из четверых таких же ублюдков — мерзко ухмыляющихся и нахальными взглядами оценивающих меня. Две девчонки, два парня.
— Ты мне что-то сказал? — спросил я, позволив уголкам губ слегка дрогнуть в снисходительной улыбке.
— Да, сказал. Я спросил, — патлатый на несколько шагов сократил расстояние между нами, — трахал ли твою свою мачеху перед тем, как задушить ее?
— Лия ведь говорила, что она умерла от удушья, да? — спросила одна из девчонок.
— Вы, значит, дружите с Лией, а сейчас за ее спиной поливаете грязью ее мать? — спросил я с вызовом.
— Дружим? С нищебродкой этой, которая ноги раздвигает перед каждым вторым? Да мы же в своем еще уме! — хохотнул патлатый. — А тебя тоже, как и твою сестрицу, отыметь можно за пару побрякушек, а, Ульберг?
— А ты по мальчикам у нас, что ли? — спросил я, продолжая улыбаться. — Извини, братан, тут я тебе не помощник.
— Ты у нас не лишен остроумия, а? А против этого твое остроумие поможет?
Патлатый взмахнул в мою сторону рукой, из которой вырвалась мощная струя ледяной воды, окатившей меня с головы до ног. Я не успел увернуться — и сейчас был просто в бешенстве. Надо проучить гниду!
— Давай гаси его, Оддмар, гаси! — улюлюкая, загоготали дружки моего противника.
Мелкий ублюдок метнул в меня очередную струю. А дальше за долю секунды произошло невероятное. Я впился взглядом в летящий меня небольшой водопад, и уже в следующее мгновение он под воздействием моей силы летел обратно в свой живой источник — только немного ниже и правее.
— Ах ты, мразь! Ты что наделал, сукин сын⁈ — завопил патлатый, тряся обожженной рукой.
Я довольно улыбнулся. Хорошая штука — эта алхимия. Особенно если умеешь ею пользоваться.
— Ну все, крышка тебе, Ульберг! — прошипела одна из девиц, пытаясь прожечь на моем лице дырку под своим гневным взглядом.
Как по мановению руки, откуда ни возьмись неподалеку от нас материализовалась… училка, судя по всему. Она быстрыми шагами приближалась к нам. Кажется, я даже с такого расстояния и даже сквозь стекла ее очков вижу яростно сверкающие глаза. Все, сейчас будет вершить над нами правосудие.
— Что здесь происходит⁈ — Училка сразу включила ультразвук. — Вы что вытворяете?
Это была совсем молодая еще девица, только строгий костюм, пучок на голове и очки прибавляли ей несколько лишних лет.
— Ульберг напал на Оддмара! — тут же поспешила ответить та девица, которая яростно шипела на меня минуту назад.
— Этот молодой человек метнул в меня своей магией, — поправил я спокойно. — Мне пришлось защищаться.
— К ректору! Немедленно!
Капец, блин! Вернулся, называется, в магазин бизнес свой делать!
* * *
Оддмар Тофт оказался сыном богатых родителей, неплохо спонсировавших академию. Но у них не было титула — а у меня был. Это мне и помогло.
Ректор удивился, повторно увидев меня в своем кабинете. Когда узнал, в чем дело — провел беседу. С каждым по отдельности. И когда он говорил со мной, ясно дал понять, что Оддмар Тофт не их тех, к кому он питает симпатию. В общем, нелепая потасовка с мелким ублюдком завершилась для меня весьма удачно.
Тофт, я слышал, сидя в приемной и ожидая своей очереди говорить с директором, вопил о своей обожженной руке и требовал какой-то там компенсации, но господин Нибо напомнил ему, что я — барон. Незнатному тягаться с аристократом, пусть даже и нищим — гиблое дело.
Когда я говорил с директором, заминка вышла только по одному поводу:
— Как вы можете объяснить ожог господина Тофта? — спросил Нибо.
— А как я должен его объяснять? — состроил я удивленную гримасу.
— Оддмар утверждает, что струя, которую он выпустил на вас, была холодной.
— Понятия не имею, я ведь не маг воды, — пожал я плечами. — Возможно, господин Тофт ошибся, а возможно, он решил все выставить в выгодном для себя свете…
— Вы ведь телекинетик, верно, Аксель?
— Насколько мне известно, да. По крайней мере, в других направлениях мой дар как будто бы не пробудился…
Директор с минуту подозрительно смотрел на меня, но, наконец, улыбнулся и отпустил.
В магазин я приехал лишь около полудня. Продал несколько «кирпичей». Вечером, незадолго до закрытия, висюльки над дверью снова тренькнули, и вошел Ларсен. Кстати, он был из незнатных богачей.
— Рад вас видеть, господин Ларсен, — приветствовал я его, как давнего товарища.
— У меня к вам странная просьба будет, господин Ульберг… — Мужчина замялся, но затем уверенно продолжил: — Могу ли я здесь у вас посидеть маленько, выпить? Дома супруга всю плешь проела, что много пью. Мочи нет терпеть целый вечер ее причитания, пилит и пилит, пилит и пилит, вздорная баба…
— Конечно, господин Ларсен, вы можете здесь побыть. Мне все равно скоро закрывать магазин, почему бы не сделать это на пол часика раньше. Сейчас я разведу вино и принесу вам…
— Вы не против, если я спущусь с вами в подвал? Мне было бы любопытно взглянуть, как у вас там все устроено?
Я задумался. Одного из клиентов в подвал? Сомнительная затея. С другой стороны, что в этом такого ужасного? Подвал и подвал — ничего особенного. О его существовании постоянные клиенты и так знают, к тому же, внизу нет ничего, кроме того, что они уже видели сто раз.
— Хорошо, пройдемте со мной.
Пока я набирал код от потайной двери, Ларсен деликатно отвернулся, делая вид, что рассматривает книжные полки. Я с него ни на миг глаз не спускал — может, и паранойю, но не хватало еще код светить перед каждым, кто гипотетически может быть подослан Нильсонами.
Спустившись вниз, я принялся разводить в кувшине для воды (заранее прихватил со своего стола) «кирпич». Когда все было готово, налил в кружку (тоже предусмотрительно притащил) и протянул Ларсену. Он сел на одну из нижних полок и с удовольствием отхлебнул.
— Мм… вино у вас отменное, господин Ульберг, куда лучше, чем у Нильсонов.
— Благодарю вас, господин Ларсен.
— А зовите меня Оскар. — Похоже, мой клиент так разомлел от вина, что уже готов записать меня в свои друзья.
— Тогда вы меня — Аксель, — с улыбкой отозвался я.
— М-да, вино отменное, — крякнул Оскар, быстрыми глотками осушая стакан. — А налейте-ка
