Спокойно, с расстановкой тренер толковал игроку о сути «Спартака», о том, сколько значит команда в жизни простых людей. И в конце сказал буквально следующее: «Ты можешь обидеться на Симоняна, на меня. Но пойми: Симонян и Старостин — это еще не весь «Спартак». «Спартак» — это значительно больше и глубже».
В итоге на следующее утро Ловчев взял вещи и поехал на тренировку в Тарасовку.
А тот Кубок СССР в 1971 году «Спартак» все-таки выиграл. В финале он играл с ростовским СКА. Тот матч выдался тяжелым для «Спартака». Проигрывая 1:2, спартаковцы смогли отыграться лишь на последней минуте (Геннадий Логофет). Матч закончился со счетом 2:2, что означало переигровку. Во втором матче «Спартак» одержал победу (1:0), став обладателем Кубка СССР 1971 года.
А вот в розыгрыше Кубка УЕФА со «Спартаком» случилась иная история. Начали они хорошо: в одной тридцать второй финала по сумме двух матчей переиграли чехословацкий клуб ВВС. Но в следующем раунде соперником «Спартака» стала португальская «Виктория», с которой он сначала сыграл вничью 0:0, а потом уступил с разгромным счетом 0:4. И вылетел из розыгрыша Кубка УЕФА.
По словам Е. Ловчева:
«Выигрывали мы в основном на эмоциях. Но я уже тогда чувствовал: из команды уходит дружба. Проверку на прочность поражениями мы не выдержали: каждый искал причины неудач в партнерах, а не в себе. Ну а в декабре 1971 года «Спартак» фактически развалился. Каким образом? Не секрет, что в то время многие советские футболисты подрабатывали тем, что продавали привезенные из-за рубежа вещи. Если в динамовских и армейских командах игрокам доплачивали за звание, если во многих профсоюзных командах тоже ухитрялись находить источники дополнительного финансирования, то в «Спартаке» была только ставка да премиальные. Вот почему поездки на матчи за границу были такими желанными. И вокруг многих ребят здесь, в Союзе, уже крутился целый рой фарцовщиков. Они скупали оптом привезенный дефицит и не без выгоды перепродавали его дальше. Например, был хороший бизнес на грампластинках. За границей, особенно в Южной Америке, они стоили дешево — доллара три, а в Москве их можно было продать меломанам за 50 рублей и дороже. Что везли? Грампластинки Битлов, быстро ставшей популярной рок-группы Uriah Heep, Джими Хендрикса… Для себя большинство ребят привозило Тома Джонса. Товар номер два в мои игроцкие годы — мохер, пряжа такая. В Союзе в те годы она была чрезвычайно дефицитной.
Вот каким был наш бизнес-план. В Москве покупали доллары (он стоил четыре рубля, а в долларе было пять франков), в Париже меняли их на франки, затем на местной фабрике покупали мохер по цене один франк за моток, а в Москве сдавали оптом моток по 15 рублей, и за доллар выручали, получается, уже 75 рублей. Запутались в обмене валют? А у нас от зубов все эти подсчеты отскакивали! А ведь калькуляторов в те годы не было…
Со шмотками я не связывался, а пластинки иногда привозил. Но после 1972 года, когда меня признали лучшим футболистом страны, оставил это дело. Не хотел, чтобы трепали мое имя…»
Так называемый «мохеровый скандал» случился 7 декабря 1971 года. Именно в тот день «Спартак» вернулся в Москву из Парижа, где проводил серию товарищеских матчей. Некоторые спартаковцы решили совместить служебную командировку с нелегальным бизнесом и накупили в Париже мохера, чтобы на родине выгодно его продать. Судя по всему, спартаковцы делали так неоднократно и всегда подобное сходило им с рук (власти прекрасно были осведомлены о подобной практике и предпочитали закрывать на нее глаза). Однако периодически спекулянтов все-таки «трясли», дабы те не слишком «зарывались». Судя по всему, именно это и произошло в декабре 1971-го.
В Париже футболисты жили в гостинице вместе с музыкантами ансамбля под управлением Игоря Моисеева, и, вполне вероятно, именно кто-то из музыкантов донес на футболистов куда следует. В итоге на шереметьевской таможне спортсменам был устроен осмотр багажа с особым пристрастием. Первым вскрыли чемодан двадцатитрехлетнего хавбека Василия Калинова, а там мохеровые мотки были так плотно набиты, что они аж повылетали на пол. Та же картина обнаружилась и в чемоданах других футболистов.
В итоге скандал вышел грандиозный: в Спорткомитете решили не спускать это дело на тормозах и устроить выволочку по первому разряду. Было собрано партийное собрание, на котором провинившихся футболистов заставили дать объяснение своему вопиющему поступку. Все начали каяться, юлить (мол, везли мохер женам, сестрам и т. д.), и только Калинов, простая душа, не стал лукавить и выложил как на духу: «Скоро же отпуск, деньги нужны будут, вот и хотел подзаработать…» В итоге его сделали невыездным, а через год он и вовсе вынужден был покинуть команду.
Позже будут ходить слухи, что инициаторами этого скандала были люди из московского спортобщества «Динамо», которые имели большой зуб на «Спартак». Якобы в прошедшем чемпионате СССР по футболу судьи специально засуживали столичное «Динамо» и таким образом отняли у него 7 очков, из-за чего команда не попала в тройку призеров. А поскольку в Федерации футбола СССР тогда было засилье спартаковцев и они могли влиять на судей, динамовцы именно красно-белых обвинили в своих бедах. И в декабре с лихвой отыгрались на них, разыграв «мохеровый скандал».
Итак, в сезоне-71 «Спартак» занял 6-е место, а год спустя — и вовсе провальное 11-е. Почему же это произошло? В начале того сезона из команды ушли сразу 11 футболистов, а на их место были приглашены новые игроки, среди которых было очень много молодых воспитанников клуба. Увы, но заиграть слаженно им не удалось, в результате «Спартак» вступил в полосу поражений, как дома, так и на выезде. Отсюда и такой удручающий результат, который у «Спартака» еще ни разу не случался. Правда, Евгений Ловчев именно в 1972 году был назван лучшим футболистом СССР.
Между тем у «Спартака» был шанс реабилитироваться в Кубке СССР. Он дошел до финала, где встретился с московским «Торпедо». Игра была упорной. Основное время матча закончилось вничью 1:1, после чего были назначены пенальти. Здесь удачливее были автозаводцы — 5:1. Короче, очередное поражение.
И все же спартаковцы сумели порадовать своих болельщиков в играх на Кубок кубков. Красно-белые прошли голландский клуб «АДО Ден Хааг» и испанский «Атлетико», но в четвертьфинале уступили итальянскому «Милану» (0:1 и 1:1). Однако победа над испанцами и равная игра с итальянскими футболистами были достойными результатами для москвичей.
В 1973 году в чемпионате СССР красно-белые сумели рвануть вверх. В том сезоне в регламент чемпионата были внесены изменения — отменили ничьи. Команды, сыгравшие матч вничью, должны были пробить серию пенальти, победителю в которой начислялось 1 очко, а проигравшему 0. Это придало чемпионату дополнительную интригу. А Ловчева довело до… скандала. Впрочем, расскажем обо всем по порядку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
