— Э-э-э… — протянула я, удивленная донельзя.
— Да, вы в доме господина Лоренса Вигорда, — предупредив мои дальнейшие вопросы, с обычной своей ноткой неудовольствия в голосе подтвердила служанка. — Хочу сразу предупредить: за дверью стоит Альфред. Если вы сделаете попытку сбежать, то он будет вынужден вмешаться. Господин разрешил ему даже покусать вас, если вы вздумаете упорствовать. Ясно?
Я невольно поежилась. Куда уж яснее!
В моей памяти был слишком свеж рассказ Лоренса о тех обстоятельствах, при которых он познакомился со своим дворецким. Вряд ли этого Альфреда вообще возможно назвать человеком. Он волк, большую часть времени вынужденный проводить в обществе людей. И я очень сомневалась, что, укусив меня, он сумеет остановиться.
— А где сам Лоренс? — спросила я, как никогда заинтригованная всем происходящим.
Получается, это он похитил меня из управления? Но зачем? И почему при этом на Адону напала девица, как две капли воды похожая на меня? Точнее сказать, даже не девица, а призрак, иллюзия…
— Господин Лоренс был вынужден вернуться на службу, — еще строже и суше ответила служанка, будто винила меня в этом, в общем-то, обычном обстоятельстве. — Насколько я поняла, у них сбежал какой-то очень важный заключенный. Точнее сказать — заключенная.
Я иронично вскинула брови. Сбежала заключенная? Ох, чует моя селезенка, речь идет обо мне. И Лоренс имеет к этому самое наипрямейшее отношение.
Затем я вспомнила восклицание Адоны, когда на нее напали. Демоны, а ведь дознавательница будет совершенно уверена, что это я совершила побег без помощи со стороны! Та иллюзия была настолько правдоподобна, что на какой-то миг я сама уверовала в то, будто передо мной стоит полное мое подобие.
И что из этого следует?
Я даже не хотела думать на этот счет. Ничего хорошего из этого для меня не следует. Пахнет весьма гнусной подставой со стороны Лоренса.
— Я принесу вам обед, — между тем продолжила служанка. — Ванная в вашем полном распоряжении. Но выходить вам наистрожайше запрещено. Попробуете ослушаться — будете иметь дело с Альфредом. Ясно?
Я молча кивнула. Мое настроение портилось все сильнее и сильнее, пока я пыталась проникнуть в суть замысла Лоренса. Понятия не имею, что он задумал. Но одно ясно: это не несет ничего хорошего для меня.
Я никак не могла сориентироваться во времени. После ухода служанки первым делом я подошла к окну и с немалым удивлением лицезрела утреннюю росу. Сколько же я была без сознания? Мы прибыли с Кристианом в Бристар поздним вечером. Любезный Иград вывел меня из борделя на рассвете. Потом допросная, мой сон, весьма бесцеремонно прерванный Кристианом, очередная ссора с Лоренсом и похищение…
Одно очевидно: не ела я очень давно. На это упорно намекало недовольное бурчание моего желудка.
После этого потянулись тягостные минуты бездействия. Я дотошно изучила все содержимое примыкающей к спальне ванной. На всякий случай понежилась в горячей воде и намазала себя всеми лосьонами, которые сумела обнаружить. Опять облачилась в прежний скромный наряд. И наконец-то попыталась подумать.
Итак, мой так называемый побег из управления был целиком и полностью на совести Лоренса. В этом не оставалось никаких сомнений. Но почему он так поступил?
«Куда важнее то, почему при этом он попытался свалить всю вину на тебя, — несогласно пробурчал внутренний голос. — Адона наверняка будет свидетельствовать о том, что на нее напала именно ты. И что из этого следует?»
Увы, из этого не следовало ничего хорошего для меня. Лоренс все-таки умудрился выставить меня вне закона. Прежние его обвинения имели больше характер домыслов, и даже его коллеги, насколько я поняла, посмеивались над Лоренсом, подозревая, что он таким образом мстит сбежавшей возлюбленной. Но нападение на Адону и мой побег в корне менял дело. Это было как молчаливое признание вины.
Проклятый Лоренс!
Не в силах сдержать эмоций, я вскочила на ноги. Заметалась по тесной комнатенке, то и дело натыкаясь то на прикроватный столик, то на трюмо, то на кровать. Что же, что же делать? Самым верным было бы выбраться из этого дома и вернуться в управление. Только как это сделать, если за дверью караулит самый настоящий волк?
Не выдержав, я подскочила к окну и осторожно выглянула. Ох, нет. Тут слишком высоко! Я наверняка сломаю себе что-нибудь.
— Не советую вам прыгать.
Я подскочила на месте и виновато обернулась к служанке, которая уже стояла на пороге. Надо же, как тихо вошла!
Женщина между тем подошла к столику и принялась выгружать на него тарелки. Затем выпрямилась и прохладно продолжила, глядя на меня в упор:
— Господин Лоренс оставил охрану и во дворе. Если вы ее не видите, то это не значит, что ее нет.
— Да я даже не думала… — промямлила я, сгорая от смущения, как будто меня поймали на чем-то недостойном.
Но служанка не стала слушать моих жалких оправданий. Развернулась и вышла, прикрыв за собой дверь.
На какой-то миг в проеме я увидела Альфреда. Н-да, служанка не обманула, волк действительно на страже.
Я еще немного побегала по комнате. Затем устала паниковать и решила перекусить. Ладно, сперва подкреплю свои силы, а потом подумаю, как же выбраться из новой передряги. По крайней мере, в этой комнате находиться приятнее, чем в сыром подземелье с кучей отребья по соседству.
Я сама не заметила, как съела все, принесенное служанкой. Сыто откинулась на подушки и замерла, глядя в потолок. Ну, по крайней мере, Лоренс не собирается морить меня голодом. Это уже радует. Но что мне ожидать от него? Как бы я поступила, если бы была на его месте?
По всему выходило, что побег, а точнее, самое настоящее похищение было организовано специально, чтобы убедить всех в моей виновности. Тогда самым логичным поступком Лоренса будет вернуть меня в управление. Своей цели он достиг. В глазах общества я уже преступница, потому что напала на королевского дознавателя при исполнении. Да за одно это меня надлежит сурово покарать! И никто не поверит моим жалким оправданиям, будто это устроил Лоренс. Скорее, сочтут, что я пытаюсь очернить его доброе имя.
Я угрюмо вздохнула. Да, невеселым каким-то выдалось мое возвращение в родной город. Лучше бы я и дальше сидела в замке отца.
Опять открылась дверь, и в комнату вошла служанка, видимо, собираясь забрать опустевшие тарелки.
— Послушайте, это просто смешно. — Я тут же села и умоляюще посмотрела на нее. — Вы не можете не понимать, что ваш господин нарушил закон. Никого нельзя удерживать где-либо насильно! Прошу, позвольте мне уйти!
Служанка недовольно вздохнула и выразительно поджала губы. По всей видимости, она сама не была в восторге от своей роли надсмотрщицы, но обсуждать со мной действия своего хозяина не собиралась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
