ненавидящим взглядом и спешила удалиться. У меня же руки чесались сомкнуться на изящной, белой шейке этой суки, чтобы удавить ее. Но я не имел права на ошибку. Надо действовать с умом. И как можно быстрее, иначе эта змея однажды попробует отравить меня еще раз, или придумает другой способ убрать меня. А я все-таки не имею сто пар глаз, чтобы каждую секунду следить за ней.
Осталось только дождаться удобного случая, чтобы решить проблему с Астрой раз и навсегда.
Глава 12
Наступил день похорон Филипа.
Я, Астра с Акке и Лией (да, она приехала на похороны), главы нескольких баронских домов и пара представителей императорской власти стояли на кладбище и провожали тело бывшего главы рода Ульбергов в последний путь.
Когда все слова были сказаны, люди стали по очереди подходить к гробу и класть в него цветы. Большая часть — розы.
Пришел мой черед попрощаться с Филипом. Положив цветы рядом с кучей других букетов, я склонился над гробом, положив руки на тело покойного так, чтобы они касались существенной части роз. Мне понадобилось несколько минут.
— Господин Ульберг, вы в порядке? — встревоженно спросил один из баронов.
— Да. Прошу прощения, просто… это тяжелый день для меня, — отозвался я печально и отошел от гроба.
Последней к нему подошла Астра. Положив свои цветы рядом с покойным мужем, она со скорбным лицом склонилась над ним и поцеловала в лоб. Когда женщина распрямилась, ее лицо жутко искривилось: губы перекосились, кожа покрылась красными пятнами, ручьем потекли слезы, в глазах застыла паника. Астра схватилась за горло, из которого стали вырываться чудовищные хрипы.
— Мама, что с тобой??? — кинулась к ней Лия.
Акке тоже подбежал и подхватил падающее тело матери на руки. Поднялась суматоха, все забегали вокруг Астры. Спустя пару минут у «мачехи» проявился страшный отек глаз, щек и губ, до крайности изуродовавший ей лицо.
Я вытащил мобильник и во всеуслышание вызвал скорую. Убрав после звонка телефон, я взглянул на Астру. Ее закрывало от меня множество тел, но в какой-то момент я выхватил ее взгляд, направленный на меня — в нем плескался животный ужас.
* * *
Астра умерла спустя несколько минут после того, как начала задыхаться. Врачи впоследствии констатировали смерть от удушья, вызванного аллергией на розы. В крови были обнаружены следы от антигистаминного лекарства, что привело врачей в глубочайшее изумление — почему оно не подействовало? Ответа на этот вопрос не знал никто, кроме меня.
Когда я подошел к гробу и коснулся роз, я воздействовал на эфирные масла, в достатке содержащиеся в цветах, усилил их свойства в десятки раз. У Астры не было шансов. Антигистаминные препараты не рассчитаны для противодействия настолько большой дозе аллергических веществ.
Я бы не тронул ее, если бы она не делала зла семье Ульбергов, но она сделала его, более того — она непременно попыталась бы отомстить мне. Единственное, что меня печалило — было жаль ее детей. Даже странно, учитывая то, что раньше я бы не задумываясь перешагнул через их трупы.
Астру похоронили рядом с Филипом на следующий же день. Людей пришло куда меньше, в основном это были родственники Астры — ее старший брат с женой и детьми. Я узнал от Акке и Лии, что род, из которого происходила Астра, еще более беден, чем Ульберги. Его представители получили баронский титул всего десятилетие назад за какие-то заслуги, я не стал вдаваться в подробности. В общем, древним происхождением похвастаться они не могли.
Акке и Лия переехали жить к ним. Акке сам принял это решение. Я и сам не собирался позволять им жить со мной под одной крышей, все-таки Акке видел, как я держал его мать за волосы, мало ли что в голову парню взбредет… Но я все же был рад, что он сам так решил: к Акке я относился дружелюбно, и обижать его мне не хотелось.
Лия пыталась возмущаться и требовать половину особняка, но брат, наверное, впервые на моей памяти проявив стальную решительность, быстро заткнул ей рот.
За это время торговля «кирпичами» (она шла плохо и медленно из-за череды проблем, которые мне приходилось решать, но все же шла) принесла триста тысяч крон. Те сто тысяч, что у меня были, ушли на организацию похорон. Из новых трехсот я отдал двести Акке. Я скоро заработаю намного больше, а иметь родственников, опухших от голода, плохо для бизнеса. Так что будем считать, что двести тысяч — это представительские расходы.
После похорон я вплотную занялся работой. Карл за это время изготовил большую партию «кирпичей» и дрожжей и привез их в магазин. Торговля текла умеренно хорошо, но мне этого было мало. Пора уже всерьез взяться за этот вопрос.
Я не мог привлечь столько клиентов, сколько хотел. Да, наши «кирпичи» высочайшего уровня качества. Да, они не создадут проблем, если их кто-то увидит. Да, они дешевле, чем вино в обычном формате. Но этого было недостаточно. Тем более дешевизна играла роль только для стесненных в средствах клиентов. Привычное жидкое пойло куда больше манило людей. Тем более у тех же Нильсонов и разнообразие есть. Необходимо придумать что-то такое, чего нет ни у Нильсонов, ни у других алко-торговцев.
Вернувшись в особняк после очередного рабочего дня, я прямиком направился на кухню, потому что желудок уже сводило от голода.
— Пришел, родимый? — Бирла стала накладывать мне ужин. — А тебе тут письмо пришло.
— Что за письмо?
— Да я что ж, по-твоему, чужие письма читаю, что ль? — оскорбилась женщина.
— Не хотел тебя обидеть, Бирла. Где это письмо?
— Да вона лежит.
Я увидел на столешнице конверт. Так… Акселю Ульбергу… От Академии магии имени Ингемара Вестергарда…
— Кто этот Ингемар? — спросил у Бирлы, отправляя в рот ложку с мясным рагу.
— Голубчик, да кто ж этого не знает… ах, прости, Аксель, все время забываю про твою память, у самой она дырявая уже… старость… — покачала головой Бирла.
— Так кто этот Ингемар?
— Колдун это известный. Три сотни лет назад почил. Академию вот эту основал.
— Что, очень силен был?
— Ох, голубчик, легендарный был человек, говорят.
— Только академия его отчего-то считается самой задрипанной. Лия ведь там учится?
— Так ты не по тому судишь, дружочек. Не сила ведь магическая решает, кто выше поднимется, а власть и деньги.
Я с
