с земли лук и поморщилась: – И я вам не детишка, дядечка. Я дочь магистра ордена Золотой лилии.
– Терпеть не могу детей, – фыркнул гном. – Ты сначала держать лук научись, а уж опосля пугай.
Карла обиженно отбросила лук, отметив про себя, что она, похоже, терпеть не может гномов. Так сказать, взаимно.
– Вижу, вы уже познакомились с причиной нашей бессонной ночи, – произнесла выбравшаяся из норы Слава. – Вот и он, наш монстр древосос.
– Мы будем его жарить? – мстительно уточнила Карла.
Со стороны зарослей, повизгивая от счастья, уже неслась Карина.
– Оно спасено! – восклицала она на бегу. Дерево больше не чувствует боли. Ой, а это кто?..
Она как вкопанная затормозила перед гномом и прищурилась.
– Идем в лагерь, по дороге расскажу, – решила Слава. – Не будем терять зря времени. Нам еще магистра спасать, а мы тут мелочевкой занимаемся.
– Это кто тут мелочевка? – обиделся гном. – Меня, Тиврила Дорхена, еще никто так не унижал! И кто? Какая-та малявка… Тебе, поди, и пятидесяти лет еще не исполнилось, а туда же, учить старших.
– Простите, Тиврил, – покаялась Слава. – Я не собиралась вас обидеть, а говорила о самой ситуации. Понять не могу, почему эльфийки сами не догадались до такого простого ответа. Все же элементарно: поврежденные корни заставляют дерево медленно и мучительно засыхать. Не надо быть избранной, чтобы определить это.
Глава 32
Эти и другие вопросы решили обсудить на собрании эльфиек. Ночном и сверхсрочном. Слава, как почетный гость, присутствовала, а заодно присматривала за Тиврилом, точнее, охраняла его от взбешенных дамочек. Услышав, из-за чего именно погибают карицветы, эльфийки едва не разорвали его на сотню маленьких гномиков. И лишь заявление Славы заставило их слегка поостыть и успокоиться.
– Я привела сюда Тиврила не как пленника, а как помощника! – выкрикнула она, загораживая гнома. – Чтобы он лично объяснил происходящее. Я привела его сюда, я и верну – в целости и безопасности. Прежде чем нападать на него, выслушайте.
Виления дала знак подружкам и напарницам успокоиться и рассесться по местам. Огромный полыхающий костер освещал напряженные лица эльфиек, кое-кто из них еще не смыл боевой раскрас. Глядя на них, Тиврил нервно сглотнул, но, поддерживаемый Славой, нерешительно начал:
– Мы, гномы, устроили разработки глубоко под землей, только в этом месте есть особый металл, годный на дальнострельные наконечники. Которые вы же у нас и покупаете.
– Почему вы не сказали, что ради добычи вам приходится губить карицветы?! – выкрикнула со своего места Виления.
Другие эльфийки ее горячо поддержали.
– Так откуда нам знать, что за деревья растут наверху? – гном развел узловатыми руками и тряхнул бородой. – Мы не выходим наружу, вы это знаете. Для нас корни лишь досадное препятствие на пути к ценной руде.
– Как ты смеешь?! – взвыли из толпы
– Карицветы – священные деревья!
Эльфийки снова были близки к нападению. Одного они не хотели понять, что отчасти сами виновны в случившемся.
– Кажется, этого гнома все же будут жарить, – сказала Карла, нащупав руку Карины и крепко сжав.
Девочек, разумеется, отправили спать сразу после того, как они вернулись с ночной прогулки. Но разве может идти речь об отдыхе, когда рядом творится такое? Девочки не могли пропустить самое интересное и банально подсматривали, притаившись в кустах.
Слава украдкой показала им кулак, но даже это не заставило озорниц вернуться в кровати.
– Остановитесь! – она подняла руку, призывая эльфиек к тишине. – Гномы действительно не могли знать о карицветах, если вы им о них не рассказывали. Скажу больше: ни в одной книге магов Гротеции нет упоминания об этих живых камнях.
– Получается, мы сами виноваты в том, что гибли священные деревья? – упавшим голосом переспросила Виления. – Но ведь мы тоже не знали, какой глубины достигают их корни. Священные карицветы никогда не рубили и не вытаскивали из земли.
– Обе стороны причастны, но обе невиновны, – рассудила Слава. – А вывод только один: вам придется отказаться от скорострельных наконечников ради сохранения священных деревьев.
Возникла неловкая пауза. Эльфийки переглядывались, и лица их были испуганы. Слава об их меткости разнеслась далеко за пределы леса. Что будет, когда другие узнают, что они лишились главного оружия? Обычные наконечники не заменят те, что поставляли гномы.
– Мы не вмешиваемся в жизнь других существ, но меняем продукты у эльфов на наконечники, – подал голос Тиврил. – Конечно, многое мы покупаем в обмен у магов, но у них нет таких фруктов и целебных кореньев, которые произрастают только в этом лесу. Без них наши лекари не смогут вылечить даже обыкновенную простуду. Это катастрофа…
Схватившись за голову, он уселся прямо на землю и стал раскачиваться из стороны в сторону, видимо, представляя, как принесет дурную весть сородичам. Да за такое его точно поджарят.
– Подождите, – вмешалась Слава. – Это еще не конец, всегда можно найти выход.
– Какой? – обреченно спросила Виления. – Без своих луков мы никто. Не гордые эльфийки, а кучка девчонок с игрушечными луками.
– А что, если бы у вас было оружие, превосходящее луки по дальнострельности? – осторожно поинтересовалась Слава.
Тиврил весь обратился в слух, даже раскачиваться перестал.
– Предлагаешь нам покупать оружие у магов? – поморщилась Виления. – Это исключено. У нас нет собственных даров, а пользоваться чужим мы не станем.
Карла с Кариной одновременно подались вперед и едва не вывалились из кустов. Но этого никто не заметил, никто, кроме Славы, отправившей им грозный взгляд.
– Хочу предложить оружие из своего мира, – проговорила она, вводя и без того ошарашенных эльфиек в полнейший транс. – Думаю, гномы легко справятся с его изготовлением. Но я помогу вам только при одном условии: вы поклянетесь карицветами, что станете использовать оружие только для
