 25
Снимок: Труба теплохода «Иса Минали»
Инстаграм: Роми_К [Порт-Саид, Египет, 1 апреля]
#ВтороеМореПозади #АпрельскаяДурочка
85 ♥
Весна в Средиземном море в этом году мягкая, и наш зловонный корабль пересекает спокойные воды в рекордно короткий срок. А еще… готовясь к выходу, я неожиданно для себя замечаю, что мои волосы выглядят лучше, чем когда-либо: мягкие волны вместо вечно торчащих во все стороны косм, и в них даже появились высветленные солнцем блики. Не зря я просидела два дня на палубе. Тем не менее меня крайне воодушевляет перспектива покинуть провонявшее рыбой нутро «Исы Минали», и я слетаю по трапу, как на крыльях.
Вслед за воображаемым Филеасом Фоггом я прибываю в Порт-Саид, египетский город на средиземноморской стороне Суэцкого канала. Я торопливо семеню по причалу, вдыхая благоухающий смолой и бензином соленый воздух, от которого немножко щиплет глаза.
Египет
